Развод. Старый муж vs Новый босс (СИ)

— Ну что ты, милая, все будет хорошо.
Как бы хотелось в это верить, что задуманное получится. Буду в это верить, больше ничего не остается.
На глаза набежали слезы, как же замечательно, что в мире еще остались хорошие порядочные люди, готовые оказать помощь, когда не знаешь, что делать. Я бы действительно уехала на своем автомобиле и даже не поняла бы как он меня нашел, а он бы обязательно нашел.
И нужно в срочном порядке решить вопрос с деньгами. Мне нужны наличные! Кирилл Алексеевич дал полезный совет по машине, но это касалось и финансов. Вдруг мужу удастся каким-то образом заблокировать мой счет, он у меня находчивый и тогда я останусь без средств к существованию. А это один из самых влиятельных рычагов давления, думаю, он не побрезгует его использовать, чтобы вернуть беглянку.
Боялась выдать себя, внутри все было наготове, чувствовала себя сильно возбужденной, и есть огромная вероятность, что это не укроется от Жени. Надо успокоиться. Но как это сделать?! Как выяснилось, я совершенно не умею врать, в отличие от него, который столько лет скрывал свои аферы и возможно и измены… У него просто великолепно получается! И не только врать… Но и распускать руки.
  
Глава 8. "Где была, где была, где была…"
 
ОЛЕСЯ
Я решила, что мне лучше прогуляться, проветрить голову и вернуться домой позже, чем обычно, задержаться в парке. Софа против не была, наоборот, подружилась с какой-то девочкой с двумя косичками и они вместе покоряли горку, играли в песочнице, соревновались на самый красивый куличик.
Домой мы вернулись несколько возбужденные и мое волнительное состояние вполне можно было списать на последствия поздней прогулки, прикрыться маской увлеченности. Я видела и пропущенные три звонка от мужа и пришедшие сообщения, но специально их не открывала, чтобы не разоблачить себя. И сейчас входя в дом, можно было сделать вид, что я просто не видела и поэтому не отвечала, а не намеренно его игнорирую.
Женя встречал нас злой прямо с порога с телефоном в руке. Наверное, подумал, что я все же решила его ослушаться и сбежала.
Но признаться честно, это тоже было частью моего плана. Завтра, когда нас долго не будет дома, он не станет сразу бить тревогу, а подумает, что мы, как и сегодня, решили прогуляться и ужасная супруга ничего не боится — предприняла еще одну попытку позлить его.
Главное сейчас пережить бурю. А судя по виду нашего ненаглядного папочки она неизбежна.
— Где вы были? — недовольство не удавалось скрыть, только Софа не замечала папиного настроения, а я приняла равнодушный вид, хотя по-настоящему внутри сердце стучало как сумашедше, ладони вспотели.
Но и изображать, что смирилась со своей участью «любимой жены» не собиралась, он точно тогда заподозрит неладное.
— Папочка, мы были в палке! — за меня ответила дочка, — Я познакомилась с Машей.
— Почему так долго? — уставился на меня не мигая.
— Теперь нам и гулять по твоему расписанию? — напала в ответ, знала, что может последовать, но удержаться от колкости не смогла, пусть потом и пожалею.
— Не преувеличивай. Я просто переживал. Софе пора ужинать, — прикрылся ребенком.
— Мы перекусили в кафе.
— Раньше вы так не делали…
— Девочки заигрались, я не стала их прерывать.
— Нельзя идти на поводу у хотелок дочки, ты ее так избалуешь.
— Это ты мне говоришь? — нужно ли припоминать, как он совсем недавно управлял желаниями Софы, чтобы манипулировать мной.
Тут я вспомнила, что как раз из-за этого у меня могут быть проблемы, он обещал Софе в выходные поездку в детский игровой центр, а вместо этого я повезу ее бог знает куда, ребенок может очень огорчиться и устроить истерику.
— Это разные вещи!
— Почему это? Значит, тебе можно баловать, изменять, а мне ничего из этого нельзя делать? — закипела, снова растревоживая свежие раны. Он может принадлежать чужой женщине, а я нет!
Почему все так несправедливо?!
— Жаль, у тебя нет брата…
— Закрой рот! — глаза горели яростью.
 
Я хотела продолжить перепалку, но услышала плач Софы, ее отличное настроение было испорчено ссорой родителей. Мы в порыве выяснения отношений забыли про свидетеля. Хотела уберечь ребенка, но выходило плохо, я еле сдерживала себя. Подхватила ее на руки, успокаивая.
— Все хорошо, маленькая, мы больше не будем ругаться, — пообещала и искренне надеялась на это, завтра мы уедем от сюда и ей больше не придется смотреть как мама и папа готовы поубивать друг друга.
Я прекрасно знала, как это больно, когда родители разводятся. Я иногда винила себя, хотя оба они утверждали, что это не так, что я там совершенно ни при чем.
— Просто мы больше не любим друг друга. Так бывает.
— Значит, ты и меня разлюбишь и я стану тебе больше не нужна?
— Ну что ты, Лесенька, для меня ты всегда будешь любимой девочкой… Это ничто не изменит.
Нахлынули воспоминания давно ушедших событий, но не забытые. Тогда мне было непонятно, что происходит. Да и сейчас ничего не изменилось, у меня до сих пор не укладывается в голове, как можно предать, если любишь, так легко, будто это ничего не значит, как можно говорить, что любишь, а затем…
Иллюзия счастья легко разбивается о скалы предательства, а есть ли настоящая любовь, способная выдержать все невзгоды и испытания? Та любовь, о которой говорят в загсе при заключении брака, та любовь, которой посвящено столько фильмов и книг. Или о ней можно только говорить, грезить, а встречая ее в жизни тебя ждет грандиозное разочарование?!
Но я то любила, если бы нет, то сердце так не ныло от боли, все дело во взаимности. Наша любовь и моя любовь оказались разными понятиями. Нельзя научить человека любить правильно. Ты можешь только принять его версию, причиняя боль себе, пытаясь принять то, что противоречит твоему естеству. Ломать себя ради другого. Одно дело, когда тебе действительно все равно на его измены, а другое, когда не можешь с ними мириться, а вынуждена закрывать глаза и делать равнодушный вид и показывать, что тебя это не задевает. Что это? Глупое чувство собственного достоинства, завышенное требования к окружающим или обычное нормальное отношение? Я же не одна такая? Уверена, сотни миллионов женщин со мной согласятся!
Но толку от всей этой психологии и философии! Ком как стоял в горле, так и стоит, я сдерживала слезы, от этого он становился больше и горче.
Малышка долго не засыпала, я сидела рядом и читала сказку. Она только начинала дремать и снова «выныривала на поверхность», сонно моргая глазками, прося продолжения. И я перечитывала страницу уже по пятому разу. Дети так тонко все чувствуют. До этого вечера мне удавалась скрывать свое эмоциональное состояние, а сегодня не вышло, даже привычный текст читался иначе, как-то суше и монотонней.
И после того как она погрузилась в сон, я еще полчаса сидела и гладила ее по голове, перебирая легонько мягкие пшеничные волосики.
Выходить из ее комнаты не хотелось. Ожидаемо. Не желала выяснения отношений, а еще больше опасалась того, что может последовать за ними. Чувство страха поселилось на постоянной основе с недавнего времени. Я боялась оставаться с мужем наедине, боялась, что мой план провалится и мне не удастся сбежать, боялась строить новую жизнь… Получится ли у меня? А вдруг я и правда ничего из себя не представляю, моя самооценка находилась на низком уровне после своих ошибок, особенно после того, как в прямом смысле профукала наследство отца.
Я, конечно, еще собиралась побороться за него, спасти то, что еще можно спасти, хоть малую его часть, тем самым оставить о папе что-то хорошее, не дав его начинанию развалиться на пустом месте, оттого что его дочь выбрала не того человека.
Но больше всего переживаний у меня было за дочь. Если для меня так трудно даются перемены, то как объяснить ребенку зачем я все это делаю, как рассказать, что папа теперь будет жить отдельно от нас. Не будет совместных завтраков и ужинов, совместных прогулок и всего того, что мы так любили вместе.