Сделай сам 3 (СИ)
И все эти многие тонны мы якобы собрались перевозить на теплоходе «Алексей Яковлев» под охраной «уходящего в дальнее учебное плавание» линейного крейсера «Яковлев» в филиал своего банка в США. В чём также не имелось ничего предосудительного, поскольку очень многие европейские банкиры время от времени проворачивали то же самое, чтобы получить себе возможность напечатать в Штатовском казначействе доллары, обеспеченные как раз этим самым доставленным ими физическим золотом.
Но только вот беда случилась! Теплоход тот «захромал» уже на подходе к Британии. Ай-ай-ай! Шо в мире делается, храждане! Шо творится! Теплоходы берут и ломаются в самый неподходящий момент! Но дохромать на одном движке до нашего причала он всё же был способен.
Теперь мы кучу ящиков с этим драгоценным грузом перевозили сперва в банковское хранилище филиала нашего «Русско-Американского торгово-промышленного банка» в Лондоне, чтобы впоследствии доставить их на то судно, владельцы которого будут согласны взять столь ценный груз на борт.
И, как я полагал, владельцам «Титаника» подобная очень громкая реклама своего новейшего «флагмана» была более чем кстати. Ведь он являлся не просто товарно-пассажирским пароходом. Он был зарегистрирован как почтовый! А, стало быть, имел официальное право перевозить не только почту, но и ценные бумаги с деньгами и драгметаллами между банков разных стран. Причём перевозить не в простом грузовом трюме, а в специально выделенных для того надёжно закрытых помещениях! В общем, всё сурьёзно! Тут это вам не там!
— Поехали! — стоило только моему лимузину занять место в голове колонны из трёх десятков грузовых автомобилей, как я приоткрыл окно своей двери и махнул рукой, тем самым давая добро на выдвижение.
Мог ли я при этом сказать, что наш дальнейший путь оказался полон неожиданностей?
Нет! Никак не мог!
Если кто, прознав о данном грузе, и желал бы попытать счастья в нападении и последующей экспроприации данного богатства в свою пользу, многочисленная вооружённая до зубов охрана, в составе которой имелся даже пулемётный броневик, подогнанный мне по знакомству Виккерсом, отвадила их всех надёжно.
Потому единственным лакомым кусочком для слетевшихся со всех сторон на такой перформанс репортёров стало лишь падение одного из ящиков прямо на ступени банка.
Тут мои люди подготовили театр множества актёров — как надо. Молодцы! Ящик не просто упал! От него с треском отлетела крышка и на брусчатке мостовой застучали золотым звоном четыре слитка в четверть пуда весом каждый.
Ох, что тут началось! Репортёры, словно коршуны, кинулись фотографировать упавшее, кто-то тут же потянул свои загребущие ручонки к выпавшему золоту, занервничавшая охрана мгновенно бросилась закрывать те слитки своими телами, даже кто-то в воздух раз пальнул, чтобы заставить сжимающуюся вокруг толпу разбежаться кто куда!
Иными словами говоря — дело было сделано. Все убедились в том, что в ящиках тех было золото. Чего мне очень сильно было надо! Ведь там, внизу, в хранилище, уже давно лежали братья близнецы всех этих ящиков, но только с малость позолоченными сверху свинцовыми слитками.
Мне даже пришлось годом ранее открывать в Санкт-Петербурге небольшую частную патронную фабрику для массового выпуска пистолетных патронов 7,63×25 Маузер, чтобы залегендировать закупку больших партий свинца и после потерять по ходу дела требуемый мне объём и вес. Всё равно в Россию ввозили из Британии под 12 тысяч тонн этого металла ежегодно. Так что в моих действиях никто не углядел какой-нибудь крамолы. Вот так вот, господа! Везде и во всём я был исключительно чист!
Теперь осталось лишь проверить действительность известных мне «теорий заговора против „Титаника“» и самому при этом выжить! Ведь кто бы тут поверил, что я оставлю столько золота без личного пригляда?
Да никто!
А мне необходимо было, чтоб сомнений вовсе не возникло! Ни у кого! Ведь золота на дне Атлантики вскоре должно было официально оказаться на 103 миллиона 139 тысяч 80 рублей и 58 копеек больше, чем его было до того.
Неофициально же утаенное золото ждала судьба куда как более почётная. Как я уже знал, «китайские товарищи» давно и плодотворно освоили чеканку у себя в империи, что соверенов, что иных золотых монет, имевших хождение в Юго-Восточной Азии. А чем же мы тут были хуже? Тем более что мои американские «бандюганы» уже немного преуспели и поднаторели в сбыте фальшивых долларов, которые мы потихоньку поставляли в США из матушки России. А уж толкнуть на сторону «настоящие фальшивые» золотые монеты, им было б проще некуда теперь. Тут главное нам было не увлекаться и контролировать во времени растянутый процесс.
Да, пусть не за год, а за два, к примеру, мы б точно весь этот «улов» могли бы сбыть и тут, и там, не привлекая к себе излишнего внимания. Теперь же дело оставалось за малым — дождаться «случайного» столкновения «Титаника» с айсбергом. Или не дождаться его вовсе. Как оно пойдёт — посмотрим.
[1] Бобби — сленговое наименование английских полицейских.
Глава 22
Титаник. Начало
— Задали мы им, конечно, перцу, господин Яковлев, — активно тряс мне руку Брюс Исмей — председатель и директор-распорядитель «Уайт Стар Лайн», компании-владельца «Титаника», совместно с которым я наведался в страховой зал биржи Ллойда в Лондоне.
Тут ему действительно имелось с чего петь дифирамбы и в мой, и в свой адрес. Ведь на момент нашего визита общая сумма вообще всех действующих страховых полисов лондонского Ллойда, что на суда, что на их грузы, не превышала 4 миллионов фунтов стерлингов. И тут к ним заявились мы такие оба двое! Богатые, красивые и, главное, желающие жить в полнейшем спокойствии за сохранность своего имущества!
Сперва мистер Исмей, распевшись сладкоголосым соловьём, в течение целых трёх часов на весь зал рекламировал «Титаник», как нечто априори непотопляемое. В результате чего застраховал его на целый год вперёд на 1 миллион фунтов стерлингов, заплатив за это лишь 0,75% от суммы страховки. А после уже я кинул разгорячённому народу клич, мол — «Кто хочет на шару заработать много денег, джентльмены?».
Джентльмены много денег заработать пожелали все! Ведь я платил им в сумме аж 80550 фунтов не за целый год эксплуатации судна, а всего-то за 7 дней нахождения в пути моих 80 тонн золота, перевозимых, как их тут часами прежде убеждали, на совершенно непотопляемом новейшем лайнере.
К тому же перевозился мой груз под присмотром, читай — под вооружённой охраной, огромного российского боевого корабля! Естественно, неофициально и негласно. Тот как бы на учениях пребывал. Просто почему-то капитан «Яковлева» решил вот в Англии подзадержаться малость, раз уж мой личный теплоход столь неудачно захромал. Кто же тут из флотских адмиралов честно скажет, что подвязался за немалую деньгу немного подкалымить на какого-то банкира? Вслух о таком не станут говорить уж точно! Но все и всё прекрасно понимали, что к чему.
Вот так за один не сильно пригожий мартовский денёк мы более чем вчетверо увеличили ёмкость морского страхового рынка Англии. На 300, блин, процентов, ё-моё! Всего лишь одним судном с его грузом!
Хотя, терзали меня смутные сомнения, что эти самые джентльмены с биржи Ллойда, буквально только что с улыбками акул капитализма передававшие мне в руки свои многочисленные страховые расписки — кто на 10 тысяч фунтов, кто на 50 тысяч, кто на 75, а кто и на все 500, впоследствии аж массово прикинутся банкротами, либо просто дурачками, лишь бы только не платить свой долг.
Но на сей счёт и у меня имелись уже мысли. Дюже дельные, как я предполагал! Зря, что ли, за прошедший год мы с папа́ со скрипом, скрежетом и даже с матюгами, согласовали-таки у себя в России с целым рядом адмиралов и не только с ними тот конечный вид дредноута, постройку которого гипотетически мы сможем профинансировать для РИФа за свой счёт?
Совсем не зря! А на пожарный случай!
Да, лично я пустил бы денежки на технику иную — в разработку и постройку тех же танков, наконец. Но вот отец — он ведь моряк патриотичный до мозгов своих костей и потому пришлось пойти ему на встречу в этом вот вопросе. Тем более что денежки по факту были ведь его. Я ж всё ещё его наследник — один из четырёх, а не партнёр солидный с равной долей.