Сделай сам 3 (СИ)
Просто этот хитрый жук, вот 100%, заманивал меня подобным образом в свои судостроительные сети, завуалировано давая понять, что сможет сотворить корабль и получше. Были б только деньги у заказчика на все его хотелки.
Видать, действительно всей душой желал укрепиться на российском судостроительном рынке. В том числе и за мой счёт! Отчего столь любезно и обхаживал едва ли не с первых мгновений нашей встречи. А то обидно ему, видите ли, стало, что конкуренты из «John Brown Company» обошли его «на повороте», ещё с прошлого года прописавшись на Санкт-Петербургских верфях и крупнейших российских заводах связанных с военным кораблестроением.
— Вполне возможно это так, — не пришло мне в голову хоть в чём-то возражать своему собеседнику. — Я ведь, хоть и недоучившийся наполовину, но тоже, вроде как, судостроитель. — Вот ведь печаль-тоска! В который уже раз всякие нехорошие обстоятельства не позволяют мне догрызть-таки кусок научного гранита! — И даже меня проведённый осмотр «Принцесс Роял» навёл на ряд весьма занятных мыслей в плане возможной оптимизации конструкции боевых кораблей. Что уж тогда говорить о ваших уникумах, собаку съевших на их постройке! Потому, не сомневаюсь ни секунды, что на вашей верфи может быть создан мощнейший и великолепнейший боевой корабль. И не один! Но лично я профинансировать очередной такой заказ на благо отечественного военно-морского флота, пока что точно не готов и не способен, — любезно-извиняющаяся улыбка, расплывшаяся по моему лицу, наглядно свидетельствовала о моём величайшем сожалении по данному поводу. Должно быть, смотрелось это именно так со стороны. Во всяком случае, мне именно таким и хотелось выглядеть в глазах собеседника. — Нам бы сперва чего попроще у вас прикупить. Как говорится, начнём с малого, а там посмотрим, как дела пойдут.
— Попроще, так попроще. Мы любому стоящему заказу всегда рады! — сразу сдал назад по поводу гипотетического военного контракта Виккерс, легко перейдя к обсуждению постройки теплоходов для меня с папа́. — Вчера мы с джентльменами из совета директоров обсудили в узком кругу, как предоставленный с вашей стороны черновой вариант контракта, так и озвученное вами предложение на поставку с вашего российского металлургического завода чугуна, катанной стали и заклёпок, необходимых по весу на постройку потребных вам новых судов. И пришли к выводу, что чугун и заклёпки мы можем принять. Естественно, после их доскональной проверки нашими технологами на пригодность. А то, знаете ли, имеется немало фабрик и заводов, что порой грешат, стараясь выдать за первоклассный товар вовсе непригодные для судостроения сырьё и материалы. Что же касается стали для силового набора и обшивки — тут мы вынуждены настаивать на применении таковой исключительно нашей собственной выделки.
Понять Альберта и всю их прочую компанию было можно. Как инженер-технолог, я бы с ними оказался солидарен, не находись сейчас на противоположной стороне.
Во-первых, они своим именем отвечали за качество конечного изделия. Никто ведь не захочет к ним снова обращаться с соответствующими заказами, если суда их постройки вдруг массово начнут тонуть из-за проявления скрытых дефектов применённых ими материалов. Потому качество этих самых материалов тут действительно играло значительную роль.
Как и сроки их поставок!
На фоне вечных забастовок то угольщиков, то горняков, то сталеваров, то портовых рабочих за последним требовалось тщательно следить, чтобы постройка не растянулась на долгие-долгие годы, как это почти постоянно имело быть место в России, если дело касалось действительно крупных кораблей и судов. Мелочь-то всякую у нас строили на удивление быстро.
Во-вторых, они ведь тоже были не дураки заработать лишнюю копейку на поставке своей стали, тем самым одновременно давая работу собственным металлургам. Ведь продавать продукт конечного передела железной руды было куда выгодней отгрузки чугунных чушек. О чём, в свою очередь, думали и мы с папа́, когда указывали данное условие в нашей версии контракта.
— Давайте мы поступим так. Вы всё же согласитесь брать нашу катанную сталь для обшивки, тем более что она уже проверена временем на эксплуатируемых нами свыше года теплоходах и не вызывает никаких нареканий, а мы в ответ удвоим наш заказ. Четыре! Четыре теплохода, а не два! — протянул я руку для закрепления сделки с первым человеком в «Виккерс Лимитед». — И с вас тогда ещё скидка 2,5% на каждый из данных теплоходов!
— Бог с вами, Александр. Пусть будет ваша катанная сталь, — пожал судостроитель мою руку. И дополнил, тем самым всё же оставляя последнее слово за собой, — Но скидка будет вам по 1% с борта! И ни одним пенни больше!
Кто-то скажет — «Брехня! Не верю, что так просто торг ведётся!».
И скажет это очень зря! Ведь он именно так и происходит зачастую. Причём не только в нынешние времена, но и в далёком будущем.
Вот так сидят десятки людей себе в расчётах по уши аж год иль даже два. Высчитывают всё вплоть до последней копейки, ругаются с потенциальными поставщиками, изъявившими готовность поучаствовать в объявленном компанией тендере. Уже все ненавидят друг друга за вечные проволочки и многочисленные попытки надурить противную сторону. А после приезжает на завод такой себе член совета директоров, молча чиркает на салфетке итоговую сумму контракта вместе с данными того, с кем следует контракт сей заключить, и столь же молча уезжает, оставляя всех местных кадров, включая генерального директора, в очередной раз обтекать и сглаживать углы со всеми разом отфутболенными поставщиками, которых они всё это время сильно-сильно мучили придирками и постоянными доводками проектов.
И всё!
Вот так, к примеру, на моей памяти проходили в далёком будущем «самые честные тендеры» в американских, японских и корейских автомобильных компаниях! Естественно, когда речь там заходила об очень крупных деньгах, а не о всякой мелочи в десяток-другой миллионов.
И кто бы что себе ни воображал, всё в мире так-то держится на подобных рукопожатиях за завтраком двух высокопоставленных персон и оговоренной между ними сумме взятки — если они, конечно же, при этом не являлись истинными владельцами бизнесов. А те же официальные тендеры — всего лишь не имеющие никакого значения мелочи, необходимые для сотворения должного информационного шума и создания красивой картинки некой справедливости торгов, как то и положено по законодательству.
Особо сильно, помнится, корейцы этим делом грешить любили. Там на дверях директорских кабинетов на самом-самом верху «пищевой цепочки» смело можно было вывешивать узорчатые таблички с отлитой чистым золотом надписью — «Заходить исключительно деньгами вперед». Не просто же так у них все президенты государства, оттрубив свой срок, мгновенно отправлялись на тот свет в связи с самоубийством, либо же на нары из-за огромных резко вскрывшихся финансовых мошенничеств. Как прежде действовали в бизнесе, так после и рулили государством, изрядно набивая взятками свои карманы по въевшейся аж в костный мозг привычке.
Вот так и тут случилось, в который уже раз и совершенно точно не в последний!
Правда, обошлись мы с Виккерсом без взяток. Не воровать же деньги у самих себя! Для того у нас наёмные сотрудники имеются. Воруют, сволочи, что ты ни делай с ними! Мы с папа́ даже порой рукой машем на очередной факт воровства, поскольку разбираться с ним выходит слишком дорого и долго, тогда как время нам и так всегда недостаёт. Порой дешевле сделать вид, что не заметил. Но это если речь идет об относительно приемлемых для нас утерянных деньгах. Уж точно не о таких, которые мы в данном случае обговаривали с Альбертом.
Ведь ему, как результат всего-то одного единственного рукопожатия, упал почти четырёхмилионный заказ на постройку за год четырёх товаро-пассажирских теплоходов океанского класса вместо двух первоначальных. А мне — гарантированная загрузка работой для «Донецко-Юрьевского металлургического общества» без малого на миллион, плюс скидка в 40 тысяч! Всё, естественно, в рублях! Не в фунтах стерлингов! Окститесь! Тут за лям фунтов сейчас строили «Титаник» так-то!