Сделай сам 3 (СИ)
И никто из тех, кто высказывал подобные мысли, даже не пытался осознать одного простого факта! Удалённость от чужих глаз и, вроде как, нахождение на отдыхе предоставляли королям и императорам разных стран возможность неофициально встретиться с глазу на глаз и тихонько «обкашлять» те или иные острые моменты, что с завидной регулярностью возникали, как в мире в целом, так и между их странами в частности. «Обкашлять» без всяких посредников навроде министров иностранных дел со многими прочими лицами, чьи взгляды и слова с интересами не всегда соответствовали ви́дениям самих монархов.
Вот одним из излюбленных мест «неофициальных встреч» сильных мира сего уже не первое десятилетие и являлся курортный городок Баден, что располагался в Великом герцогстве Баденском, в 1871 году влившимся в Германскую империю.
Германская империя была нашим врагом, скажите вы? И не только нашим?
Да в ней почти всё семейство, как российского императора, так и английского монаршего дома, проводили по пару месяцев в году! В одно и то же время, между прочим! И по странному стечению обстоятельств вместе с ними гостями этого городка становились короли и королевы Румынии, Италии, Греции, Испании, Болгарии, Дании, Швеции, Норвегии. Немцы с австрийцами опять же мгновенно материализовывались на горизонте в этот период. Понятное дело — вполне себе конкретные немцы с австрийцами из числа Гогенцоллернов и Габсбургов. Ибо простые смертные в это время до определённых вилл не допускались на расстояние пушечного выстрела. Всех их ещё на полпути разворачивала обратно очень вежливая, но очень многочисленная охрана. А уж количество шныряющих тут и там филёров самого разного подданства вообще возрастало в геометрической прогрессии.
Вот что-что, а сохранять свои, великосветские, тайны и секретики от чужих ушей и глаз представители наиболее именитых домов Европы уж точно желали. Как и сохранять право отдыхать исключительно в своём кругу.
При этом времена на дворе стояли всё ещё совершенно непуганых идиотов! И это после стольких громких убийств и покушений на представителей власти, имевших место по всему миру за последние годы! И не поймешь что это — фронда или просто глупая индифферентность.
К чему это я всё веду?
Да к тому, что, за исключением семейства российского императора, по прибытию в город торжественно проследовавшего от вокзала к месту размещения на шикарных бронированных лимузинах, все остальные высокородные гости Бадена лета 1908 года пользовались для своих поездок исключительно кабриолетами. А то и вовсе конными экипажами. Открытыми опять же!
Об этом я узнал уже сам, когда, прибыв на место назначения, со временем смог лично оценить средства передвижения всех этих особ. Но и прежде располагал подобной информацией, поскольку заранее расспросил великого князя Михаила Александровича, маскируя свой интерес под исключительно коммерческие цели.
Да даже используй они обычные лимузины вместо кабриолетов! Что с того? Бронёй-то те автомобили похвастать уж точно никак не могли. Это ведь именно мы являлись пионерами в данном начинании! Вот и легковушка эрцгерцога Франца Фердинанда, на которой он порой гордо рассекал по городу, являлась великолепнейшим подспорьем для вашего покорного слуги.
— Вот ведь, скупердяй, — едва не сплюнул я в приоткрытое окно спальни нашего с Надей гостиничного номера, оценив, на чём изволит разъезжать по Бадену наследник Австро-Венгрии, который в этом году тоже прибыл в германский Баден, отдав ему предпочтение над тем, что располагался близ Вены. Видать, в этом году местные лечебные воды были более лечебными, нежели родные для него. — А ещё императором быть собирается! Позор, да и только!
Если для кого другого Де Дион-Бутон 30/50 h. p. выступал вполне себе достойным выбором, так как был тем самым DAC «Family», только французской сборки, то для столь значительной монаршей особы выбор смотрелся откровенно сомнительным. Уж чем-чем, а люксовым автомобилем эта машина точно не являлась. Твердый бизнес-класс по нынешним временам и не более того. Мог бы и на «Русь Империал» разориться, между прочим!
— Ты чего там бурчишь? — поинтересовалась супруга, занятая облачением нашего малыша — Олега Александровича, в костюмчик для прогулок. Мы как раз собирались пройтись по Лихтентальской аллее и после отправиться полюбоваться, как Старым замком, так и Новым замком местных герцогов, пока папа́ с мама́ потихоньку встраивались в местное общество толстосумов и аристократов.
Вообще, изначально прикидывая своё очередное «мокрое дело», я исходил из того факта, что в одиночку мне с ним будет не совладать. Алиби-то требовалось иметь железное! А присутствовать и тут, и там одновременно, мне уж точно никак не выходило. Вот и уступил ведущую роль в европейской рекламной компании нашего нового товара отцу.
Именно ему предстояло провести пиар наших броневиков класса «люкс» среди императоров, королей, великих князей и всевозможных герцогов из числа персон отдыхающих в Бадене. Я же ехал вместе с ним, так сказать, хвостиком. Ну и заодно мы, естественно, везли на полноценный отдых своих дражайших вторых половинок. Да и вообще всё семейство! Иначе жесточайший домашний скандал нам уж точно был бы обеспечен.
— Мелковат, говорю, ныне европейский аристократ пошёл. Не могут себе нормальную машину прикупить даже. Точнее говоря, не столько нормальную, сколько соответствующую их статусу. — Это я, конечно, загнул. У нас в России иные князья влачили едва ли не жалкое существование. Разорившихся и захудалых древних родов имелось в избытке. Но должен же я был проявить патриотизм и похаять местных! Вот и хаял! Тем более реально имелось за что.
— Саша, давай говорить откровенно. С теми деньгами, которые умудрились заработать вы с отцом, вам вообще все будут казаться бедными. Поэтому не стоит их судить столь строго, — махнула она рукой в сторону окна, у которого я стоял, имея в виду всех, кто находится за ним. — Уж насколько мой самый старший брат является состоятельным человеком, так даже он пребывал в изрядно раздавленном состоянии, как только в полной мере осознал финансовые возможности Яковлевых. До сих пор, небось, не отошёл.
— Будет вести дела с нами честно, и сам столь же состоятельной персоной станет, — на всякий случай «слил» я готовность поддерживать во всяких финансовых начинаниях нашего главного семейного банкира. Всё же сколь бы богатой ни считалась наша нынешняя «промышленная империя», без куда более солидных средств, что могут аккумулировать в своих руках лишь банки, нечего было и мечтать о претворении в жизнь действительно грандиозных проектов.
Ведь что такое тот же мой будущий отечественный заводик по производству жалких полусотни тысяч автомобилей в год? На самом деле — мелочь пузатая на фоне тех гигантов, которые выстраивал Советский Союз. И лишь за свой семейный счёт вести подобные строительства не представляется возможным. Особенно на фоне того, когда в твой карман то и дело желают залезть всякие министерства с ведомствами и монарх в придачу.
Так что свой понимающий и довольный жизнью банкир был необходим, как воздух. Потому в ближайшие 2–3 года мы собирались подмять под себя если не весь банковский сектор Детройта, то значительную его часть, «посоветовав» своим поставщикам открыть счета именно в нашем банке.
И пусть Детройт, конечно, ни разу не Нью-Йорк с его колоссальными финансовыми активами, свой кусок американского финансового пирога мы отрезать собирались. В том числе по этой причине я не трогал американских банкиров, пока они не трогали меня.
На данный момент времени богатые США мне были жизненно необходимы для зарабатывания на их внутреннем рынке огромных барышей, с последующим выводом этих средств для финансирования строек в России. По сути, я уже сейчас делал всё то же самое, что Штаты делали с Россией, начиная с 90-х годов XX века. Просто пока в сильно меньшем масштабе и вполне себе законно. Но этот самый масштаб я собирался лишь увеличивать из года в год.
Плюс мир в Европе мне требовался, конечно же. Куда уж без него? Оттого и находился сейчас здесь, чтобы сотворить то, что было мне по силам осуществить, ради его сохранения.