Сделай сам 3 (СИ)
Не создавай они у нас искусственный дефицит сырья, не устанавливай на внутреннем рынке страны огромные цены на всё, что контролируют, не разоряй целенаправленно своих российских конкурентов, мы уже давным-давно завалили бы весь европейский рынок очень дешёвыми товарами своей выделки, которые уничтожили бы соответствующие национальные производства во всех иных странах. Чего они все, понятное дело, изрядно страшились. Да, речь тут шла не о товарах высокой переделки, вроде тех же автомобилей или, к примеру, механических часах. Но чугун, сталь, керосин, мазут, цемент. Да те же паровые котлы и даже паровозы мы могли бы отгружать всем желающим по куда более низким ценам, чем они обходились покупателям в той же Франции, Бельгии, Голландии, Швеции, Испании, Италии или где ещё в мире.
Так что в этом плане мы с отцом смело могли кричать, купаясь в фонтанах Нижнего парка, — «Никто кроме нас!». Ибо именно так и обстояло дело.
Хотя, так-то мы, естественно, огромное количество оборудования заказывали на зарубежных заводах. У нас-то подобное пока ещё никто не изготавливал. А с тем же штатовским «Вестингаузом» мы вовсе заключили долгосрочный договор на много-много лет вперед, что на рынке США, что в России.
Помимо того, что мы стали устанавливать на наши автомобили их генераторы и стартеры, именно эта компания разработала специально для нас электромоторы для множества станков, а также проект гидротурбин и вообще всей электротехнической начинки будущих ГЭС. Да и соответствующее производство полного цикла они обязались воздвигнуть в России в указанном нами месте. Естественно, недалеко от наших будущих заводов.
С чего мы вообще физически начали постройку своего отечественного Детройта на минималках? Полагаете, что с закладки ГЭС на Волхове?
В общем-то, логично было так предположить. Не спорю.
Однако, нет!
Ни одного камня в основание плотины или здания электростанции положено до сих пор не было. Сейчас там всё ещё велись подготовительные работы по устройству потребных вспомогательных строительных мощностей. Благо хоть проект закончили и утвердили, что само по себе уже тянуло на настоящий подвиг.
Причём проект не только самой ГЭС, но и полноценного современного промышленного города вокруг неё. С кварталами многоэтажных жилых домов, парками, школами, дорожными развязками, мостами, пристанями, заводами и фабриками. И много чем ещё! С центральной канализацией, системой отопления и водопроводом конечно, ё-моё!
Даже в столице такого уровня социального комфорта не имелось до сих пор практически ни у кого!
Работа тут была проделана, конечно, адова. Десятки архитекторов и ведущих отечественных строительных контор подняли на нас весьма немалые деньги за это время. Но оно того стоило!
Впрочем, если к постройке гидроэлектростанции пока ещё не приступали, кое-что всё же уже было сделано в физическом плане.
К примеру, не без активной помощи привлечённых флотских специалистов подорвали те каменистые пороги, что сохранились бы ниже будущей Волховской ГЭС.
От них так и так пришлось бы избавляться с целью облегчения судоходства по реке. И лучше это было сделать до начала грандиозной стройки, для осуществления которой ныне нашими собственными усилиями производилось огромное количество спецтехники.
Тех же самосвалов, самосвалов-бетоновозов, просто бортовых грузовиков, бульдозеров и экскаваторов с кранами затеянная нами стройка обещала поглотить огромное количество и не подавиться.
И всю эту далеко не самую совершенную технику к тому же требовалось где-то обслуживать, кому-то ремонтировать, как-то обеспечивать расходными материалами и запчастями. Что всё вместе выходило очень дорого. Ну прямо очень! Однако без неё мы бы погрязли в этой стройке на многие-многие годы.
Так, судя по предварительным расчётам, одного только грунта с камнями предполагалось поднять и вывезти куда-либо в сторонку порядка 1 миллиона тонн! И это только в районе устройства плотины Волховской ГЭС! Плюс завезти обратно ничуть не меньшее количество всяческих стройматериалов.
Решали мы сейчас ещё одну проблему, помимо реалий отсутствия дорог и невеликого объёма производства тяжёлой строительной техники! Людей, способных её грамотно эксплуатировать и обслуживать, так-то имелось с гулькин нос. И все работали на прочих наших стройках, которые никто не отменял. Новых же специалистов требовалось готовить за свой счёт с нуля многими и многими сотнями!
Делиться с ними уже наработанным опытом, давать теоретические и практические знания, зарплату всё это время выплачивать, в конце концов! А как же без зарплаты? Без зарплаты никак, коли договор уже подписан! Мы ведь готовили их для себя, а не для дяди! Потому без договоров было не обойтись, чтоб никто от нас потом не свистанул на сторону работать! Вот и приходилось раскошеливаться уже прямо сейчас, тогда как отдачу от них виделось возможным начать получать не ранее чем через полгода.
А обучать за свой счёт на протяжении многих месяцев почти 2000 человек — это просто караул! Так только на одну зарплату этим людям мы тратили по 100 тысяч рублей в месяц. В месяц! Уму непостижимо, если так подумать!
Плюс аренда помещений для занятий, плюс учебные пособия для них, плюс учебные машины и отвлечение от непосредственных обязанностей наших инженеров, техников, механиков, водителей, дабы те учили новичков множеству премудростей.
И ведь на фоне будущих затрат даже это всё казалось сущим мизером!
Учитывая всё это, а также необходимость предварительного устройства твердых подъездных дорог, накопление запаса той же стальной арматуры и гравия с песком, а также топлива и продовольствия для тысяч будущих строителей, один только подготовительный этап обещал завершиться лишь в грядущем году, когда и можно будет приступить непосредственно к масштабным строительным работам.
С чего же мы начали тогда, помимо устройства первых временных жилых бараков и всяческих хранилищ со складами? А начали мы с постройки новейшего нефтеперерабатывающего предприятия. Первого в стране и мире именно такого типа!
Как мне было хорошо известно, Кириши также располагались на берегах Волхова. А всякий автолюбитель, кто прожил хоть сколько-то в Санкт-Петербурге образца XXI века, прекрасно знал такую компания, как «Киришинефтеоргсинтез».
Но сейчас Кириши представляли собой крохотную деревеньку на 20 с небольшим дворов. И вряд ли им отныне предстояло получить себе в качестве градообразующего предприятия завод переработки нефти.
Почему, спросите вы?
Да потому что под надзором ведущих специалистов строительной конторы Александра Вениаминовича Бари, наверное, наиболее инновационной в стране, всего в четырех километрах ниже по течению от будущей ГЭС уже заканчивалось активное строительство огромных нефтехранилищ и бензинового завода.
Я тут специально указал — бензинового, поскольку на всех прежних предприятиях схожей направленности процессы переработки нефти протекали так, чтобы основным продуктом выхода являлись керосин с мазутом. Здесь же нам предстояло в куда большем объёме получать из нефти именно что автомобильный бензин, опять же с мазутом, потребным, в том числе, для выделки новейших автомобильных покрышек путём его перегонки в технический углерод. А керосин уже шёл по остаточному принципу, хотя во всё ещё солидных количествах. Благо и его было куда девать.
И конкретно этому строительству была одна причина — рыночные цены на бензин, ставший в последние годы весьма ценным экспортным товаром, столь сильно скакнули вверх, что нынче доходили до 12 копеек за литр при оптовой закупке! А в розницу — даже до 30! При том, что литр мазута обходился в 1,5 копейки, а сырая нефть, понятное дело, была того дешевле!
При условии, что полностью гружёный 5-тонный грузовик нашего производства сжирал под 50 литров на 100 вёрст пути, экономика всего нашего предприятия не получалась экономной. Ведь, если учесть, что по военной науке подобный грузовик, мотаясь туда-сюда, мог накатать за день до 150 вёрст, выделять ежедневно аж 9 рублей на каждую машину на одно лишь только топливо — выходило слишком накладно даже для нас. Машин-то мы предполагали применять тут аж под 1000 штук! Потому и требовалось нам иметь свой собственный бензин в товарных количествах и по значительно более удобоваримой цене, дабы в ноль не разориться при строительстве.