Мир проклятий и демонов (СИ)

— Возьми чашу вон там, — сказала Ветон, указав на шкаф, откуда Пайпер в самом начале достала сундучок. — Вылей красный отвар, добавь немного воды и порошка из зверобоя, он жёлтый, не перепутаешь. Тщательно перемешай.
Пайпер не сказала ни слова: она нашла чашу, нужные ингредиенты, маленькую деревянную палочку и расположила всё это на сундуке у изножья кровати. Она бы ни за что не перепутала столь простые действия, но всё равно мысленно повторяла их, боясь ошибиться.
— Дай мне чашу.
Пайпер передала чащу, перед этим ещё раз тщательно перемешав полученный отвар. Ветон поднесла чашу к губам Третьего, рассеянно смотрящего на целительницу.
— Пей, — строго сказала она.
Выждав несколько секунд, Третий приоткрыл рот. Ветон помогла ему выпить отвар, провела чистым уголком ткани по лбу, стирая выступивший пот, и серьёзно посмотрела на него.
— Нужен ещё настой эрвы, — задумчиво пробормотала Ветон. — Дай мне его.
— Я… я не знаю, как он выглядит. Тут не подписано.
Ветон громко цокнула языком, отдала ей пустую чашу и отошла, чтобы найти отвар. Пайпер настороженно перевела глаза на Третьего. Он сидел, ссутулившись, пустым взглядом смотрел перед собой, не обращая внимания на слабо дёргающиеся пальцы. На его спине не осталось ни пятнышка крови.
— Что с ним было? — набравшись смелости, спросила Пайпер.
Ветон не ответила. Третий согнулся, упёр локти в колени и запустил пальцы в волосы.
— Пей, — приказала Ветон, протягивая ему склянку с бледно-зелёным отваром.
Третий без возражений выпил. Ветон спрятала склянку в складках своего простого серого платья, после чего мягко надавила на плечи великана.
— Не ложись на спину, — произнесла она таким тоном, будто уже сотни раз повторяла это.
Третий смиренно лёг на живот, убрав руки под подушки, и закрыл глаза. Ветон ворчала, пытаясь выдернуть из-под него испачканные одеяла. Когда Пайпер уже решилась помочь, целительница смогла справиться с этой задачей. Она отшвырнула одеяла, подошла к большим окнам, по форме напоминавшем приплюснутый треугольник, и приоткрыла одну из створок.
— Когда и где это началось? — спросила Ветон, повернувшись к Пайпер.
— На крыше, — запоздало ответила девушка. — Когда мы пришли к небесным китам.
— Что было первым?
— Первым? А, — выдала Пайпер, стоило только Ветон выгнуть бровь, — первым. Кровь из носа.
— Вас кто-нибудь видел?
— Нет.
— Точно?
— Точно.
— Надеюсь, что так.
Ветон опустилась на пол, спиной прислонилась к шпалере, изображавшей далёкие горные вершины, и прикрыла лицо ладонью. Её руки всё ещё были в крови Третьего.
— Никто не должен об этом знать, — тихо произнесла она. — Ни одна живая душа.
— Почему?
— Никто не должен об этом знать, — упрямо повторила Ветон.
— А это… это уже случалось ранее?
Пайпер покосилась на Третьего: он уже спал. Едва заметное шевеление и тихий звук, с которым он дышал, доказывали, что он действительно спит. Изуродованная спина блестела от ещё не высохшей воды.
— Да, и не один раз.
— Ему всегда так больно?
— Да.
Пайпер нервно сглотнула.
— Это проклятие?
— Он сам тебе расскажет. Если не пожелает вырвать язык, — усмехнувшись, добавила Ветон. — Поверь мне, Первая, он наказывал и за меньшее.
Пайпер сглотнула ещё раз. Думать, насколько Третий опасен, стало ещё сложнее.
— Что за чушь ты говорила ему?
— Это не чушь, — возразила Пайпер, смотря на спину Третьего.
Боги, она пялилась, как последняя идиотка. Но эти шрамы…
— Чушь, — не отступала Ветон.
— Но он слушал. Очень внимательно.
— Он не мог внимательно слушать. Всё, о чём он думает, когда это происходит, так это о боли.
— Ты в этом уверена?
Ветон хмыкнула.
— Дорогая, — язвительно произнесла она, смотря на неё исподлобья, — неужели ты думаешь, что я не знаю, с чем работаю? Не недооценивай меня.
Пайпер сглотнула, неопределённо качнув головой. Она не представляла в полной мере, что только что произошло, но была рада, что Ветон сумела помочь Третьему, пусть и обругала в процессе и его, и Пайпер. Словно вообще не могла без этого работать.
 
— Это повторится? — спросила девушка, собрав руки на груди. Оказывается, они слегка дрожали. Странно. Ей казалось, что страх, вспыхнувший, точно подожжённая спичка, уже утих.
— Не знаю, — пожала плечами Ветон. — Но в ближайшие пару часов ему ничего не угрожает.
— Точно?
Ветон сощурилась, оценивающе уставившись на неё.
— Ты так переживаешь, а, Первая?
— Ещё бы я не переживала, — резко произнесла Пайпер. — Он свалился у меня на глазах и плевался кровью.
— Великанов этим не сломить.
— Откуда мне было знать?
Эйс рассказывал ей, что после того, как Иснан утянул её в карман между мирами, Гилберт сделал нечто, едва не убившее его. Крови было так много, что она залила собой всё вокруг. И Стефан, пусть и был полукровкой, сильно пострадал во время нападения, причём оба раза.
— Дай я осмотрю твою царапину, — вдруг сказала Ветон.
— Я в порядке.
— Я слышала, что Третий спрашивал о ней. Если не помогу, он мне руки оторвёт.
Пайпер не нравилось, как количество упоминаний подобной жестокости всё множилось, не оставляя ей и шанса на вопрос. Она лишь дважды видела Третьего в гневе, когда он наказал Катона и совсем недавно, в городе, но эти сцены больше не пугали её так сильно, как раньше. Магия, эта переменчивая, капризная магия, никогда не лгала и позволяла чувствовать, что для неё Третий не опасен.
— Первая, — требовательно произнесла Ветон.
— Хорошо, — сдалась Пайпер, не готовая к долгим баталиям. — Но быстро.
— Словно я хочу торчать здесь дольше необходимого.
Ветон встала, быстро нашла среди своих принадлежностей маленькую стеклянную баночку и жестом велела Пайпер застыть на месте, после чего начала аккуратно наносить полупрозрачную мазь. Кожу обожгло, но Пайпер стиснула зубы, зная, что Ветон могла бы и не помогать, раз уж она сама расцарапала себя. Сейчас это казалось таким глупым и нелогичным, но, проматывая в голове все минуты после того, как она отправилась за Ветон, никакой другой идеи не приходило.
— Тебе лучше уйти, — пробормотала Ветон, сосредоточенно выравнивая слой мази на её царапине.
— Сигилы на дверях никого не пропустят, — тихо возразила Пайпер, боясь пошевелиться.
— Никто не должен знать, что ты вообще была здесь.
— Почему?
— Тебе нужны лишние слухи?
— Обо мне и так говорят. Одним слухом больше, одним меньше — неважно.
Ветон с силой сжала её челюсть и посмотрела в глаза.
— Ты даже не представляешь, во что лезешь, — угрожающе спокойно произнесла она.
— Я не уйду, пока не убежусь, что он в порядке.
Ветон презрительно фыркнула. Пусть считает её глупой девчонкой, не способной принимать разумные решения, но Пайпер помнила ощущения, приносимые магией. Боль и страх, ломавшие её изнутри. Оглушительная тишина в голове, а следом — тысячи звуков, смешавшихся между собой.
— Он бы остался, если бы что-то подобное случилось со мной, — неизвестно для чего добавила Пайпер, вдруг ощутив в этом острую необходимость.
С этим Ветон спорить не стала.
***
Пайпер с трудом и ругательствами разлепила глаза, чувствуя, как сильно ломит спину. На ней лежало что-то тёплое, чего она не помнила, и вокруг стояла тишина, прерываемая треском зажжённого пламени.
Девушка села, зевая, уставилась перед собой, не понимая, действительно ли она сумела разжечь камин или ей это снится. Ворвавшись сюда вместе с Третьим, она не отвлекалась на интерьер других комнат, пока тащила его к спальне, но, проскочив за Ветон, мельком видела, что в комнате, похожей на гостевую, был камин. Сейчас пламя в нём громко трещало.
Оглядевшись, Пайпер смутно представила размеры комнаты: как две спальни, если не больше. Тёмные ковры со сложными узорами на полу, картины и гобелены на стенах, украшенных резными полуколоннами и лепнинами, широкие окна, скрытые за тяжёлыми портьерами, хаотично расставленная по комнате светлая мебель. Пайпер лежала на одном из диванов, напротив которого стоял низкий стол с подносом. На нём высилась дымящаяся чаша, приятно пахнущая, и глубокая тарелка с аккуратно нарезанными кусочками вяленого мяса, сыра, поджаренного хлеба и кубиками чего-то ярко-розового. Рядом с Пайпер было большое одеяло, всё ещё укрывавшее её ноги.