Мир проклятий и демонов (СИ)

— Они говорят, — наконец произнёс Третий, бесстрашно протянув руку к одному из детёнышей, мгновенно загудевшего ещё громче, — что они — звёзды. Они — свет. Не солнца или луны, но такой же яркий и тёплый.
— Вау, — выдохнула Пайпер, не придумав ничего лучше.
Она никогда не умела говорить красиво или делать комплименты, но сейчас это было неважно. Внутренне подобравшись, она осторожно протянула руку и коснулась тёплого бока небесного кита. Созвездия на нём вспыхнули, став ярче огней внизу.
Хорошо, за знакомство с небесными китами Пайпер была готова временно отступить и оставить Третьего в покое. Но только временно: она всё равно узнает, как его зовут и какому великанскому роду он принадлежал. И ей следует морально подготовиться к ещё одной подобной встрече. Не исключено, что Третий попытается вновь уйти от ответов.
За их спинами пение стало громче. Пайпер повернулась, случайно оттолкнув руку Третьего, и едва не врезалась в его плечо. Он стоял ближе, чем ей казалось, но это не имело значения.
Он улыбался, пока из его носа текла синяя кровь.
  
Глава 17. Синяки и вены
 
— Боже мой, — выдохнула Пайпер. — У тебя идёт кровь.
Третий нахмурился. Потом у него внутри словно что-то щёлкнуло. Он дёрнул плечом, коснулся рта, уже испачканного в крови, и выругался.
Внутри Пайпер всё болезненно натянулась. И лишь после, когда Третий стал кашлять кровью, она поняла, что это был элементарный страх за него, а не частица Времени, сплетённая с Силой.
Третий рухнул на колени, закрывая рот руками. Он часто и хрипло дышал, сотрясаясь всем телом, пока небесные киты равнодушно плыли рядом, нежно касаясь их полупрозрачными плавниками, до того призрачными, что эти прикосновения напоминали лёгких весенний ветер. Пайпер слышала гул в ушах, бьющееся о рёбра сердце и хриплое дыхание Третьего, пытавшегося остановить кровь. Рукава его одежды уже насквозь промокли.
— Нужно кого-нибудь позвать, — торопливо произнесла Пайпер, для чего-то опускаясь рядом с Третьим. — Тень Эйкена? Стражу? Кого мне привести?
Третий отчаянно замотал головой.
— Нельзя, — сквозь зубы вытолкнул он.
— Но ты же…
— Нельзя, — упрямо повторил Третий. — Всё нормально. Всё… Ракс! — повторил он, дёрнувшись всем телом.
Если раньше его сотрясала мелкая дрожь, то сейчас это напоминало конвульсии. Третий рухнул, выплюнув фонтан крови, но тут же стал подниматься.
— Я приведу целителей, — протараторила Пайпер, подхватывая его за локоть и помогая ему удержать равновесие. — Найду стражу, и они помогут. Не трать силы.
— Мои покои…
— Что?
— Мои покои, — кое-как повторил Третий, часто дыша. — Там есть… всё, что нужно.
— Тебе нужна помощь.
— Мне нужно в покои…
Пайпер громко выругалась. Она сомневалась, что сможет оставить Третьего здесь и быстро привести помощь, и потому решила согласиться.
— Хорошо, ладно! Пойдём. Держись за меня. За меня держись!
Третьего шатало, но он всё же выпрямился, правда почти сразу же едва не навалился на неё. Его кровь попала на камзол, рубашку, руки. Всё было в синей крови.
Пайпер замутило. Ей хотелось отскочить, сбросить с себя камзол и стереть кровь, но она не позволила страхам победить. Третьего трясло, магия, связывавшая их, приносила отголоски его боли, для Пайпер ощущавшейся как медленные хаотичные надрезы острыми ножами по всему телу. А ведь это только тень боли, которую прямо сейчас испытывал Третий.
Что за чертовщина с ним творилась?..
— Идём, — проговорила Пайпер, обхватывая его за талию и заставляя стоять прямо. — Тут ведь недалеко, да? Я правильно помню?..
Её «недалеко» растянулось почти на двадцать минут, и то по большей части из-за того, что Третий отказывался идти через общие коридоры. Он, дрожащий от боли, плевавшийся кровью и едва не терявший сознания, всё равно оказался сильнее и останавливал Пайпер раньше, чем она успевала хотя бы шаг сделать в другую сторону. Он тащил её к коридорам для слуг и тем, что уже давно не использовались, будто боялся, что их кто-то увидит. Но при этом он часто останавливался и едва не падал. Кровь текла через нос и рот, попадала на одежду и оставляла за ними тонкий синий след. Кровь была на руках Пайпер, до побеления сжимавших Третьего, её прекрасном камзоле и, кажется, даже на лице. Пайпер запретила себе думать об этом.
 
Она помогала Третьему идти, слыша, какую боль ему причиняет каждый шаг и как до сих пор поют небесные киты.
Наконец они оказались напротив нужных дверей. Пайпер ещё ни разу не была в покоях Третьего, но не сильно беспокоилась, что врывается сейчас. Гораздо сильнее её волновало лицо Третьего, ставшее абсолютно белым, его подбородок и шея, покрытые кровью, и крупная дрожь в теле. Настолько крупная, что он даже не мог поднять ладони и положить её на дверь. Пайпер обхватила его запястье и прислонила к дереву, после чего толкнула. Она и не сомневалась, что покои Третьего будут распахивать свои двери только с его помощью.
— Отставить! — испуганно вскрикнула Пайпер, когда, едва они переступили порог, Третьего повело в сторону.
— Двери, — выдавил он. — Закрой… двери…
— Ага, конечно, — торопливо выдала Пайпер, кряхтя от усилий. — Ляг куда-нибудь!
Силы подвели её в самый последний момент. Третий оттолкнулся от неё, бредя к другим дверям, дубовым, наверняка ведущим в спальню. Пайпер торопливо захлопнула входные двери, увидев вспыхнувшую вязь сигилов на их поверхности, и побежала за Третьим. Его комнаты были огромными, и Пайпер удивлялась, как он сумел так быстро и почти беспрепятственно добраться до спальни. Почти, потому что по пути он уронил стопку книг со стола, аккуратно стоящие мечи в ножнах и едва не опрокинул зажжённую магией свечу на тонкий ковёр. Пайпер подхватила свечу, лишь чудом не коснувшись пламени, и поставила её на место. К тому времени Третий уже добрёл до кровати и рухнул на неё, лицом уткнувшись в подушки.
Пайпер остановилась, большими от ужаса глазами смотря на его спину. На промокший и потемневший камзол.
Её всю затрясло от страха и боли, продолжавшей наполнять каждую клеточку тела. Тонкие острые лезвия, на самом деле не существовавшие, впивались в кожу и беспощадно разрывали её, обнажая мышцы и кости. Крови Третьего стало так много, что Пайпер начала задыхаться от медного запаха.
— В шкафу, — сипло проговорил Третий, с трудом отрывая лицо от подушек.
— Что? — удивлённо выпалила Пайпер.
— Снадобья и порошки, — сжав зубы, продолжил великан. — Они помогут. Дай мне их.
Пайпер бросилась к невысокому шкафу, на который указал Третий. На периферии её зрения вспыхивало сотни тёмных пятен, бывших деталями интерьера, но она не обращала на них внимания. Пайпер рылась в шкафу, среди книг, старых окровавленных тканей и предметов, которым вообще там было не место: покоцанные украшения, заржавевшие кинжалы, запечатанные письма. Наконец она нашла небольшой сундучок, — похожий она видела у Ветон, когда была у неё вместе с Джинном, — вытащила его и подбежала к Третьему. Он уже стянул с себя камзол и пытался избавиться от прилипшей из-за крови рубашки, ругаясь на весь свет. Брызги синего окрашивали чистые одеяла и подушки в тёмные пятна.
— Белый отвар, — скомандовал Третий, беспощадно разрывая ткань рубашки спереди. — Затем тот, что с голубым осадком. Затем…
Он вдруг согнулся, схватившись за волосы, и закричал. Пайпер испуганно подскочила, едва не выронив склянки с отварами. Она отступила на шаг, даже не понимая этого, и во все глаза уставилась на Третьего.
Он напоминал дикого зверя, страдавшего от смертельных ран. Он тянул себя за волосы, сжимая зубы до громкого скрежета, царапал левое запястье, на котором были какие-то символы, и пытался отодрать прилипшую к спине ткань рубашки. Наконец у него получилось, но, казалось, от этого ему стало только хуже. Крики Третьего были полны боли и отчаяния, и внутри Пайпер всё переворачивалось. В первые секунды — из-за того, как магия передавала его боль. А уже после — от того, что она увидела на спине Третьего. Вернее, от того, чего она не увидела.