Мир проклятий и демонов (СИ)

Ей было лишь на каплю лучше, чем в тот момент, когда она пролетела десятки метров, ударившись обо все ветки, и рухнула в сугроб. Взор застилал туман, уши заложило, а всё тело болело так, будто те люди пару раз потыкали её своим оружием или даже использовали, как грушу для битья. Во рту всё ещё ощущался вкус крови, которой стало больше, когда Пайпер упала на землю — мужчина, сдёрнувший её с лошади, ослабил хватку, словно думал, что она может стоять сама.
Вокруг было очень шумно. Света стало намного больше, но его будто пропустили через серые полотна — он был блеклым, нагоняющим удушающее чувство страха и одиночества. Стало немного теплее, но Пайпер не заметила, чтобы ей дали какую-то новую одежду — всё то же изодранное, почти закоченевшее от мороза пальто, забрызганное чем-то красным. Пайпер не помнила, чтобы рисунок на её пальто был таким вычурным. Чтобы он вообще был.
Жёсткий, резкий голос прервал поднявшийся гвалт. Пайпер не могла подняться с земли, видела лишь чьи-то худые ноги, остановившиеся возле неё. Тело вновь окутало дрожью.
— Хвалю вас за осторожность, — произнёс всё тот же резкий голос, принадлежавший девушке, — но вас всё же обставили, как детей. Вы приволокли ведьму.
— Ведьму? — недоверчиво переспросил какой-то мужчина. Не один из тех, что сопровождал Пайпер, — те, кажется, стояли в стороне. — Разве сокрушитель её тронул?
— Мы, как и всегда, сделали надрез, — вперёд выступил то ли охотник, то ли не охотник, первый заговоривший с Пайпер ещё в лесу. — Сокрушитель не обжёг её кожу, а она сама не рассыпалась, как ведьмы.
— Но это ведьма, — безапелляционно повторила девушка. — Ведьмам требуется много сил, чтобы обмануть сокрушители, но это возможно. И ведьмы умеют подавлять голоса мёртвых.
— Ты совсем их не слышишь? — спросил стоявший рядом с девушкой мужчина. Почему-то, пытаясь оглядеть их выше колен, Пайпер видела только размытые пятна. — Ничего?
— Ничего, — подтвердила девушка. — Она, говорите, показала вам Лерайе? Морок, не иначе. Лерайе нет в этом мире, и использование её обликов — преступление. Казнить ведьму.
По толпе одновременно пробежались восторженные и неприятно удивлённые шепотки.
— Вы не виноваты в том, что вас обманули, — продолжила девушка, повернувшись к Пайпер спиной. — Ведьма не должна бродить по нашим землям, но и оставлять её в крепости нельзя. Вы знаете, что раньше ведьмы были людьми, так что мы подарим ей быструю смерть. Икас, — она вновь повернулась к мужчине, — ведьму нужно казнить.
— Хоть бы раз попробовала сделать это сама, — проворчал Икас тихо, но Пайпер его услышала. Слишком хорошо, будто он был совсем близко и буквально кричал ей в ухо.
Чувства обострились. Зрение стало чётче, и Пайпер увидела шагнувшего к ней Икаса: высокого мужчину в кожаной броне, с тёмными волосами, собранными в хвост, и горящими каким-то странным огнём серыми глазами. Среди многочисленных тусклых красок, плывших за его спиной, Пайпер смогла различить острые уши Икаса.
Эльф приблизился ещё на шаг. Пайпер, собрав всю свою силу, какую только могла отрыть за эти жалкие секунды, отползла на пару сантиметров. Плевать, что одежда пачкается, мнётся и рвётся, что руки цепляются за мёрзлую землю, ногти ломаются, а лицо болит так, словно его всё ещё хлестают ветки. Она не может позволить им убить себя.
Её ладонь упёрлась в землю в тот момент, когда Икас попятился назад. В ушах нарастал рёв, тень за спиной Пайпер почему-то становилась всё больше. Сквозь толпу, всколыхнувшуюся от волнения и испуга, кто-то отчаянно пробивался.
— Кажется, ты ошиблась, дорогая Клаудия, — насмешливый голос Арне, в котором прорезались нотки стали и холода, эхом разнёсся по местности. — Разве мы с моим другом сказали своё слово?
— Почему ты защищаешь ведьму? — недоумённо спросила девушка, Клаудия, подняв голову. — Ты знаешь, что моё проклятие не обмануть!
— Эта девушка не ведьма, но ты не можешь услышать шёпот за её спиной, потому что твоя сила ограничена.
— Что это значит?
Арне громко хмыкнул. Вслед за оглушительным хлопком полился яркий фиолетовый свет, и Арне, пройдя мимо Пайпер, развеял его, представ перед всеми собравшимися. Только теперь Пайпер поняла, что Клаудия, Икас и все остальные опустили головы, хотя до этого смотрели в сторону Арне, задрав голову.
 
— О, — вдруг выдал Арне с весельем, — а вот и он!
Пайпер не была намерена больше ждать. Должно быть, Арне просто выигрывал ей время. Если это действительно так, то нужно убираться отсюда как можно быстрее.
Тело сковывало, но Пайпер упрямо тащила его в сторону. Её не интересовали ни взгляды, направленные на неё, ни то, что кто-то осмелился подойти. Арне на её стороне, значит, он позволит ей спастись. Он остановит человека, подошедшего ближе.
Однако Арне этого не сделал.
Пайпер замерла, встретившись взглядом с льдисто-голубыми глазами. Блеснувшая в левом ухе человека серебряная серёжка-кристалл всколыхнула воспоминание, а прикосновение к её руке — магию, всё это время рвавшуюся наружу. Сила вспыхнула, точно разом пробила все барьеры, и потекла по венам Пайпер, разгоняя её кровь. Но этого было слишком много.
Пайпер только-только смогла приподнять и протянуть руку к человеку, когда Сила растеклась в районе солнечного сплетения. Тело свело судорогой, и всё вокруг заволокла уже знакомая тьма.
  
Глава 2. Ведь мы же поклялись с тобой когда-то
 
Магнус вяло водил ложкой по тарелке. Эйкен молча уплетал завтрак за обе щёки, пока Стелла тихо жаловалась Клаудии, что хочет нормального мяса. И все они в равной степени делали вид, что Третий в порядке.
Он редко спускался и разделял еду с другими обитателями крепости, но оставаться наверху уже было невыносимо. Третий всегда слышал чужое дыхание и биение сердец, благодаря чему всегда знал, кто и где находится, но последнюю неделю только и делал, что следил за одним-единственным человеком. За человеческой девушкой, ещё ни разу не открывшей глаза с тех пор, как она потеряла сознание во дворе.
Арне не говорил, что с ней. Если бы всё было плохо и непоправимо он бы, разумеется, сообщил об этом — он бы просто не позволил тратить ресурсы и силы других на девушку, которая уже не очнётся. Но невмешательство сакри только подтверждало, что девушка рано или поздно, но придёт в себя. Третий никому, даже Арне, не признавался, как сильно он ждёт этого момента.
Он нервничал, ждал, думал, совсем не спал, нервничал ещё больше, но не подходил к человеческой девушке лишний раз. Тогда, во дворе, у него едва хватило сил и выдержки, чтобы не потерять сознание самому. Арне настоятельно рекомендовал сначала восстановить силы, а Клаудия едва не требовала этого. Она же убедила Третьего сменить обстановку и постоянно напоминала, что целители в состоянии выполнить свою работу и без его надзора. И Третьему пришлось с ней согласиться.
Он ждал, не находя в себе сил заниматься привычными делами, и не мог полностью сосредоточиться на составлении ответных писем или обучении Эйкена. Всё, что Третий мог, — это слышать чужое тихое дыхание и чувствовать, как его нервы натягиваются до предела.
Неожиданно Стелла с томным вздохом привалилась к его плечу и уставилась на него большими грустными глазами. Магнус мгновенно прыснул от смеха.
— Я тебя не пущу, — непреклонно сказал Третий, даже не посмотрев на Стеллу.
— Но я хочу поохотиться, — жалобно протянула Стелла.
— Нет. В лесу стало слишком опасно.
Что-то — или кто-то — забросил человеческую девушку в этот лес, но ничего после себя не оставил. Слишком подозрительно, слишком опасно. Если уж Арне до сих пор с этим не разобрался, значит, дело действительно серьёзное. Третий знал, что Стелла не такая уж и слабая, что она сможет позаботиться о себе, даже если будет одна, но он не мог позволить ей рисковать собой.
— Пока что остаёмся в крепости, — чуть мягче добавил он, всё же повернувшись к Стелле.
— Икасовых охотников ты не остановил!