Мир проклятий и демонов (СИ)

Пайпер зажмурилась так сильно, что перед глазами заплясали цветные пятна.
Все её проблемы решаемы. Нужно лишь успокоиться и хорошенько подумать над ними. Пайпер только проблемы глобального потепления решить не может, да и то не является правдой на все сто процентов. Может, Сила и на такое способна, кто же её знает. Лерайе ведь всё ещё молчит.
Все её проблемы решаемы.
Но пока Пайпер лежала и беззвучно плакала, давилась жалостью и ненавистью к себе и думала о том, что очень хочет, чтобы это всё закончилось.
Вот бы просто открыть глаза в своей светлой комнате, увидеть стенд с фотографиями, прошедшими тщательный отбор, книжный шкаф, коллекцию мелких подарков от Эйса, на которые он долго копил (или же с помощью щенячьего взгляда выпрашивал у родителей), услышать будильник или ворчливый голос Лео, понявшего, что Пайпер съела его любимый йогурт.
Но вместо этого она почувствовала, как её руки касается что-то мягкое, тёплое, испуганно вскрикнула и дёрнулась.
— Прости, — тихо произнёс Третий, отнимая руку, — я дважды постучался, но ты не ответила.
Он сидел возле её кровати на коленях, поставив локти на край, и обеспокоенно оглядывал её лицо, наверняка не такое уж и симпатичное, чтобы уделять ему так много внимания.
— Дана сказала, что ты не хочешь есть, — продолжил Третий, пока Пайпер пыталась незаметно, — на самом деле очень заметно, — утереть слёзы. — Ей всё равно, так что я сказал, что сам отнесу тебе еду.
Пайпер покосилась в сторону. Поднос со скромным то ли обедом, то ли ужином стоял на прикроватном столике. От одного вида еды у Пайпер напрочь пропали зачатки аппетита.
— Я не буду это есть.
В бессмысленном и раздражающем упрямстве ей следует отдать золото.
— Я могу попробовать, — предложил Третий, не изменившись в лице. — Если отравлюсь, Магнус изрешетит каждого, пока не узнает, кто виноват.
— Ты не будешь пробовать, — возразила Пайпер. — Ты ничего не ешь.
Глаза Третьего округлились лишь на секунду, но этого было достаточно.
— Ты ничего не ешь, — повторила она, ссутулив плечи. Третий всё ещё сидел на полу, положив локти на край кровати, и смотрел на неё снизу вверх, но именно Пайпер чувствовала себя маленькой и незначительной.
Это было лишь предположение, ведь она ни разу не видела, чтобы Третий съел хоть что-нибудь. Он только пил, и то не всегда, и не притрагивался к еде, первым заступал на дежурство во время привалов и непринуждённо улыбался уголками губ, будто так и должно быть.
— Ещё одно проклятие?
Третий сдавленно кивнул.
— Сколько их вообще?
— Достаточно, чтобы я порой забывал точное число.
— Ты сумел избавиться хоть от какого-нибудь?
— Разумеется. Я избавился от многих проклятий, но твари накладывали новые. Думаю, без полноценного Арне я не могу избавиться от них полностью.
— Значит, нужно починить Арне.
Третий вдруг усмехнулся и покачал головой.
— Арне сказал, что оскорблён сравнением с… не совсем понял. Что такое фотопарт?
— Фотоаппарат, — исправила Пайпер. — Устройство, с помощью которого можно делать фотографии.
— Что такое фотографии?
Непонимание и растерянность в его глазах, светлых без магии, напомнили ей Эйса, ставшего невольным слушателем получасовой лекции о камере Пайпер, когда Лео всё же соизволил купить её и загладить вину.
— Я тебе как-нибудь покажу, — пообещала Пайпер, зная: если её проблемы не решаемы, она не сможет выполнить это обещание.
— Это что-то хорошее?
— Очень. И красивое. Тебе понравится.
— Почему мне должно понравится?
— Фотоаппаратом можно поймать что-то красивое и любоваться этим, пока не надоест.
Третий нахмурился.
— Так это тюрьма?
— Нет, какая ещё тюрьма! — фыркнула Пайпер и закатила глаза. — Это я так, образно… И вообще, — строже добавила она, сведя брови к переносице, — не уходи от темы.
— Просто пытаюсь поднять тебе настроение, чтобы ты вновь улыбалась.
Это было сказано так искренне и непринуждённо одновременно, что Пайпер мгновенно проглотила колкий ответ, придуманный заранее и готовый сорваться с языка. Угораздило же её оказаться в обществе не просто честного и ответственного сальватора, но ещё и порой не понимающего, как могут быть восприняты его слова.
 
— Как Эйкен? — проглотив второй ответ, уже не такой колкий, как первый, спросила она. — Ты же был у него, да?
— Да, был. Он хорошо себя чувствует, но его что-то беспокоит. Возможно, увидел плохой сон. Магнус с ним, хотя хотел наведаться к тебе.
Пайпер была уверена, что после этих слов Магнус эффектной походкой зайдёт в комнату, лёгким движением откинет со тёмные лба волосы и, ослепительно улыбнувшись, скажет что-то вроде: «Третий, ты засранец, почему ты так долго подводил к великому и прекрасному Магнусу?»
Но Магнус не заходил. Пайпер, привыкшая к его обществу, бессчётному количеству шуток и флирту, на который никто не реагировал, начала нервничать.
— И где он? — всё же уточнила она.
— Проверяет рыцарей, живущих здесь. Мы написали и отправили Киллиану письмо, и Магнус решил, что стоит провести полную проверку. Целительниц он оставил мне.
— И как? Они прошли проверку?
— Дана в состоянии проконтролировать всё и без моего вмешательства. Я не намерен влезать в жизнь этого храма ровно до тех пор, пока мне прямо не скажут об этом.
— А. Как благородно.
Третий озадаченно нахмурился.
— Забей.
— Кого?
Пайпер в ужасе округлила глаза.
— Мы же уже это проходили!
— А, это опять твои земные… — он задумался, отвёл взгляд, но спустя всего секунду просиял и закончил: — Фишки, да? Ты же так говорила?
Пайпер много чего говорила, но не помнила, чтобы говорила о том, как хочет, чтобы её отвлекли разговорами ни о чём и обо всём одновременно. Она бы разозлилась, если бы была способна на злость, и упрекнула бы Третьего, если бы имела на это право. Вместо этого она сидела, подавляя глупую улыбку, — как можно не улыбаться из-за того, каким невинным и довольным выглядит Третий, вспомнив о словах «земная фишка»? — и старалась не думать о том, что без её участия её проблемы не решатся. А ведь было бы так прекрасно.
— Так когда мы отправляемся дальше? — спросила Пайпер, надеясь, что её вопрос не прозвучал слишком резко и что очередная смена темы не станет причиной для упрёков со стороны Третьего.
— Завтра утром. Вам с Эйкеном нужно хорошенько отдохнуть.
— А вам с Магнусом? Дана сказала, что вы были похожи на мертвецов, когда прибыли.
— Мы выглядели куда живее вас.
Пайпер заломила бровь и выжидающе уставилась на него.
— Лошади отдыхают в стойлах, — со вздохом ответил Третий, — Магнусу нашли комнату в казармах рыцарей. Всё нормально.
— А ты?
— Мне не нужен отдых.
— А сон?
— И сон не нужен. Лучше помогу целительницам, которые будут дежурить этой ночью. К счастью, Басон обещал не буянить. Кажется.
— Иными словами, будешь шататься по всему храму и искать, чем бы себя занять на всю ночь.
Потому что никак иначе для Пайпер это и не выглядело. Раньше она не особо интересовалась, чем занимается Третий поздним вечером и ночью, она уходила к себе предаваться самобичеванию за несколько часов до наступления полной темноты, но теперь понимала, что Третий постоянно искал для себя какое-нибудь занятие. Он не спал, не ел, не отдыхал. Он вообще не делал ничего, что является естественным и даже обязательным для живых.
— Давно ты так?
Ей было не обязательно уточнять вопрос, чтобы Третий понял её. Он кивнул, не изменившись в лице, но сердце Пайпер сжалось так же, как дрогнула Сила и нить, связывающая её со Временем.
Всё это было так неправильно и несправедливо.
— Тогда расскажи мне о Диких Землях, — попросила Пайпер, сцепив пальцы в замок. — Всё, что можешь рассказать. Я хочу наконец понять, где нахожусь.
— Наших занятий было мало?
— Мало, — нехотя призналась Пайпер.
Третий никак не отреагировал на её ответ, будто и не задавал вопроса, только ещё раз кивнул, произнёс: