Мой любимый менталист

 
Глава четвертая
 
Ника Лазарева
Будильник на лиаре сработал ранним утром. Может, необходимости в этом и не было, но я собиралась отправиться на тренировку.
Едва встала, подошла к окну и какое-то время рассматривала по-прежнему серое небо, затянутое тучами. Сдается, любой другой человек бы даже не обратил внимания на подобное, но не тот, кто живет почти на другом конце Вселенной и изо дня в день видит либо искусственно созданное голубое небо, либо звездную россыпь на темном бар.
А дождик – это так по-настоящему. Я решительно натянула спортивный комбинезон и вышла из жилого модуля. Тренировочных площадок и полигонов на территории Ариатской Звездной Академии имелось несколько. Часть из них, оборудованная специальными устройствами, закреплялась за определенными факультетами, в некоторые доступ был по неизвестным причинам закрыт, но имелись и общие тренировочные площадки для любых желающих.
Я выбрала одну из последних и, оказавшись снаружи, вдохнула свежего воздуха. Моросил мелкий дождик, и я не удержалась, подставила ему лицо, и несколько минут просто постояла, наслаждаясь новыми ощущениями. Затем проверила, насколько крепко стоит ментальный щит, потому что вовсе не желала читать чужие мысли, и направилась на пробежку в парк.
Деревья были покрыты зеленой листвой, на некоторых распустились большие белые цветы, а кусты пестрели оранжевыми и желтыми соцветиями. Мысленно сделав себе пометку узнать, что это за растения, выбрала удаленную дорожку для бега.
Мне повстречалось всего несколько студентов, решивших в этот час выбраться на тренировку. Мы искоса бросили друг на друга взгляд и направились дальше. Трижды над головой кружили боевые флаеры, выстраиваясь в линию. Похоже, у пилотов учения.
Когда я закончила пробежку и сделала привычную за многие годы разминку, в небе стало появляться все больше флаеров, а дождь усилился. Я нырнула в зону для тренировки.
Зал был разделен на секции, в каждую из которых подгружены реальности. Подумав, остановилась на привычной полосе препятствий. И выкинув все мысли, отдалась тренировке.
Вышла через полтора часа взмокшая и абсолютно довольная собой. Все же хорошо, что звездные академии строятся по одному принципу, имеются различия только в архитектуре да каких-то тонкостях для инопланетных рас, но в целом и на Ариате я смогу заниматься и поддерживать форму.
У выхода столкнулась с Дином и Ранком. Парни, что-то бурно обсуждавшие, одетые в тренировочные костюмы, вышли из соседней секции.
– Доброе утро! – поздоровалась я.
– Ника? – удивился Ранк. – Неужели и ты ходишь на подобные тренировки?
Парень глянул на голограмму, все еще показывающую, какую программу для тренировок я выбрала.
Смахнула настройки, поставила значок, что секция свободна, и пожала плечами. Ответа на мой вопрос точно не требовалось, все сам видел.
– Снежана, так понимаю, о тренировках забыла, стоило покинуть Рейв, – хмуро заметил Дин.
Ранк покосился на друга, но ничего не сказал.
– Надо будет с ней поговорить. Если не станет поддерживать форму, ни о каком возвращении на Рейв и речи идти не может.
– Только не ударяйся, Дин, в рассказ о тонкостях гравитации и разницы климатических условий, – закатил глаза Ранк. – Он это может, – заявил, поглядывая на меня.
– Я с Дином согласна. Со Снежаной придется поговорить, и если она откажется от тренировок, необходимо будет решать проблему, – мягко заметила я.
Дин кивнул, но мыслями явно был далеко. Я не стала опускать ментальный щит, чтобы прочитать, о чем он думает, как бы сильно этого не хотела. По возможности, я вообще старалась не использовать свои способности без необходимости. Да и нет большой радости копаться в чужих мыслях и тайнах. Они ведь бывают совсем разными, и чаще всего не особо приятными.
– Предлагаю принять душ и позавтракать вместе, раз уж встретились.
– Вымыться-то мы успеем, а вот спуститься в студенческую столовую, – Ранк посмотрел на голограмму часов, высветившуюся на лиаре, вздохнул, – это уже вряд ли.
 
– Ничего страшного, закажем еду в жилой модуль, а встретимся, как договаривались, – заметила я, дружелюбно улыбаясь.
Внутри меня прошла странная щекотка, и я снова проверила ментальные щиты. Мало ли… Обычно ведь именно это предшествовало чтению мыслей.
– Ладно, – согласился с нами Дин.
– Наперегонки до жилого корпуса? – подмигивая, поинтересовался Ранк.
В зеленых глазах заплясали озорные искры. Дин, заметив игривое настроение своего друга, фыркнул. Но любопытство проскользнуло и в его взгляде.
Я хмыкнула. Проверяют меня на прочность, выносливость и гожусь ли для их компании?
– Давай! – весело согласилась я.
И мы помчались к жилому корпусу. Пришли, кстати, все вместе. Я всеми силами старалась не отстать от парней, и в тоже время старательно следила за тем, чтобы случайно моментально не переместиться.
Надо бы понять и выяснить, как это вообще можно контролировать.
Поймала себя на мысли, что так и не смогла поговорить с наром Вейрасом, единственным, кто хоть как-то мог помочь с этим разобраться. Хотя бы советом. Только зачем ему возиться с незнакомой девчонкой? Да и как бы я показалась на глаза мужчине, с которым провела ночь? И пусть ничего не было, но какое-то ненормальное ощущение, почти запредельное, что было все, у меня оставалось.
Я думала о своем незнакомце, пока поднималась в комнату, принимала душ и собиралась на вводную лекцию об Ариате.
Нам неожиданно выдали форму, и моя оказалась лилового цвета с белыми искрящимися вставками. Материал, из которого она была сделана, незнакомый, но очень приятный на ощупь. Функция терморегуляции поддерживалась, прочность ткани, судя по моим ощущениям, высокая, и сел космокомбинезон прямо по фигуре.
Снежана оделась в белую с небольшими вкраплениями серого цвета форму, а Дин и Ранк – в черные комбинезоны.
Снежана хмурилась, явно была недовольна тем, что в своей одежде находиться нельзя, но куда деваться? Раз космокомбинезоны здесь определяют принадлежность к определенному факультету, других вариантов у нас, как носить ее, нет.
Когда мы встретились в холле и едва успели переброситься парой слов, позвонила Вирата. Она поинтересовалась, как мы устроились, все ли в порядке и напомнила про вводную лекцию.
Нас немного шокировало, что длиться она будет почти четыре часа, но как выяснилось, после рассказа о планете и ее обитателях, нам покажут ознакомительный фильм.
До аудитории, расположенной по соседству, мы добрались быстро. По пути нам попалось немало студентов. Большинство одетых в черную форму, но встречались и те, кто носил зеленое, синее и фиолетовое, как и я.
– Черное – боевики, зеленое – целители, синее – пилоты, фиолетовое – менталисты, – заявил Дин.
– Похоже на то, – отозвался Ранк, провожая взглядом симпатичную ариатку с короткой стрижкой и невероятно красивой фигурой.
В аудиторию, небольшую, но вполне уютную, мы вошли с первым звонком. Нас уже ждал ариат средних лет. Черные волосы, собранные в хвост на затылке, падали на одно из его плеч, что придавало ариату непривычный вид. Черные глаза сверкали любопытством, которое он и не пытался скрыть. Похоже, нам стоит ждать вопросов о Рейве и нашем обучении.
Одетый в черно-алую форму, видимо, свойственную преподавателям, он приветливо улыбнулся, представился наром Гар-рисом и предложил располагаться поудобнее.
В аудитории не имелось столов и стульев, лишь пушистый серый ковер с длинным ворсом с геометрическим рисунком и разбросанные разноцветные подушки.
Снежана с сомнением взяла одну из них в руки, не зная, что и думать.
– Они способны принимать любую форму, подстраиваются под необходимую вам, – пояснил нар Гар-рис.
Мы устроились поудобнее, щелкнули по лиару, выводя голографическую плоскость, чтобы можно было фиксировать информацию при помощи специальной программы, и приготовились слушать.