"Фантастика 2023-172". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Этого я не знаю, хотя и догадываюсь о причинах.
— Тогда расскажи о своих догадках.
— Это долгий разговор. Вы давно улетели с Земли, и мне придется начинать издалека.
— Так начинай!
— Не слишком удобно разговаривать, стоя здесь навытяжку! Можешь больше меня не опасаться. Если бы я собирался тебя убить, я бы уже сделал это, несмотря на твою реакцию. Пара выстрелов из бластера сожгли бы кожух генератора, за которым ты прятался.
Это было правдой, и Танаев охотно принял предложение своего противника. Любая мелочь при той напряженной беседе, которая им предстояла, имела большое значение.
Убийца и его потенциальная жертва мирно уселись на кожухе генератора, Танаев лишь изредка поглядывал на бластер, блестевший на полу в паре метров от того места, где они находились. В случае необходимости он сможет завладеть этим оружием, и это знание прибавляло ему уверенности и спокойствия.
У Годвина были глаза побитой, но все еще злобной собаки. Жизнь изрядно потрепала его, но в нем по-прежнему чувствовалась скрытая сила и безжалостность. Танаев чувствовал готовность Годвина в любой момент отнять чужую жизнь и ни на секунду не позволял себе расслабляться — этот человек был опасен, и он был профессиональным убийцей. Клер Годвин даже не пытался этого скрывать. При других обстоятельствах Танаев без всяких угрызений совести покончил бы с ним, смерть ни в чем не повинного Андре лежала на совести этого человека, хотя в этом он, возможно, ошибается, доказательств у него нет, и ему, как воздух, нужна была информация.
— Мой первый вопрос может показаться тебе странным, но не забывай о том, как долго меня здесь не было, и о том, что земное начальство позаботилось о полной информационной изоляции этой станции. Так что произошло на Земле за последнюю тысячу лет? Почему не видно огней городов?
— Потому, что их почти не осталось. Долгая война, продолжавшаяся несколько десятилетий, разорвала Федерацию на мелкие клочки и покончила с городами.
— Когда я улетал в свою звездную экспедицию, Федерация представляла собой единое государство с хорошо организованной социальной системой. У нее не было причин для внутренних конфликтов и не было внешних врагов. Так что же что послужило причиной войны?
— Это не так-то просто объяснить, потому что формально противников у нас до сих пор нет. Получается, что мы своими руками, вроде бы без всякой причины, разрушили тот прекрасный мир, который долгие века созидали предыдущие поколения землян.
— Но причина была?
Даже несколько. Выбирай любую. Экологическая катастрофа, явившаяся следствием нашей непомерной жадности, неизбежная при объединенных усилиях общества потребителей, раскинувшегося по всей планете.
Компании разогревали покупателей безудержной рекламой, заставляя их выбрасывать на свалку сотни тысяч тонн вполне годных, но «морально устаревших» изделий. Тысячи тон ядовитых газов и отбросов постепенно превратили Землю в огромную мусорную свалку, изменили ее климат, вызвали резкое падение сельскохозяйственного производства. Фабрики синтетической пищи не справлялись с поставленной перед ними задачей — накормить постоянно растущее население Земли, им просто не хватало для этого ресурсов. В конце концов начался голод — основная причина всех междоусобиц.
Но за всеми этими логически безупречными фактами напряженное внимание Танаева улавливало какую-то недоговоренность. А может быть, и сознательную ложь. Он все время напоминал себе, что разговаривает с врагом, с человеком, приданным его убить и уже убившим одного из обитателей станции. Только собственная выгода руководила сейчас Годвином — он сказал, что опасается своих хозяев, но так ли это? Что, если это всего лишь уловка, попытка усыпить бдительность Танаева, втереться к нему в доверие? Но для чего? Если его целью по-прежнему оставалось убийство, зачем он затеял такую сложную игру? Его бластер и на самом деле мог пробить кожух, за которым укрывался Танаев, почему же он не повторил выстрел? В любом случае, до тех пор, пока он не найдет способ проверить информацию, полученную от Годвина, доверять ей нельзя. По крайней мере, одна причина, вызвавшая катастрофу на Земле, была ему хорошо известна — и именно о ней Годвин не упомянул в своем рассказе. Но он не мог не знать о появлении на земле миссионеров Хорста... Каждая фраза нуждалась в проверке, в особенности те, что могли определить дальнейшие действия...
 
— Если ты решил договориться со мной, зачем вообще стрелял? Мне едва удалось увернуться.
— Потому, что ничего я не решал. Я действовал инстинктивно. Я не верил в твою уникальность, в твои необыкновенные способности, мне казалось, начальство придумало их, чтобы подтолкнуть меня к решительным действиям, не дать времени на изучение ситуации, не допустить нашего разговора. Но когда ты сумел увернуться от моего выстрела, я понял, что вместе мы можем справиться с безнадежной ситуацией, в которой очутились, и что в твоем лице я могу заполучить стоящего партнера.
— Голод, говоришь... — Танаев слушал Годвина не слишком внимательно, его мысли все время возвращались к погруженной во тьму планете, на которой не осталось городов... — Одного голода недостаточно, чтобы разрушить такую мощную и хорошо отлаженную систему, какую представляла собой Федерация с ее армией, полицией, службой безопасности, с ее разветвленными космическими колониями, что-то ты темнишь, парень!
— Все, о чем я говорю, истинная правда. Это как горная лавина, если снег уже подтаял, достаточно одного случайного камня, чтобы все рухнуло. С годами негативные факторы наслаивались друг на друга и усиливали свой разрушительный эффект.
  
Глава 6
 
Время в огромном боевом зале некогда могучей космической базы Земли текло незаметно. Этому способствовала тишина, мягкий приглушенный свет, запахи пыли, ржавчины и застаревшей смазки давно не использовавшихся механизмов.
Все, что рассказал Годвин, могло быть правдой, но Танаев знал, что должна быть еще одна скрытая причина начала катастрофы, спусковой механизм, о котором «очиститель» не упомянул.
— Складно говоришь. Не очень-то ты похож на наемного убийцу!
— Я не убийца. Чистильщики входят в состав элитных правительственных войск. Не нужно меня оскорблять. В конце концов я могу передумать и выполнить порученное мне задание, чем бы это ни грозило в дальнейшем.
— Это уже лучше. Хотя теперь тебе это, возможно, и не удастся.
Все внутри Танаева протестовало против услышанного. Разум отказывался поверить в гибель государства, которому была посвящена вся его предыдущая жизнь. Но и отрицать очевидный факт, в котором он уже успел убедиться лично — отсутствие огней земных городов — он не мог и лихорадочно пытался подыскать этому факту какое-то приемлемое объяснение или неопровержимое подтверждение тому, что рассказал Годвин.
Неожиданно его взгляд зацепился за толстые пучки кабелей, идущие из кабин наведения в центральный управляющий отсек.
— Кому понадобилось строить эту станцию? Если беспорядки начались на Земле, от кого собирались обороняться в космосе?
— Ее строили в последние годы смуты, когда правительство собиралось эвакуироваться на одну из внешних звездных колоний и готовило для себя безопасный отход. Но осуществить свое намерение так и не успело.
— Когда тебя посылали на задание, тебе должны были предоставить подробный план всех помещений станции.
— Разумеется.
— Был ли сохранен при монтаже базы управляющий компьютер корабля, корпус которого использовали как внешнюю оболочку станции?
— Во всяком случае, та его часть, которая управляет стрельбой, наверняка была сохранена.
— Меня не интересуют твои догадки, — холодно оборвал Годвина Танаев. — Потрудись сообщать лишь известные тебе достоверные факты, и запомни, я найду способ проверить каждое твое слово.
— Именно это я и делаю! — В голосе Годвина слышалось нескрываемое раздражение, и это понравилось Танаеву, поскольку говорило о том, что Годвин не слишком стремился контролировать свои эмоции, что косвенно свидетельствовало в его пользу.