"Фантастика 2023-172". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Мам, ну ты что! Это Лулу нарисовала? Она же совсем маленькая, мало ли, что ей в голову пришло. Не стоит из-за этого так…
— О, нет юная леди, я уже вижу, что ты начинаешь юлить. Я устала от того, что все вокруг что-то скрывают! Вы что, думаете, я совсем дура?! Отвечай мне честно, что здесь происходит?! Нет, поклянись чем-то важным — Системой или еще чем, а то я уже не знаю, чему мне верить!
— Хочешь ты или нет, но сейчас самое время вскрыть этот твой "родительский гнойник", — послышался голос Селесты. — Пока не начался абсцесс и не пришлось делать ампутацию. Ну, честное слово, Кир, ты же не собираешься всю жизнь водить их за нос? 
Я тяжело вздохнул и достал свой гримуар.
— Система больше не имеет надо мной власти, мам. Вот, ложи руку сюда.
— Не имеет… чего? — опешила Илиана. — Да во что ты ввязалась, дочь?
— Давай по порядку, мам, а иначе честное слово, у тебя просто взорвется мозг.
Я положил детскую ладошку своего аватара рядом с маминой рукой и быстро произнес:
— Клянусь говорить Илиане только правду и ничего кроме правды, не пытаться ввести ее в заблуждение полуправдой и прочими методами манипуляции в течение одного дня. Случайные недоразумения и ошибки должны быть разрешены в течение десяти минут.
На странице появились отпечатки наших ладоней, обвитые цепью, и текст договора.
— Эй, — возмутилась мама, — "в течении одного дня"?
— Мне тоже нужно право на личное пространство, — отрезал я. — К тому же, если я случайно нарушу договор, книга перестанет считать меня своим хозяином и мы останемся заперты в ней до появления нового владельца.
— Да что это за штука такая?
— Это мой гримуар, Онейрономикон, точнее его главный якорь. Собственно мы сейчас тоже внутри него находимся, вместе со всем этим "подземельем".
— Чего-о-о?!
— Я же предупреждал, что если ты будешь задавать преждевременные вопросы, то у тебя может сломаться мозг. Лучше подумай как следует, что ты хочешь узнать. А я пока позову папу. Он тоже имеет право все это услышать.
Ирвин не слишком удивился происходящему. Он и сам подозревал, что с нашим бегством из столицы было что-то не так, но решил, что мы сами все расскажем, когда придет время. И вот теперь оно пришло.
— Если подумать, все началось с этой проклятой войны, — пожаловалась Илиана. — Я до сих пор не знаю, что вы там с Брандом творили, и как ты так быстро стала очень сильной.
— Тут ты слегка ошибаешься, мама, — улыбнулся я. — Помнишь налет гоблинов на тренировочный лагерь? Ну, когда нас всех увели в плен.
— О, нет, нет, нет, — схватилась за голову Илиана, — только не говори мне, что ты… Так это все было правдой? И вы с Андером…
— Андер мирно спал в своей клетке, пока я делала всю грязную работу. Да, да, не смотри на меня так. Гоблины не смогли меня поймать. Я шла за пленниками, чтобы привести подмогу, но потом у меня просто не осталось выбора, и пришлось рисковать. У меня было лишь немного маны и кинжал. В арсенале — только огонь и молния. Ах да, и еще примитивные порталы. Старый шаман меня чуть было не прикончил, но в конце концов я убила его и освободила детей.
— О, боги, девочка моя, — глаза Илианы тут же наполнились слезами и она бросилась мне на шею. — Мне так жаль, что тебе пришлось через это пройти!
— Все в порядке мам, я давно уже ни о чем не жалею.
— Но почему… почему ты ничего нам не рассказала?!
Я опустил голову. 
— Не хотела, чтобы меня считали монстром. Я же понимаю, что это ненормально для ребенка…
— Киара, милая, — мягко ответила мама, — пойми, мы же твои родители. Мы ни за что не стали бы тебя винить или тем более бояться. Что бы с тобой ни случилось — ты можешь нам доверять.
— Спасибо, мам, — я, против собственной воли, всхлипнул. — Вы очень хорошие, я знаю. Но в этом и вся проблема: я не ваша дочь, ну, то есть не совсем…
— Это как, ты о чем вообще, девочка? — глаза Илианы округлились.
— Когда… когда я родилась на свет, — я набрал побольше воздуха, собираясь с духом, — в общем, это не первое мое рождение, я помню свою прошлую жизнь: другой мир, других родителей, я прожил там больше двадцати лет, а потом… потом я оказался здесь.
 
Мама ошеломленно хлопала глазами.
— Я же помню все, абсолютно все! И тяжелые роды, во время которых я совершенно не понимал, что происходит, — я улыбнулся собственным воспоминаниям, хотя по моим щекам уже потекли слезы. — Вкус твоего молока и нашу с тобой первую "борьбу". Помню как папа впервые менял мне пеленки. Чертыхался, как сапожник, и справился только с третьей попытки.
Ирвин удивленно крякнул и слегка покраснел.
— Старый жрец напугал меня до усрачки во время смотрин, а пройдоха Лиска тайком забралась в мою комнату — поглазеть на малышку. Тут же перемазалась какашками и убежала. Я сперва даже решил, что она — это ты, и просил небеса послать мне другую маму. И, к счастью, небеса услышали.
— Так вот почему она сбежала тогда из школы! — удивленно пробормотал папа. — Мы нашли ее мокрую возле ручья. Сказала, что поскользнулась и упала, — Он покачал головой. — Дети!
— Я понимаю, что это может быть нелегко понять и принять… — я сокрушенно опустил голову. — Я ведь совсем другой человек, запертый в детском теле. Да еще и парень. Я безмерно благодарен вам за все, что вы сделали для меня в этой жизни. Но если вам тяжело будет все это принять — я пойму. Тем более, сейчас я уже полностью самостоятелен и вполне могу обеспечить и себя, и вас, и даже весь этот город. Так что если вы захотите чтобы я ушел…
Мама с папой переглянулись. Присели рядом со мной, поджав под себя ноги.
— Поослушай, милая… милый, — мягко произнесла Илиана. — Кем бы ты ни была или был в прошлом, сейчас ты — наша дочь… эм-м-м, сын…
— Ребенок, — подсказал Ирвин.
— У нас ведь у всех были прошлые жизни, — пожала плечами она. — Просто мы их не можем вспомнить. А ты можешь. Ну разве это не замечательно? Я бы и сама многое отдала за такой дар. Мы ни за что не откажемся от тебя, только потому, что где-то там у тебя были другие мама с папой. У любого человека может быть несколько пар родителей. Например, приемные и биологические. Это… нормально, — она пожала плечами.
Я с облегчением выдохнул.
— Спасибо мам, я всегда знал, что вы очень понимающие и… продвинутые родители. Простите, что рассказал вам об этом только сейчас. Для меня это совсем новый мир, полный загадок и вызовов, я все еще пытаюсь в нем освоиться. Я понимаю, что на это уйдет какое-то время, так что давайте просто начнем с чистого листа!
Мы снова обнялись. Я украдкой вытер лицо. Надеюсь, Селеста сейчас за нами не подглядывает. Ну а если и подглядывает — то тоже сквозь салфетки и слезы. Ну и к черту, нет ничего зазорного в том чтобы быть человеком! Если честно, для меня это такое облегчение. Просто камень с души упал. Давно уже нужно было это сделать!
— Так, это… А как нам теперь тебя называть? — папа почесал затылок.
— Зовите меня "Кир".
— Погоди, так значит тот мальчишка… — тут же догадалась мама.
— Да, это я.
— Но как?!
Я невольно улыбнулся.
— А помнишь кукол, которых я делал в школьном кружке?
— Кир — марионетка? А почему тогда Ариэль…
— Мам… — я уже едва сдерживал смех, — просто подумай как следует, и ты поймешь, что на самом деле небыло никакой Ариэль.
— Чего-о?! Да не может этого…
— Может, может.
Чтобы не быть голословным, я просто телепортировал в комнату одну из копий Ариэль в полуразобранном виде. Реакция мамы с папой была немного предсказуема: они просто уронили свои челюсти — хоть мемы с них рисуй.
— А как же война, как же все что она для нас…
— Это все я, мам.
Илиана схватилась за голову.
— Ну вот, ты же хотела правду узнать. — пожал плечами я. — Чем это твоя дочурка занималась, пока Бранд с Аргусом ломали головы над тем, как они будут оборонять поселок. А ведь это я, в лице "Ариэль", отбил атаку гоблинов и ранил мага пространства. Мастер Бранд мирно спал в своей постели, пока я строил его хваленую стену. Я приготовил подземное убежище, установил ловушки, отравил всех солдат противника и уничтожил почти всех магов, так что к стенам поселка приползла уже не армия, а толпа деморализованных засранцев. Вот чем был занят я во время войны!