"Фантастика 2023-172". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Тар, мне нужен твой лед! — потребовал Харус, аккуратно заливая серебро в гнезда с установленными в них жемчужинами.
Мысленно выругавшись и поразившись наглости брата, Тар сотворил на пальцах одну из слабейших техник школы льда «ледяное касание». Знали бы создатели этой техники, как ее будут использовать, перевернулись бы в своих могилах.
— Здесь! И здесь! И вот здесь! Все!
Когда три жемчужины заняли предназначенные им места, начерченная прямо на столе магема засияла тусклым светом. Огромная каменная рука в центре стола неуверенно шевельнула пальцами. Сжала их в кулак. Разжала.
— Да! Оно живое! Тар, смотри, оно живое! — радостно расхохотался Харус, смотря на свое создание взглядом отца, впервые видящего собственное новорожденное дитя.
— Рад за тебя, — кивнул Первый принц, отступив на всякий случай от магемы. Ритуалы достаточно просты и не требуют большого количества эмира, потому и практикуются слабыми одаренными, но весьма капризны. Чуть что неправильно рассчитаешь — последствия могут быть весьма неприятными. — И что это такое?
— Будущее, Тар. — Харус с нежностью повел пальцами по изрезанному магическими рунами каменному предплечью. — Перед тобой первые ростки будущего! Самодвижущийся боевой голем. Как тебе такое?! Неуязвимый для оружия и техник. Они изменят лицо войны! Совершенное оружие! Настолько сильное, что войны потеряют всякий смысл!
Тар оптимизма брата не разделял.
— Совершенное оружие не отменяет войны, а делает их только более беспощадными и злыми.
Харус деактивировал магему, каменная рука замерла. Склонившись к ней, Второй принц стал внимательно изучать рунные цепочки и посадочные гнезда с мистическими жемчужинами.
— Значит, войны должны стать настолько страшными, чтобы люди боялись их начинать, — отстраненно бросил он, и недовольно скривился, заметив изъян в одной из использованных жемчужин.
— Сомневаюсь, что подобное возможно. Вся наша история — это история войн… — Обойдя заключенную внутрь магемы каменную руку, Тар с интересом провел пальцами по корешкам книг, сложенным тремя стопками прямо на скамейке. Все толстые фолианты, заключенные в плен качественных кожаных переплетов, оказались посвящены ритуалам и рунам. Что-то Тар читал, что-то — нет. — Ты стал настоящим книжником! — попенял он брату, оценив собрание сочинений, место которому в библиотеке, а не на свежем воздухе.
— Это плохо?
— Нет, но за это время ты мог с легкостью взять шестую, а то и седьмую ступень боевого мастерства. А не торчать столько лет на своей пятой.
— Для моего истока, седьмая ступень — предел. Вершина! Да и тебе самому не надоела эта гонка за боевыми рангами? Одаренные слишком зациклились на войне! Они не видят тех перспектив и потенциала, что заложен в манипулировании эмиром посредством рун и ритуалов.
— Наш мир жесток, — равнодушно пожал плечами Первый принц. — Чтобы в нем выжить, нужно уметь убивать.
Тягу младшего брата к изучению ритуалов и рун он не разделял. Впрочем, и не считал такое увлечение предосудительным, недостойным настоящего лаэра, а тем более принца. Книжники тоже нужны. Просто чаще всего ими становятся слабые одаренные, с едва окрашенным истоком. А потенциал Харуса куда выше среднего. Намного выше, пусть брат это и скрывает.
Седьмая ступень — вроде бы звучит незначительно и не предполагает места в Палате Власти, но для девяносто девяти одаренных из ста — это недостижимая мечта. Монстры вроде их отца, с потенциалом и возможностью посягнуть на двенадцатую ступень, рождаются крайне редко. Да что там двенадцатая! Даже десятки рождаются раз в поколение! Большинство одаренных на всю жизнь застревают на пятой-шестой ступени, только мечтая о большем. Да и эту пятую-шестую ступень они получают в зрелом возрасте. Исключения случаются, но они только подтверждают правило.
— Расскажи это миллионам крестьян, мирно возделывающим землю или ремесленникам! — парировал Харус. Выковыряв кинжалом дефектную жемчужину, он посмотрел ее на свет. Недовольно хмыкнул и отложил в сторону.
 
— Ты не крестьянин, брат мой. — Тар обвел руками внушительный сад. Несмотря на отсутствие поддержки сильных кланов, Оранжевый двор никогда не испытывал недостатка средств. Род скромных островных ларов почему-то мог позволить себе совершенно нескромные траты. — Да и крестьянин мирно пашет землю лишь до тех пор, пока границы надежно защищены клинками имперских легионов. А внутренний покой империи охраняется законом. Будь он неладен! И наш священный долг, как представителей императорского рода, делать все, чтобы клинки легионеров были остры, а законы — справедливы.
От подобного заявления старшего брата Харус опешил настолько, что перестал возиться со своей каменной игрушкой.
— Старик тебя случаем не покусал? — уточнил он. — Говоришь, как он!
— Вчера с ним встречался, — подтвердил Тар опасения брата.
— Оно и видно. — Потеряв всякий интерес к дальнейшему разговору, Харус вернулся к возне над каменной рукой. — Лицемер! А еще обвиняешь меня в недостаточной радости по поводу твоего визита, — попенял он брату. — Если тебе нужна поддержка Оранжевого двора, то за этим иди к моей матери. Хочешь побороться за власть? Вперед, Вьюга! А я лучше займусь своими поделками.
Тар понял, что визит можно заканчивать. Жемчуг отдан, нужные слова сказаны — можно уходить. Но перед этим…
Дав волю своему обострившемуся чутью, наследию ядовитой крови дракона и сущности с нижних планов, он прошелся вдоль росшего полукругом возле беседки, аккуратно подстриженного кустарника, в половину человеческого роста.
— Мы сами не знаем, чего хотим, — сказал он, отыскав нужное место. Харус должен знать, что остаться в стороне будет труднее, чем ему кажется. — Тщательно скрываем это от других. Или думаем, что тщательно скрываем. Удачи тебе в твоих делах… и извини за газон.
Лезвие меча полыхнуло на солнце. Молниеносный удар в бок, в сторону кустов. Отход назад. Меч возвращается в ножны, а под ноги Тара валится выпавший прямо из воздуха человек.
Нея, служанка-охранница Второго принца, воскликнула и потянулась за оружием. А вот выдержке Харуса можно было позавидовать.
— А если это кто-то из моих слуг? — спросил он, мазнув равнодушным взглядом по мертвому телу.
Отвечать Тар не стал, махнул на прощание рукой и молча отправился к торчавшей на дороге повозке, со скучающим Одноглазом.
Некоторое время Харус смотрел в спину брату, а затем жестом подозвал к себе молчавшую все это время служанку.
— Кто? — тихо спросил Второй принц, дернув подбородком в сторону тела неудачливого шпиона, а то и убийцы. Последнее сомнительно, но все же возможно. А Тар, как это обычно бывает, поспешил устранить неизвестную угрозу. Кто, зачем, почему — все эти вопросы Первого принца не волновали. Впрочем, Харуса это не удивило. О встрече никто не знал, а значит — целью был он. И ответы нужны тоже ему, а не Тару. Но неприятно чувствовать себя щенком, которого только что ткнули носом в собственную лужу.
— Я узнаю, господин! — припав на одно колено, сказала девушка. — Это моя вина. Приму любое наказание Вашего Высочества.
— Это не твоя вина — моя, — ладонь Второго принца легла на ее щеку. Этого ласкового жеста оказалось достаточно, чтобы служанка испуганно вздрогнула. — Я стал непозволительно небрежен, мягок… Проверь весь сад! Все поместье! Твое наказание будет зависеть от полученных результатов. А пока…
Волна боли прошла по телу Неи, просто вышибив из служанки сознание.
  
Глава 17 Пришествие демона
 
— А это точно щенки астшанских волкодавов, — с легким подозрением в голосе спросила Кэра.
Жавшиеся друг к другу маленькие пушистые комочки вызывали у девушки здоровое недоверие. Не походили эти создания на могучих астшанских волкодавов. Особенно ее смущали слишком большие и какие-то лопоухие уши, делавшие щенков до невозможности милыми.