"Фантастика 2023-172". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
В обоих романах автор развертывает перед нами философскую концепцию жизни, но не как зарождение живого из неживого, не как развитие от низших форм к высшим.
Для автора не существует вопроса, есть ли жизнь» в том числе и жизнь разумная, во Вселенной, обитаемы ли иные миры. Отвечая на оба вопроса однозначно утвердительно, автор подкрепляет это одним из самых поэтических человеческих чувств.
Впервые Ротанов встречается с женщиной своей судьбы на далекой Реане. Причем встречается в ином, отстоящем от жизни Ротанова на тысячи лет временном измерении. Образ ее остается с ним отныне и навсегда. И не только образ.
Пространственно‑временные перемещения Ротанова приводят его к встрече с другими женщинами, чем‑то отличающимися от первой встреченной им рэнитки и в то же время настолько похожими на нее, что они являются как бы различными временными воплощениями одного и того же образа.
Писатель не случайно сталкивает Ротанова с различными ипостасями по сути дела одной‑единственной женщины, оставшейся навсегда в его сердце. Как и звенья рэнитской цивилизации, разбросанные по Вселенной, различные пространственно‑временные воплощения прекрасной рэнитки (есть в романе и ее земное воплощение) говорят нам о том, что Вселенная, хоть и состоит из разных миров, по сути дела едина, пронизана взаимосвязями. И одна из таких взаимосвязей представлена автором в виде поэтической метафоры — объединяющей миры силы Любви.
Поскольку герой фантастического произведения действует в необычных обстоятельствах, в необычном окружении, попадает во всякого рода экзотические миры, поскольку поражает воображение его техническая оснащенность, постольку этот герой приобретает черты человека всемогущего, супермена. Автор понимает это и старается максимально заземлить образ Ротанова, сделать его более реалистическим. И это ему удается. Ротанов действует как вполне земной человек, хоть и попадающий в исключительные условия.
Обитаемая Вселенная — вековая мечта землян. Читая этот роман, ты живешь с его героями, свыкаешься с ними, видишь в каждом из них яркую личность, цельную натуру, благородный характер, широкий пытливый ум, живущий не каждодневной суетой, но большими идеями и неутолимым стремлением к постижению истины.
Общение с героями дилогии Гуляковского не может пройти бесследно, не вызвав стремления хотя бы мысленно дотянуться до них. Его романы — это гимн человеческому разуму.
С особым волнением написаны автором последние страницы дилогии.
Что есть власть, что дает она человеку? И что требует взамен? Какова цена богатства? Нужна ли человеку вечная жизнь?
Ответы на эти и многие другие вопросы вы найдете в предлагаемой книге.
Эти мои размышления хочется закончить одной фразой, которую я поставил бы эпиграфом ко всей дилогии:
«Мир, в котором разум осознал свое назначение, священен».
Построение такого священного мира, к сожалению, еще не факт, а всего лишь цель человечества. Люди вот уже много веков ищут пути к этой цели, предлагают варианты, ошибаются и вновь ищут. Намечают такие пути и писатели‑фантасты. Как знать, может быть, именно их наметки и сбудутся. Реализован же предсказанный ими гиперболоид. Художник выше мыслителя, не стоит забывать об этом.
Валентина Колесникова
Попаданка: выжить любой ценой
Глава первая
- Ты уверена, что мы идем правильно? – Марина смотрела на карту вместе с Игорем, пыталась сдержать волнение и не нагнетать обстановку.
- Уверена, - спокойствие в моем голосе было фальшивым. Мы застыли на берегу огромного озера, смотрели в карту и ничего не понимали.
Горный маршрут знаком мне с детства. Каждый год еще до поступления в институт мы приезжали сюда с отцом. Много раз я блуждала по этим тропам, много раз устраивала привалы, охотилась вместе со взрослыми и знала каждый куст! Но это…
Озеро возникло на нашем пути внезапно. Стоило свернуть в сторону крутого подъема, как вместо отвесной скалы мы вышли к низине, которой здесь отродясь не было.
Ничего не понимаю…
- Да ладно вам, зато красиво, – Светлана в подобных походах участвовала впервые, все ее вещи тащил на себе несчастный Антон, не терявший надежду на совместное размещение в палатке. Оба прекрасно понимали, кто чего хочет, надежду не теряли, но чую парня ждет облом.
- Красиво, не спорю, - прошептала я, сбрасывая походный рюкзак со снаряжением на землю. Плечи болели, спина ныла – на ногах мы уже вторые сутки, дорога не из легких, но по плану мы почти дошли до стоянки.
Еще раз посмотрев карту, я ничего не смогла понять – тут нигде не было озера. Вообще нигде! Да его по логике вещей тут не должно быть, мы в горах, тут ландшафт другой, откуда здесь вообще это место взялось? Устье горной реки должно быть чуть выше… Не могло же за год образоваться огромное озеро?
- Если честно, я устал, - Игорь последовал моему примеру, сбросив снаряжение, - нас впереди еще подъем в гору ждет, давайте передохнем. По плану привал должен быть на стоянке, но в принципе мы и здесь можем его организовать. Вода есть, огонь разведем, у нас для этого есть все, что нужно и даже больше. Лера нам дичь поймает… Верно, Лер? А я помогу, давно не практиковался…
Идея не показалась мне хорошей. Охотничья лицензия была только у меня, маршрут этот довольно знаменит, да и давать кому-то свой лук я была не намерена.
- Зря ты это предложил, - хмыкнула Света, наблюдая за моей реакцией, - лук для Леры – святое. Она его никому не дает даже подержать, а ты практиковаться вздумал. Лучше помогите с палатками, дров нарубите, хворост принесите, а девочки вам обед организуют. Сухпаек, конечно, здорово, но у меня в холодильной камере есть вкусняшки…
- Так вот, чего рюкзак такой тяжелый… - нервно заметил Антон, явно недовольный тем, что его заставили тащить еду. Он сбросил вещи на землю и демонстративно отвернулся.
- Чую, кто-то останется голодным, - со вздохом заметила я, в очередной раз убеждаясь, что на имя “Антон” мне катастрофически не везет. Я понимаю, что где-то среди бесчисленного множества Антонов есть тот, кто и палатки ставить умеет и у кого руки из нужного места растут, да и вообще человек сам по себе хороший, даже если не умеет выполнять некоторую мужскую работу, но пока что такой мне не встречался.
Я бросила в сторону Антона мимолетный взгляд, полный разочарования, а тот только и мог, что возмущенно устанавливать палатку в совсем не подходящем для этого месте.
- Может, скажем ему… - заметила Марина, завязывая волосы в низкий тугой хвост, - он же спать не сможет…
- Зато опыта наберется.
Света прекрасно знала, что Антон меня бесит, но расценивала мои чувства в несколько странном ключе, решив, что я просто не понимаю своего счастья и мое раздражение – проявление пока еще неосознанной мною любви.
И при этом она с ним заигрывала, в то время как мне просто хотелось его придушить. Антон не сделал мне ничего плохого, но я на дух его не переносила и объяснить себе эти чувства я не могла.
Осмотрев выбранную нами местность, я тяжело вздохнула, довольно быстро закрепила палатку, успела разложить вещи и с чувством облегчения опустила руки в ледяную воду горного озера.
Боже, как же хорошо…
Тишина и покой… Безмятежность…
Ни единого дуновения ветра, яркая, безумно красивая птичья трель, где-то вдалеке плескалась рыба, за спиной Марина с Игорем разводили костер и уже скоро я почувствую вкус нормальной человеческой еды.
Я смотрела на водную гладь, поражаясь цвету озерной воды – голубая… Небесно-голубая, будто кто-то пролил в нее тонну акварельной краски. Большая часть береговой линии была скрыта зарослями, наш же участок берега оказался пологим, земля плотной и удобной для входа в воду.