Ревизор: возвращение в СССР 27 (СИ)

— Диана, а если не секрет, — спросила как-то Мария, — где вы научились так профессионально двигаться?
— В школе, в драмкружке. На занятиях по сценическому движению и пластике, — соврала та.
В кружок, на самом деле, ходила Светка Герасимович, а Диана посетила первое занятие и ушла. Ей там было скучно. Вот во дворе она никогда не скучала! Хулиганили вместе с братом или подружками на полную катушку! Но не отвечать же, что ее учила профессионалка, приставленная к ней КГБ?
Исчерпав весь свой запас профессиональных хитростей, Мария предложила Диане и Нуралайн съездить в Монако и примериться к месту, где будет проходить конкурс.
Гостьи с удовольствием согласились, и Наралайн легко согласовала с мужем дополнительные траты на поездку. Однако, её пришлось временно отложить. Тарек попросил их приехать в Больцано, и поприсутствовать на фуршете, который он устраивает для прессы и заказчиков.
— Берите с собой и Марию, — попросил жену Тарек, — Было бы здорово, если бы они с Дианой вместе продемонстрировали наши новые модели гостям. А потом, из Больцано, сразу полетите в Монако.
Услышав про фуршет для прессы на пятьдесят гостей, Мария подумала, а почему бы и нет? В конце концов, хозяйская невестка не считает для себя зазорным демонстрировать гостям продукцию свёкра, так что же ей-то стесняться? Опять же, будет шанс мелькнуть в газетах… Главное, вручить каждому из журналистов свою визитку, чтобы они не перепутали ни ее имя и фамилию, ни название ее агентства. А то они этим печально известны…
А когда Нуралайн вручила ей, по указанию Тарека, чек на кругленькую сумму за поездку в Больцано и Монако, все её сомнения тут же рассеялись вовсе, и она отправилась паковать чемоданы, поражаясь своей удачливости.
* * *
Москва. Трикотажная фабрика «Луч».
— Не скучно тебе, Юр? Всю жизнь эти носки, чулки, теперь ещё эти колготки?.. — сочувственно спросил Некрасов главного инженера фабрики. — Тебя не тошнит ещё от всего от этого?
— Дим, а какие варианты? — посмотрел тот на своего райкомовского куратора. — И потом, грех жаловаться. В кабинетике сижу, мешки на горбу не таскаю, денежки потихоньку капают…
— Ничего себе, потихоньку, — мысленно крякнул Некрасов. Он даже представить себе не мог, какие суммы вращаются вокруг, пока его не взяли в долю. — Не скромничай… Или ты на любовниц всё тратишь?
— Да какие любовницы? Откуда?
— Ты что? Серьёзно? У тебя, на такой должности, и вдруг нет любовницы? — деланно удивился Некрасов, сознательно нагнетая атмосферу. — А почему?
— Да как ты себе это представляешь? — с недоумением посмотрел на него Головин. — Я женатый человек. У меня семья, дети…
— Одно другому не мешает, — сделал вид, что искренне удивился Некрасов.
— Да брось! Это надо встретиться с ней где-то в ресторане, ну, ладно, столик я ещё забронирую через знакомого. Потом её надо куда-то в гостиницу отвезти на пару часов, потому что ночью мне надо быть дома. В гостиницах у меня знакомых нет. И как? Это не столик в ресторане, тут трояком не отделаешься. Тут только швейцару надо дать чирик, чтобы он тебя к портье допустил, а сколько тот запросит, могу себе только представить…
— Любовь требует жертв, — начал смеяться Некрасов. — Ты просто, батенька, ленив! И потом, зачем идти в такую шикарную гостиницу? Можно же и попроще что-то найти.
— Ага. С общим туалетом и душем на этаже? — брезгливо сморщил нос Головин. — Спасибо. Я уж лучше как-нибудь дома, с женой…
— А можно и по-другому, — хитро посмотрел на него Некрасов. — У меня вот, молоденькая любовница с отдельной квартирой.
— Правда, что ли? — с сомнением посмотрел на него Головин. — И откуда у неё квартира?
— Снимает. Студентка.
— И откуда у неё деньги?
— Я даю.
— Интересно…
— Конечно интересно, — мысленно усмехнулся Некрасов. — Хочешь с такой же познакомиться? Точно знаю, что она с одним нашим товарищем встречалась, но он сейчас уехал…
— И ты думаешь, что…?
По заблестевшим глазам Головина Некрасов понял, что тот клюнул. Отлично! Первый шаг к выполнению задания Володина по Регине сделан…
  
* * *
Остаток дня провёл в спецхране. Приехав домой, застал у нас Женю Брагину. Пока ужинал, они с Галиёй занимались детьми у нас в спальне и, судя по тому, что Загит пришёл ко мне на кухню, секретничали.
— Ну, раз нас на помощь не привлекают, можно пойти, пока, поработать, — сказал я ему и отправился к себе в кабинет.
* * *
— Понимаешь, я уже и сама не рада, — продолжала Женя делиться с подругой. — Думала, мы их познакомим и всё. Дальше, как говорится, сами… Паша твой сказал, что Мише как раз такие девушки, как наша Каринка нравятся. Мы с девчонками ещё переживали, понравится ли он ей. А видишь, как получилось? Он на неё ноль внимания, а она влюбилась…
— Да уж, ситуация… — озадаченно проговорила Галия.
— Главное, я не знаю, что теперь делать? — развела руками Женя. — Она каждый день просит организовать какие-нибудь посиделки, в гости его пригласить. А как мы пригласим, если только недавно приглашали? И Костя не хочет так часто посиделки устраивать, говорит, подозрительно будет… Да и к чему нам так часто гостей звать, мы же не гостиница. Может, вы соберёте небольшую компанию у себя? И Мишу пригласите? И нас с Костей. А я, как будто до этого уже с Кариной договорилась встретиться, и приду с ней вместе… Скажу ей, мол, у нас уже были, давай к моим друзьям сходим, они неожиданно позвали в гости.
— Ну, давай, почему нет? — согласилась Галия. — Поговорю с Пашей. Только в эти выходные мы уезжаем. Только через выходные получится.
— Ну, хоть так… Пока не буду ей ничего говорить, а то вдруг что-то не получится. Вы сначала Мишу пригласите, ладно? А то если он не придет, то нет смысла это затевать вообще. Каринка придет, его не увидит, и будет дергаться.
— А, хорошо, конечно, — кивнула ей Галия и девчонки продолжили делать близнецам массаж в четыре руки.
— Скажи, — задумчиво произнесла Женя через некоторое время, — а вы так и хотели, двоих ребятишек сразу?
— Ты что⁉ — рассмеялась Галия. — Мы, вообще, не планировали! Случайно получилось.
— Знаешь, я тоже так хочу… Учёба учёбой, а, говорят, рожать лучше, пока молодая.
— Ну, в общем-то, правильно говорят, — ответила Галия, вспомнив, как Ксюша переживала, пока не забеременела. — Но и спешки никакой в нашем возрасте ещё нет.
* * *
Успел допечатать в пьесе на нескольких листах специфические цыганские словечки и оформить несколько дополнительных листов, как зазвонил телефон и вскоре ко мне заглянул Загит.
— Паш, там тебя Инна просит, — сообщил он и я поспешил в прихожую.
Наверное, хочет сказать, что всё нормально и они переезжают.
— Ну что, можно поздравить? — спросил я, не здороваясь. — Уже переезжаете?
— А? Да… Переезжаем, — почему-то унылым голосом ответила она.
— В двухкомнатный блок? — уточнил я. А то мало ли не вышло… Может, потому и таким тусклым голосом со мной говорит?
— В двухкомнатный, в двухкомнатный… Паш… Мама беременна.
— И?
— Что, и? — возмущённо спросила она. — Ты что, знал?
— Ну, точно не знал, но догадывался, — ответил я.
— И что? Ты считаешь, что это нормально? Рожать в таком возрасте?
— Слушай, что я считаю, что ты считаешь — вопрос последний. Главное — что считают мама с Ахмадом. А они, я думаю, очень рады.
— Вот и ошибаешься! Мама очень переживает! И ты не говори ей, что я тебе сказала. Мне надо было с кем-то поделиться… Зря я тебе позвонила!
— Почему?
— Потому! От тебя никакого толку, — обиженно ответила она.
— Кончай, Ин! — рассмеялся я. — Ничего плохого ещё не случилось. Какой у неё срок?
— Тринадцать-четырнадцать недель.
— Это когда рожать?
— В начале августа… О чём ты думаешь? Какие роды в этом возрасте?
— Кесарить будут?