Ревизор: возвращение в СССР 27 (СИ)

Мальчишки уснули, и девчонки вышли к нам, принявшись готовить стол к чаепитию. Галия вынесла Мишкин торт и целое блюдо сладостей. Заметил, как Женя Брагина тихонько попросила разрешения у Ксюши подержаться за её беременный животик… Помнится, была у женщин такая примета, что если подержаться за живот беременной, тоже забеременеешь… Что-то неладно в Датском королевстве… Рано я обрадовался, заметив, что она не пьёт…
Минут сорок пришлось посидеть в тишине, пока мальчишки спали, а потом остаток вечера опять слушали музыку, немного потанцевали. Часов в семь гости засобирались по домам. Первыми ушли домой Алдонины. Потом Мишка поехал провожать Карину и я, закрыв за ними дверь, провёл рукой по лбу, изображая окончание трудной работы под дружный смех жены и Брагиных. Вскоре и Костян с Женей ушли.
А потом вернулся от Алироевых Загит и начал собираться в Святославль. Почти сразу за ним прибежала Анна Аркадьевна с сумкой продуктов в дорогу. А с чего я взял, что Загит был у Алироевых всё это время? Может, он на шестом этаже был, а не на четвёртом?..
Вскоре мама к нам спустилась и сказала, что Ахмад с Шанцевым уже ждут внизу у машины. Спустился и я. В сумке со съестным у Шанцева что-то многообещающе позвякивало.
Провожали мы их, как на войну. Загиту реально завтра непростой день предстоял. Больше всех, как мне показалось, переживала Анна Аркадьевна. Ахмад обещал ей посадить Шанцева с Загитом прямо в поезд, наконец они уехали, и мы пошли домой.
— Аннушка, пошли ко мне, — позвала мама Анну Аркадьевну.
Они остались ждать лифт, а я поднялся к себе пешком. Галия уже уложила мальчишек и укачивала их, сидя между кроватками. Прилёг рядом.
— Завтра выставка начинается, — прошептала она. — Мерседес-Бенц… Приедет какой-то их большой начальник с целой делегацией. Мне завтра опять кого-то поручили сопровождать.
— Опять моделей? — улыбнулся я.
— Нет. Сказали, что на меня повесят членов их делегации, которые в переговорах не участвуют.
— А, кстати, какое отношение Мерседес-Бенц имеет к книжному отделу? — поинтересовался я.
— Никакого, — усмехнулась Галия. — Просто никто не хочет в такой роли выступать. Мне Белоусова сказала, ну, это та, у которой муж в КГБ служит, что они уже все насопровождались в своё время, мол, надо дать дорогу молодым!
— О, как! — удивился я. — Общение с иностранцами превратилось в скучную рутину? Бывает… Хуже, но реже. Не расстраивайся, ты будешь не одна, с тобой будет, как минимум, товарищ кап… эм… переводчик. Так что, не ты одна будешь таскаться с этими членами делегации. Если что-то понадобится, оставь мне сообщение через Ирину Леонидовну. Постараюсь завтра позванивать домой периодически.
Утром в понедельник проводил жену на работу, она принарядилась, конечно, но уже не так переживала и старалась не ударить в грязь лицом, как в прошлый раз. Опыт, все же, уже появился. А сам решил поехать в таксопарк. Забыл в прошлый раз самое главное там сказать, что надо собрать пару машин из запчастей.
Купил девчонкам в диспетчерскую зефира в шоколаде две коробки, а то в прошлый раз забыл. Они меня уже узнали, хихикая, поблагодарили. Директора таксопарка на месте не оказалось, и я пошёл к Епихину в кабинет, где и застал обоих.
* * *
Святославль.
— Во сколько у вас развод? — спросил Шанцев Загита, когда они шли по улице Ленина в сторону центра.
— Часа в три договорились встретиться, — мрачно ответил Загит.
— А сейчас ты куда? — сочувственно взглянул он на него.
— К сыну пойду, в дом Ахмада.
— Слушай, чем бы дело не закончилось сегодня, — по-дружески обнял он Загита за плечи, — приходи ко мне вечером. Я баньку затоплю…
— Спасибо, Саш… Но я домой хотел сразу рвануть. Там Анна нервничает…
— А мы ей позвоним и успокоим, — заглядывая ему в глаза, предложил Шанцев. — Что ей до утра тебя ждать. Ещё целую ночь мучиться?
— И то верно, — согласился Загит.
* * *
— Нет, вы посмотрите на него! — потрясённо смотрела Оксана вслед мужу и первому секретарю горкома, идущим в обнимку по улице. — Он уже и с Шанцевым спелся!
  
Как это так⁈ — возмущалась всю дорогу до работы она. — Это он уже с главой города в сговор вступил против меня⁈
Не заходя к себе в кабинет, она с ходу направилась к своему методисту и вывалила на неё ушат помоев, который бурлил в ней всю дорогу. Досталось и мужу, и Шанцеву. Она обвинила их в сговоре против неё. Бедная методист не поняла, в чём, собственно, суть претензий, но страшно испугалась, что кто-то это всё услышит…
— Оксан! — вскочила она и прикрыла дверь своего кабинета. — Ты в своём уме? А если кто услышит! Какой сговор⁈ Нужна ты первому секретарю горкома, как собаке пятая нога! А вот если он узнает, что ты тут про него несёшь… С работы хочешь вылететь?
Опомнившись после этой отповеди подруги, Оксана молча вышла из её кабинета и закрылась у себя. Работу терять совсем не хотелось… Она долго добивалась этой должности… Снова мыть горшки, став нянечкой, да посуду хлоркой перед приходом очередной проверки санстанции… У нее на хлорку и так аллергия, чуть кожу на руках не угробила. А уж как она глаза и нос разъедает…
Загит приехал разводиться, — думала она. — И он разведётся. Не с помощью Шанцева, так через суд… Но праздник для него из этого сделать она не даст.
* * *
Брянск. Областной комитет КПСС.
Первый секретарь Брянского обкома Лютов пришёл с утра на работу и расположился в кабинете. Помощница вскоре принесла ему кофе и газету.
— А про нашу область сегодня большая статья в «Труде» вышла, — сообщила она.
— Правда? И что там, Виктория Романовна? Надеюсь, нас не ругают? — насторожился он.
— Нет, совсем нет. Нас хвалят, — улыбнулась она.
— Правда? — потянулся Лютов за газетой и быстро нашёл статью под названием «Святославль — маленький город Брянщины с большим сердцем». Прочитав внимательно всю статью от начала до конца, Лютов задумался. Сколько на Брянщине таких же славных мест? Сколько предприятий, сколько людей с ещё более уникальными судьбами? Но статья вышла про Святославль! Про него и в Брянской-то области раньше не все слышали, а стоило Шанцеву сесть в кресло первого секретаря горкома, как городишко тут же на всю страну прогремел.
Всё-таки правильно он просчитал, есть за Шанцевым кто-то в Москве. Не только на случай экстренной ситуации, из камеры вытащить, но и в мирное время поддержать. И связи у него там очень серьёзные. Надо теперь придумать, как через Шанцева к ним приобщиться. Весьма собой довольный, он даже подхватил вслед за Людмилой Сенчиной несколько строк из звучавшей по радио песни:
— Может присниться,
Может присниться,
Может присниться ночью мне
Синяя птица…
* * *
Святославль. Городской комитет КПСС.
Шанцев приехал на работу, а в его приёмной переполох. Коллеги обсуждают статью в газете.
— Александр Викторович! Взгляните, какая статья про нас в «Труде» вышла!
Он только взглянул на автора статьи и глубокомысленно усмехнулся, подумав, не подвёл Павел. А увидев упоминание Эммы Либкинд, восторженно воскликнул:
— Вот, молодец девчонка! Мария Михайловна, мне нужно экземпляров пять этого номера, — попросил он помощницу.
Ну вот, теперь можно и за финансированием ехать, — подумал он, ознакомившись с текстом статьи, — молодец, Пашка, не подвел. Что идею не выдаст, все верняк…
* * *
Святославль. Механический завод.
Механический завод, на котором работала Эмма, бурлил почище, чем во время подготовки к празднованию Нового года. Переполох среди коллег из-за выхода статьи про Святославль начался с самого утра. Все ходили из кабинета в кабинет и спрашивали друг друга: «Вы уже видели? Статью в „Труде“ видели? Про наш город в газете написали, представляете? На весь Союз прогремели!».
Не сразу, но коллеги разглядели в конце фамилию Эммы и что тут началось! Слух моментально разнёсся по заводу и люди стали заходить в плановый отдел под любым предлогом! В конце концов начальник отдела Ушаков отправил Эмму домой.