Испорченная безумием (ЛП)

— И твоя тренировка привела тебя в мой сад?
— Я не знал, что мне запрещено находиться на вашей территории.
Он придвинулся ближе. У меня возникло желание показать ему разорванные трусики Рори. Я чертовски устал от его очевидного отвращения к тому, что я нахожусь рядом с ней. Конечно, я был плохой новостью, но это не означало, что у меня было какое-либо намерение навредить Рори.
— Мне все равно, находишься ли ты на моей территории, но странно находить тебя здесь, когда я нигде не могу найти Аврору.
— Папа? — позвала Рори из патио.
— Видишь, твоя дочь жива и невредима.
Фабиано перевел взгляд с Авроры на меня.
— Если ты не возражаешь, я бы хотел сейчас потренироваться, — саркастически сказал я.
Фабиано коротко кивнул, прежде чем направиться к Авроре, вероятно, с заданием допросить ее. Как и ожидалось, Аврора проигнорировала меня, но ее раскрасневшееся лицо компенсировало отсутствие признания.
Я направился к бассейну, чтобы совершить незапланированное упражнение по плаванию, которое также послужило бы восстановлением сил после очередной встречи с Рори, в результате которой у меня остались синие яйца.
Рори думала, что я потеряю интерес, как только трахну ее, но каждая встреча с ней только разжигала во мне жажду большего. Рори хотела большего; она хотела те части меня, которыми я ни с кем не хотел делиться, но я задавался вопросом, может быть, у нас действительно был шанс, если я буду достаточно стараться. Может быть, следование своим демонам на самом деле было просто моим выбором легкого пути.
Алессио подошел к бассейну, когда я делал свой последний круг, и присел на корточки у края, изо рта у него свисала сигарета.
— Мы с Массимо гадаем, когда ты захочешь отправиться куда-нибудь сегодня вечером.
— Думаю, сегодня я пас.
Алессио приподнял бровь.
— Мы не ходили в рейды две ночи, потому что были заняты делами, и ты хочешь обойтись без них еще одну ночь?
Я подплыл к нему.
— Ты говоришь так, как будто я пристрастился к этому.
— Твои действия указывают на то, что это так. Ты зависим от кайфа, который это тебе дает. Острые ощущения от охоты и пыток — твой наркотик.
— Я не гребаная киска. Я контролирую свои порывы, а не они меня.
— Наверное, именно такую фразу сказал бы наркоман, — сказал Алессио. Он вскочил на ноги и затоптал сигарету ботинком со стальным носком. Честно говоря, вид обуви, которую он всегда надевал во время наших набегов, пробудил во мне желание поохотиться.
— Это твоя попытка стать лучше для Авроры. Если да, то хвала тебе за то, что ты вообще пытаешься.
По его тону было ясно, что у меня ничего не получится.
* * *
Я сел с хриплым ревом, весь в поту, сжимая в кулаке нож. На чем я остановился? Я вскочил на ноги и включил свет, осматриваясь в поисках следов ужасной сцены, разыгравшейся на моих глазах всего несколько мгновений назад.
Моя комната не была залита кровью, ни единой капельки. Я провел рукой по своим влажным волосам, мое сердце бешено заколотилось о грудную клетку.
— Черт, — выдохнул я и уставился на свои руки, поворачивая их. Конечно, они не были запачканы кровью, как и мой нож, но представить, что они были запачканы, было нетрудно. Я уже сбился со счета, сколько раз моя кожа была липкой от крови. Но образ крови Авроры и Баттисты подействовал на меня по-другому.
Раздался стук, и секунду спустя папа просунул голову в дверь с выражением усталости на лице.
— Я слышал твой крик.
Неужели я так громко ревел? Черт. Что за чертов кошмар. Я не верил в предчувствия. Если бы гадалка попыталась предсказать мне мое будущее, я бы положил конец ее судьбе. Тем не менее, я не мог перестать пялиться на свои руки.
— Невио? — спросил папа, входя в комнату. Он тоже держал в руке нож. Мой крик, должно быть, действительно встревожил его.
Я встряхнулся и криво улыбнулся папе.
— Я думаю, все эти убийства действуют мне на нервы.
Папа подошел ко мне.
— Ты бледный. Тебе нужно, чтобы я отвлек тебя от твоих текущих дел?
Прошло много времени с тех пор, как папа не смотрел на меня со злостью в глазах. Его искренняя забота была приятным сюрпризом. Конечно, я, черт возьми, этого не заслуживал, учитывая природу моей мечты.
 
Помогло бы это мне перестать убивать? Или это привело бы только к безумному количеству убийств, которые я был бы не в состоянии контролировать. Последний раз подобный яркий сон мне снился за несколько месяцев до моего двенадцатого дня рождения, до моего первого убийства. Мои сны были наполнены картинами кровавой бойни, и когда я рассказал об этом папе, он решил подарить мне жертву на день рождения.
— Я в порядке. Я хотел убивать задолго до того, как ты сделал это частью моего долга члена мафии.
Папа смотрел на меня, прищурившись, как будто мог выведать у меня истинную природу моего сна.
— Может быть, тебе стоит больше спать по ночам, а не устраивать погром с Алессио и Массимо.
— Сон — пустая трата времени.
— Недостаток сна доводит до безумия даже самого здравомыслящего человека.
— Это очень похоже на слова Нино.
— Ложись спать. — Он повернулся и ушел, но я чувствовал, как от него волнами исходит беспокойство.
И, черт возьми, я разделял его беспокойство. Это был самый настоящий кошмар.
Повсюду кровь. Крики. Мое сердце бешено колотится, пульс учащается. Жажда крови, нетерпение, азарт охоты.
Но, в конце концов, два человека в луже крови превратили мои вены в лед: Аврора и Баттиста.
Я не знал, убил ли их я, но был почти уверен, что да. Что мое подсознание хотело сказать мне этим дерьмовым представлением сна? Что в глубине души часть меня, сумасшедшего ублюдка, хотела убить их и всех остальных, кто был мне дорог? Или это мое подсознание проявило мой самый большой страх?
Я не был уверен. Я вышел из своей комнаты и побрел по тихому и темному дому. Было три часа ночи, и все спали или, по крайней мере, лежали в своих кроватях, даже папа, надеюсь, тоже. Я знал каждый уголок нашего дома, поэтому крался по темным коридорам, гадая, когда мое сердце перестанет бешено колотиться.
Мне стало интересно, видел ли папа когда-нибудь подобные кошмары, когда в его жизни произошел переворот после того, как он узнал, что у него двое детей. Я хотел бы поговорить с ним, но в последние несколько месяцев между нами было слишком напряженно, и мой сон, вероятно, только подтвердил бы его худшие опасения, что я был бомбой замедленного действия, которая вот-вот разнесет эту семью на части, возможно, в буквальном смысле.
ГЛАВА 31
Аврора
Мой выключенный на ночь телефон осветил комнату, предупредив меня о звонке. Я выскользнула из постели и на цыпочках подошла к входной двери. Была середина ночи, и никто никогда не приходил в такой час.
Я мельком взглянула в глазок, мои пальцы сжимали телефон, готовые быстро набрать номер Невио, чтобы он мог прийти и прогнать того, кто ждал перед дверью.
Мои легкие сдулись, сердце забилось втрое быстрее, и на мгновение я не могла пошевелиться. Я отперла дверь и распахнула ее.
Невио стоял передо мной. Бейсбольная кепка была надвинута ему на лицо, и он был одет в длинное черное пальто, которое скрывало большую часть его тела — хорошая вещь, учитывая то, что я увидела под ним. Он был весь в крови с головы до ног. Даже на ресницах у него были слипшиеся капли крови. На нем не было ни рубашки, ни обуви, и его кожа, и одежда, которая была на нем, тоже были залиты кровью, хотя из-за черного цвета ее было трудно разглядеть.
Пятна крови теперь покрывали и мою белую дверь, а кровавые следы вели от лифта к моей двери. Если бы папа увидел это на камере наблюдения, у нас была бы куча неприятностей.
— Что случилось? — прошептала я. Я не увидела никаких явных повреждений, ничего, что могло бы объяснить количество крови, за исключением пары синяков тут и там. Сегодня вечером не было драки в клетке.
В узком коридоре быстро стало невыносимо вонять кровью. Учитывая мой род деятельности, я не была чувствительна к крови, но это было больше, чем обычно я видела за раз.