Полное собрание рассказов

— Да я ведь не знаю даже, где мы находимся, — сокрушался Зуммер.
— Те канадцы сказали, что это Судеты.
— А где это?
— Там, где мы находимся, — сказал Эдди. — Отличные парни эти канадцы.
— Эт-точно! — согласился Зуммер. — Э-э-х-х! Я всех сегодня люблю. Была б у меня бутылка того бренди, я б нацепил на горлышко соску и завалился бы в кровать на целую неделю.
Эдди тронул за плечо высокого озабоченно выглядевшего мужчину с коротко остриженными черными волосами, в штатском костюме, который явно был ему мал.
— Куда мы бежим, сэр? Разве война не закончилась?
Мужчина зыркнул на него, что-то проворчал и грубо стряхнул его руку со своего плеча.
— Он по-английски не сечет, — объяснил Эдди.
— Так в чем дело, друг, — сказал Зуммер, — почему бы тебе не потолковать с этими ребятами на их языке? Не зарывай свой талант в землю. Ну-ка, покалякай вон с тем парнем по-ихнему.
Они как раз проходили мимо маленького приземистого открытого автомобиля, застрявшего на обочине. Крупный мускулистый молодой человек со светлыми волосами и квадратным лицом пытался завести заглохший мотор. На обтянутом кожей переднем пассажирском месте сидел мужчина постарше, из-под низко надвинутой шляпы была видна лишь покрытая пылью многодневная черная щетина на подбородке и щеках.
Эдди и Зуммер остановились.
— Ну ладно, слушай, — сказал Эдди и произнес единственную известную ему по-немецки фразу, обращаясь к блондину: — Wie geht’s? [6]
— Gut, gut, — пробурчал молодой немец и, осознав нелепость своего ответа в сложившейся ситуации, с горечью добавил: — Ja! Geht’s gut! [7]
— Говорит, что все замечательно, — перевел Эдди.
— Ну, ты даешь! Чешешь по-ихнему как по маслу, — восхитился Зуммер.
— Ну да, я ж, можно сказать, много путешествовал, — пояснил Эдди.
Старший мужчина оживился и что-то закричал тому, который возился с мотором, закричал пронзительно и грозно.
Блондин, судя по всему, испугался и в отчаянии удвоил свои старания.
Глаза пожилого, еще минуту назад лишенные всякого выражения, теперь широко открылись и засверкали. Несколько проходивших мимо беженцев на ходу глазели на него, повернув головы.
Пожилой вызывающе полоснул взглядом по их лицам и, набрав в легкие воздуха, хотел было заорать на них, но передумал, вздохнул, и настроение у него снова упало. Он закрыл лицо руками.
— Чо он сказал? — спросил Зуммер.
— Да он лопочет на каком-то другом диалекте, я не понял, — ответил Эдди.
— На этом, низком немецком, небось? Ну так вот: я шагу больше не сделаю, пока мы не найдем кого-нибудь, кто скажет, что тут происходит, — заявил Зуммер. — Мы американцы, парень. И наши победили. Так какого черта мы связались с этой немчурой?
— Вы… вы американцы? — спросил блондин на вполне приличном английском. — Ну так теперь ваша очередь с ними воевать.
— Ага, слава богу, хоть один кумекает по-английски! — обрадовался Зуммер.
— И неплохо кумекает, надо признать, — добавил Эдди.
— Да, неплохо, совсем неплохо, — согласился Зуммер. — Так с кем это нам теперь придется воевать?
— С русскими, — выпалил молодой немец с явным удовольствием. — Они и вас тоже поубивают, если достанут. Они убивают всех на своем пути.
— Полегче, парень, — предупредил его Зуммер, — мы с ними в одной лодке.
— Надолго ли? Валите отсюда, парни, валите пока не поздно. — Блондин выругался и запустил гаечным ключом в мотор. Потом повернулся к пожилому и, обмирая от страха, что-то сказал ему.
Пожилой разразился потоком немецких ругательств, но быстро выдохся, вылез из машины и злобно захлопнул дверцу. Опасливо посмотрев в ту сторону, откуда должны были появиться танки, немцы пешком зашагали по дороге.
— Эй, ребята, вы куда? — крикнул им вслед Эдди.
— В Прагу. Там — американцы.
Эдди и Зуммер поспешили за ними.
— Вся география теперь вверх тормашками, правда, Эдди? — Зуммер споткнулся, и Эдди едва успел подхватить его. — О-хо-хо, Эдди, а это пойло пробирает-таки.
 
— Ага, — согласился Эдди, у него и у самого все плыло перед глазами. — Слышь, какого черта мы забыли в этой Праге? Если ехать не на чем, так ноги я сбивать не собираюсь, вот и все.
— Ну и правильно. Найдем какое-нибудь укромное местечко, сядем и будем ждать русских. Покажем им наши чертовы жетоны, — согласился Зуммер, — они их увидят — и закатят нам пир на весь мир.
Он засунул пальцы за воротник и вытащил висевший на цепочке жетон.
— Да уж, — издевательски сказал блондин, внимательно прислушивавшийся к тому, что они говорили. — Тот еще банкет они вам закатят.
Колонна стала двигаться все медленней и медленней, все больше уплотнялась и, наконец, совсем остановилась, невнятно ропща.
— Не иначе какая-нибудь дамочка впереди с картой сверяется, — предположил Зуммер.
Откуда-то издали, снизу, словно шум прибоя, донеслась бурная перекличка. Толпа пришла в волнение, и через несколько тревожных минут причина остановки прояснилась: одна колонна столкнулась с другой, которая в ужасе текла ей навстречу. Вся территория оказалась окружена русскими. Обе колонны смешались, образовав посреди маленькой деревушки бессмысленный водоворот, выплескивавший потоки на боковые улочки и склоны окрестных гор.
— Все равно я в Праге никого не знаю, — сказал Зуммер, сошел с дороги и сел на землю у ворот фермы, окруженной каменным забором.
Эдди последовал его примеру.
— Ей-богу, Зуммер, может, нам остаться здесь и открыть оружейную лавку? — Он широким жестом обвел округу, усеянную разряженными винтовками и пистолетами. — Будем продавать патроны и все такое.
— А что? Подходящее место Европа, чтоб оружием торговать, — согласился Зуммер. — Они тут все чокнулись на оружии.
Несмотря на панический круговорот беженцев, Зуммер погрузился в хмельную дремоту. Эдди тоже с трудом держал глаза открытыми.
— Ага! — послышалось со стороны дороги. — Вот и наши американские друзья.
Эдди поднял голову и увидел двух немцев — здоровяка-блондина и гневливого пожилого.
— Привет, — сказал Эдди.
Хмельная веселость испарилась, ей на смену пришла тошнота.
Молодой немец распахнул ворота фермы.
— Может, войдем? — обратился он к Эдди. — Нам нужно сказать вам кое-что важное.
— Говорите здесь, — ответил Эдди.
Блондин подошел к нему и, склонившись, произнес:
— Мы пришли, чтобы сдаться вам.
— Зачем-зачем вы пришли?
— Мы сдаемся, — повторил блондин. — Мы — ваши пленные, пленные армии Соединенных Штатов.
Эдди расхохотался.
— Я не шучу!
— Зуммер! — Эдди пнул приятеля носком ботинка. — Эй, Зуммер, ты слыхал?
— Гм-м-м?
— Мы только что кое-кого взяли в плен.
Зуммер открыл глаза и, прищурившись, посмотрел на немцев.
— Слушай, Эдди, ты надрался еще больше моего, ей-богу, — сказал он наконец. — Всё пленных берешь. Дурак ты чертов — война закончилась! — Он изобразил великодушный жест. — Отпусти их.
— Проведите нас через русские позиции до Праги как пленных американской армии — и геройская слава вам обеспечена, — сказал блондин и, понизив голос, добавил: — Это — известный немецкий генерал. Только представьте себе: вы двое взяли его в плен!
— Он что, в самом деле генерал? — спросил Зуммер. — Хайль Гитлер, папаша!
Пожилой коротко вскинул руку в фашистском приветствии.
— О, еще немного пороху в пороховнице осталось, — ухмыльнулся Зуммер.
— Судя по тому, что я слышал, — вклинился Эдди, — мы будем героями, даже если просто сами пройдем через русские позиции, а уж если приведем генерала…
Гул приближающейся танковой колонны Красной армии нарастал.
— Ну ладно, ладно, — заторопился блондин. — Тогда продайте нам свои мундиры — у вас ведь останутся ваши жетоны, — а вы наденете нашу одежду.
— Лучше быть бедным, чем мертвым, — изрек Эдди. — А ты как думаешь, Зуммер?