Полное собрание рассказов

— Да я в жизни мухи не обидел! — заверил его Харви.
— По радио так и сказали, — кивнул старик. — И еще сказали, что сегодня вы просто спятили. — Он набрал номер оператора и попросил телефонистку соединить его с полицией Илиума.
— Подождите! — взмолился Харви.
— Хотите получить отсрочку, чтобы придумать, как меня убить? — спросил старик.
— Полиция штата! Позвоните в полицию штата!
Старик лукаво улыбнулся и покачал головой.
— Полиция штата награды за поимку не обещала.
Его соединили с полицейским участком Илиума, и старик рассказал им, где находится Харви. Пришлось долго объяснять, как сюда добраться: полицейским Илиума местность была незнакома, потому что находилась за пределами их территории.
— Он теперь тихий, — сказал старик. — Я его угомонил.
И это было правдой.
Харви почувствовал, как с него схлынуло напряжение жестокой борьбы. Эта расслабленность была почти смертельна.
— Надо же, какое забавное происшествие приключилось со стариком, который уже одной ногой в могиле, — хмыкнул хозяин дома. — Теперь я получу тысячу долларов, мой портрет напечатают в газете, и кто его знает, что еще будет…
— Хотите, я расскажу вам свою историю? — предложил Харви.
— Чтобы скоротать время? — дружелюбно поинтересовался старик. — Почему бы и нет? Только сиди, где сидишь, и не вздумай тронуться с места.
И тогда Харви Эллиот рассказал свою историю. Рассказал довольно неплохо и сам же свой рассказ выслушал. И удивился всему, что произошло — удивление, гнев и ужас вновь проникли в его душу.
— Поверьте мне, я говорю правду! — взмолился Харви. — Вызовите полицию штата!
Старик снисходительно улыбнулся.
— Поверить тебе и вызвать полицию, говоришь?
— Разве вы не знаете, что собой представляет Илиум? — спросил Харви.
— Знаю, пожалуй, — ответил старик. — Я там вырос — и мой отец, и отец моего отца тоже там выросли.
— А вы знаете, во что Эд Луби превратил город?
— Ну, так, доходят до меня отдельные слухи время от времени. Я знаю, что он построил новое крыло для больницы. Знаю, потому что довелось лично там побывать. Надо сказать, щедрый человек, этот мистер Луби.
— Вы говорите так после всего, что я вам рассказал? — удивился Харви.
— Мистер Эллиот, — с искренней симпатией произнес старик. — Боюсь, что вы не в состоянии решать, кто плохой, а кто хороший. Я знаю, о чем говорю, потому что и сам когда-то был психом.
— Я не псих! — запротестовал Харви.
— Я тоже так говорил, — сказал старик. — Только меня все равно отвезли в психушку. Я тоже много чего рассказывал — о том, что со мной сделали и что со мной собираются сделать злоумышленники. — Он покачал головой. — И я тоже во все это верил. Мистер Эллиот, я ведь в самом деле в это верил.
— Говорю же вам, я не псих! — не отступал Харви.
— А вот это пусть доктор решает, верно? — ответил старик. — Знаете, мистер Эллиот, когда меня выпустили из психушки? Сказать вам, когда мне разрешили пойти домой, вернуться к жене и детям?
— Когда? — спросил Харви, напрягая мускулы. Он уже понял, что придется бежать еще раз — еще раз прорваться мимо смерти и ускользнуть в ночь.
— Меня отпустили домой, когда я сам наконец понял, что никто не пытался меня убить, когда я понял, что все это выдумал. — Старик включил радио. — Давайте-ка музыку послушаем, пока полиция едет. Музыка всегда помогает.
Из радиоприемника послышалась дурацкая песенка о любви, потом передали новости: «Подразделения полиции Илиума сжимают кольцо вокруг Харви Эллиота, сбежавшего из тюрьмы маньяка, который сегодня вечером убил женщину возле престижного закрытого клуба в Илиуме. Тем не менее предупреждаем граждан, что не стоит ослаблять бдительность. Держите двери и окна запертыми и немедленно сообщайте о любых подозрительных субъектах. Эллиот очень опасен и изворотлив. Начальник полиции назвал Эллиота «бешеным псом» и предупредил, что урезонивать его бесполезно. Руководство радиостанции предлагает награду в тысячу долларов за Эллиота, живого или мертвого. Вы слушаете радиостанцию ВКЛЛ, дружеский голос Илиума. Мы передаем новости и музыку круглые сутки для вашего удовольствия».
 
И тогда Харви бросился на старика.
Харви ударил по ружью, отбив его в сторону. Оба ствола выстрелили. Оглушительно громыхнуло, в стене дома появилась дыра.
Ошеломленный старик обмяк и не сопротивлялся, когда Харви забрал двустволку и выскочил на улицу через заднюю дверь.
Где-то вдали завывали сирены.
Харви бросился к лесу, который начинался за домом, потом сообразил, что в лесу станет легкой добычей капитана Луби и его молодцов — то-то они повеселятся. Нужно придумать план похитрее.
Харви вернулся обратно к дороге и залег в канаве.
Перед домом старика лихо затормозили три патрульные машины. Переднее колесо одной из них проехало в трех ярдах от руки Харви.
Капитан Луби повел своих бравых молодцов к дому. Синие огни мигалок вызывали жуть.
Один полицейский остался снаружи: он сидел за рулем ближайшей к Харви машины и был полностью поглощен наблюдением за своими товарищами, направлявшимися к дому.
Харви тихонько выбрался из канавы, приставил разряженное ружье к затылку полицейского и тихонько его окликнул. Полицейский повернулся — ему в лицо смотрели два ржавых дула калибром с гаубицу.
Харви узнал полицейского. По его щеке тянулся длинный шрам — это был тот самый сержант, который арестовал его и Клэр.
Харви сел на заднее сиденье патрульной машины.
— Поехали, — приказал он, не повышая голос. — Трогайся медленно, фары не включай. Я ведь псих, помнишь? Если меня поймают, я сначала пристрелю тебя. Посмотрим, можешь ли ты бесшумно тронуться с места, а потом гнать на полной скорости.
Патрульная машина мчалась по скоростному шоссе. Беглецов никто не преследовал. Другие машины уступали им дорогу. Они направлялись к ближайшим казармам полиции штата.
Сержант, сидевший за рулем, много всякого повидал в жизни и делал то, что велел Харви. В то же время он давал понять, что не испугался, и позволял себе говорить все, что вздумается.
— Эллиот, что ты рассчитываешь в конце концов получить? — спросил сержант.
Харви поудобнее устроился на сиденье.
— Тут многие много чего получат, — мрачно ответил он.
— Ты думаешь, полиция штата обойдется с убийцей мягче, чем мы обошлись?
— Ты же знаешь, что я не убивал, — заявил Харви.
— Ну да, и из тюрьмы ты тоже не сбегал, и никого в заложники не брал, так ведь?
— Это мы еще посмотрим, — сказал Харви. — Посмотрим, что я делал и чего не делал. Видно будет, кто что наделал.
— Хочешь совет, Эллиот? — спросил сержант.
— Не хочу, — ответил Харви.
— На твоем месте я бы свалил из этой страны подальше, — не унимался сержант. — После всего, что ты натворил, приятель, тебе точно крышка.
У Харви опять разболелась голова. Боль пульсировала, рана на затылке пощипывала, будто снова открылась, сознание наплывало и уплывало.
— Сколько месяцев в году ты отдыхаешь во Флориде? — заговорил Харви, отчаянно цепляясь за уплывающее сознание. — У твоей жены есть норковая шуба и дом за шестьдесят тысяч долларов?
— Да ты и впрямь псих! — сказал сержант.
— Что, тебе не дают твою долю? — спросил Харви.
— Какую долю? — удивился сержант. — Я делаю свою работу. Мне за нее платят.
— В самом прогнившем городе в стране, — сказал Харви.
— А ты решил, что можешь это изменить? — засмеялся сержант.
Он снизил скорость, повернул и остановился возле новенького здания из ярко-желтого кирпича — казармы полиции штата. Машину мгновенно окружили вооруженные полицейские. Сержант, ухмыляясь, обернулся к Харви.
— Ну что, приятель, вот тебе твой рай. Давай выходи. Потолкуй с ангелочками.
Харви вытащили из машины, на запястьях защелкнули наручники, ноги тоже сковали. Его подхватили под руки, занесли в казарму и бесцеремонно бросили на нары. В камере пахло свежей краской.