Квадрат (СИ)

— А мой отец? — хмуро спросил Райш, словно бы очнувшись. — Чего добивается он, если вы, собираясь лишить мир магии, считали его затею ещё более сумасшедшей?
— Небезосновательно, поверь, — со вздохом ответил Эскеврут. — Он, напротив, хочет сделать всех людей на земле магами.
Повисла пауза. Зио недоверчиво хихикнула. Русти закатила глаза и пробормотала что-то явно нелестное в адрес императора.
— Это же невозможно, — выговорил Райш. — Откуда взять столько?
— Все чипирески обладают магическим даром, — заметил Рувин, не прекращая заворожённо месить песок. — Слабеньким, но даром.
— Именно, — подтвердил магистр. — Как и я, он считает, что силы, спящие в этих местах — те самые силы, что однажды принесли магию в мир — вполне способны как забрать её обратно, так и преумножить.
— Но кристалл тогда ему зачем? — недоумённо спросила Русти, подзабывшая, что нужно злиться.
— Вряд ли человек может напрямую общаться с этими силами, — пожал плечами Эскеврут. — Кристалл — единственный доступный посредник. Который, в свою очередь, способен — или согласен — контактировать только с немногими чипиресками вроде Рувина.
— Почему ты не сказал нам сразу? — тихий, мягкий голос Зио ранил его, ранил куда сильнее, чем сердитые реплики Русти.
Магистр заставил себя посмотреть прямо и честно в её полные боли и разочарования карие глаза. Сказать правду было ещё труднее:
— Потому что в таком случае вы бы не пошли со мной.
— Обманщик.
Эскеврут со вздохом проследил, как она разворачивается и идёт прочь, оступаясь в песке.
— А ты как хотел? — усмехнулась Русти, не сводя глаз с раскалённого неба. — Обещал ей спасти мир, а сам чуть не угробил его. Зато, можно сказать, угробил всех нас.
— Ты бы помолчала, — поморщился магистр, чувствуя, как голова раскалывается под внезапным напором пульсирующей боли. — Если бы не твои истерики, всё вышло бы иначе.
— Её истерики?! — вскипел принц. — В том, как всё сложилось, виноваты только вы, и больше никто! Обманом затащили всех в эту свою авантюру, сами наломали дров, и ещё валите всё на других!
— Тебя вообще никто не заставлял с нами идти, — отмахнулся Эскеврут.
— Там, в Академии, вы написали: «Жду обоих», — заметил Рувин.
— Да потому что я знал, что он так или иначе рванёт следом! — терпение подошло к концу. — Как же — а вдруг твоя мать со мной и он пропустит возможность ещё хоть разок ей полюбоваться! Ради этого стоит и учёбу бросить, и стать пособником беглого преступника, и предать собственного отца!
Райш побелел, затем побагровел, открыл и закрыл рот, пнул песок, подняв золотистое облачко сциаровой пыли, и тоже зашагал прочь. Чипиреска вскарабкалась на ноги, отряхнулась, окинула магистра презрительным взглядом и направилась к сыну. Села рядом, приобняла за плечи, тихо зашептала в ухо.
Эскеврут отлично всё слышал, даже на расстоянии: «Классный ворон — совсем как у папы»… Мальчишка фыркнул, всхлипнул и начал быстро-быстро тараторить. Магистр качал головой, слушая сбивчивую речь чипиреска. Как он и предполагал, Эвин кристалл не на дороге нашёл…
Что ж, одной загадкой меньше. Только вот не пора ли было подумать, как теперь отсюда выбраться? Вариант «никак» казался слишком простым, а потому недостойным внимания.
Ширд скоро будет в Вицре. Мигом отобьёт старый храм у горстки гордых чипиресков, найдёт комнату с громадным кристаллом, поймёт, что безделушка на шнурке ему не нужна… Но у него нет Рувина, нет ключа к кристаллу, который отказывается (или не способен) общаться с людьми напрямую. А что, если чипиреск с подобным даром найдётся среди защитников храма? Что, если Манширд будет более точен в своих желаниях и не даст кристаллу обмануть себя? Обмануть…
Эскеврут откинулся на спину, закрывая глаза и сосредотачиваясь на ощущениях. Магия магией, но на ней свет клином не сошёлся. Врождённое и нажитое чутьё никакой сциар не отобьёт.
Общение с кристаллом, как выразился Рувин, оказалось «не самой приятной, но познавательной» штукой. Если бы Русти пережила это, она бы не стала сетовать на доверчивость Эска. Потому что было предельно ясно: это создание не способно лгать.
 
И оно чётко показало им с Рувином то место. Место, где всё началось. Где всё ещё торчат обрывки нитей, которыми наскоро штопалось мироздание после катастрофы. Сциаровая пустыня ничем не напоминала то видение — но, может быть, это оттого, что он слишком поверхностно смотрит? Может, если взглянуть на ситуацию глубже…
Он сел так резко, что закружилась голова. И почти одновременно где-то вдалеке раздался взволнованный возглас Зио.
Эскеврут подскочил на ноги, вглядываясь в машущую руками фигурку на вершине одной из насыпей. Девушка оступалась в песке и придерживала юбку, чтобы не мешалась, и что-то непрестанно выкрикивала.
«Под песком». Конечно же.
Магистр кивком велел замершим чипирескам следовать за ним и поспешил к целительнице. Краем глаза он видел, как догоняет их удалившийся в противоположную сторону принц.
«Где всё началось».
То самое место, условно названное «исток» — глупо было думать, что всё это время оно находилось на виду! Лишь тот, кто знал, что и где искать, мог обнаружить верхушку башни, криво торчащую из золотого песка. Зеленоватый с прожилками камень, причудливые изгибы и резьба, так непохожие ни на что, хотя бы раз виданное магистром в самых разных уголках мира…
— Помогайте! — выкрикнул он, принимаясь откапывать квадратное окно, видневшееся в одной из стен.
Как так может быть — спустя бездну лет, под палящим солнцем, под огромными массами песка и периодическим безумием песчаных бурь — пальцы ощущают целое, гладкое стекло? Невероятно грязное, да — но целое, как и рама из непонятного, абсолютно чуждого материала. Не дерево, не камень и не металл — ни одна из этих субстанций не уцелела бы сквозь века.
— Дайте мне, — пропыхтел подоспевший Райш, оттеснил магистра плечом и, подцепив могучими пальцами выступы рамы, рванул на себя — раз, другой, третий… Безрезультатно.
— Погодите, — Русти поднырнула под мышкой у здоровяка. — Смотрите, какой-то механизм.
Эскеврут ощупал облепленный несносным песком участок рамы, куда она показывала. Выступ под пальцами действительно выглядел подозрительно. Попробовал нажать, повернуть, потянуть; несколько раз оказывался оттеснён спутниками, тоже полными идей и нетерпения. В конце концов сдался и уселся поодаль, наблюдая, как двое людей и двое чипиресков с идущим на убыль энтузиазмом колдуют над непокорным приспособлением.
Солнце припекало, хоть и клонилось к закату; глаза слипались — сна в последнее время катастрофически не хватало. Не лучшее состояние для встречи со старым другом…
Громкий щелчок заставил вздрогнуть и открыть глаза: все четверо отпрыгнули от странно покосившейся рамы, из-под которой с шипением вырывался едва заметный пар.
— Кажется, мы её сломали, — испуганно схватилась за голову Зио.
— Так замечательно же! — воскликнула Русти. — Давайте доломаем — и внутрь!
— Как вы это сделали? — не в силах поверить, спросил Эскеврут.
— Я нажала здесь, а Райш как раз сдвинул в сторону тот угол, — смущённо пробормотала Зио.
— Ясно. Ну-ка, повторите.
Целительница и принц переглянулись и под внимательными взглядами остальных возобновили манипуляции — рама с жутким скрежетом поворачивалась против часовой стрелки, одновременно отдаляясь от стены на хитроумных механизмах из того же материала. Изнутри пахнуло затхлой прохладой.
— За мной, — вздрогнув от нетерпения, велел магистр, лишь только отверстие стало достаточного размера, и без раздумий сиганул внутрь.
Бледные стены и пол после обжигающей пустыни казались призрачными, потусторонними. С трудом втащив через окно великана Райша, Эскеврут заставил всех тщательно стряхнуть с себя сциаровый песок. И не зря — спустя несколько витков вниз по спиральной лестнице ему удалось создать крохотный магический светильник. Должно быть, зеленоватые стены ограничивали действие сциара — к сожалению, мелкая пыль, тонким слоем покрывшая кожу и набившаяся в поры и волосы, всё равно не давала магии работать как следует.