Жестокий мучитель

 Она кивает.
— Чем это отличается от того, что ты заставлял меня делать?
 Я сжимаю челюсть, от одной мысли о том, что Наталья вот так прикасается к нему, моя кожа натягивается.
— Потому что ты моя, Нат.
 Я снова тянусь к ней, но она уворачивается.
— У тебя нет никаких прав на меня и не тебе решать, что мне делать. - Она кладет руки на бедра и смотрит на меня сузившимися глазами. — Ты тот, кто должен загладить свою вину передо мной.
— Хочешь сказать, что хочешь стать шлюхой Финна Мерфи?
 Ее грудь вздымается, как будто я причинил ей боль, но она качает головой.
— Я говорю, что ты не имеешь права голоса в том, что я делаю в своей жизни.
 Я понимаю, что если хочу помириться с ней, форсировать этот вопрос - не лучший способ сделать это. Она наказывает меня за то, что я был засранцем, но я не могу искренне поверить, что она хочет стать шлюхой для Мерфи.
— Я хочу защитить тебя, - говорю я, подаваясь вперед.
— Тогда защити меня от себя.
 Она отворачивается, заставляя ярость бурлить через край.
 Я хватаю ее за запястье и притягиваю к себе, глядя на нее сверху вниз.
 Ее дыхание сбивается, когда она смотрит мне в глаза.
— Элиас.
— Тихо, - рычу я, мои руки перемещаются на её бедра и сильно сжимают их. — Я хочу получить от тебя прощение, Нат, но я не тот мужчина, через которого можно переступать.
 Ее губы сжимаются, но дыхание становится тяжелым и быстрым. Красивые карие глаза расширены от желания, даже когда она пытается бороться с тем, что есть между нами.
— Ты принадлежишь мне, и ни один другой мужчина не сможет прикоснуться к тебе. Ты понимаешь?
 Ее глаза сужаются.
— Я понимаю, что ты лицемерный мудак.
 Я сжимаю челюсть.
— Позволь мне разобраться с Финном. Позволь мне сделать это для тебя.
 Это смягчает ее взгляд, и она тяжело вздыхает.
— Если об этом станет известно, вся моя семья может погибнуть, - бормочет она со страхом в голосе.
— Я не позволю этому случиться. Я обещаю, Нат. - Я обхватываю ладонями ее лицо, зная, что готов на всё, чтобы уладить проблему. — Я сделаю всё, что потребуется.
 Она выгибает бровь.
— Чего бы это ни стоило?
 Я понимаю, что она имеет в виду: если дело дойдет до этого и тупой ирландский ублюдок не заткнет свой рот, убью ли я его?
 Глядя ей в глаза, я понимаю, что готов на все ради девушки, которую мучил годами.
 Она всегда принадлежала мне в каком-то извращенном и больном смысле. Просто мне потребовалось много времени, чтобы понять, что я люблю ее, даже если пока не могу сказать ей это в лицо.
 Единственным человеком, которому я когда-либо говорил эти три слова, была моя мама.
— Да. Он не причинит тебе вреда. - Я нежно целую ее. — Никто никогда не причинит тебе вреда, nena.
 Тогда она расслабляется, позволяя мне целовать ее. Возможно, я наконец-то достучался до нее.
 Это больше не игра. Наталья - мое всё, и я никому не позволю угрожать ей.
 
Глава 28
 
 
Наталья
 
 
 
 У меня звонит телефон, и я бросаю взгляд на экран, чтобы увидеть, что это мой брат.
 Михаил редко звонит мне, когда я в академии, поэтому я беру трубку. Сердце сильно колотится о грудную клетку, и я думаю, не выпустил ли Финн Мерфи кота из мешка. Я не доверяю этому ирландскому подонку ни на йоту.
 Если наш дед узнает правду, мы окажемся в непосредственной опасности.
— Привет, - говорю, не в силах скрыть тревогу в своем тоне.
— Привет, Наталья, я звоню, чтобы сказать тебе, чтобы ты тащила свою задницу в Бостон.
— Зачем? - спрашиваю я.
 На другом конце провода повисает пауза.
— Возможно, это немного шокирует, но завтра днем я женюсь на Сиенне.
 Я визжу в трубку, возможно, слишком громко. Слава Богу, он звонит с хорошими новостями. Как будто Михаил знал, что они мне нужны прямо сейчас.
— Ауч, - говорит Михаил.
 Я хихикаю.
— Извини, это просто такая захватывающая новость! Ты уже уладил всё с директором Бирном? - спрашиваю его.
— Конечно. Попов снаружи с машиной.
 У меня немного сводит живот, потому что это произошло ни с того ни с сего, пока я нахожусь в кризисе – том, который касается всей семьи, а не только меня. Я тяжело сглатываю, понимая, что ни за что не могу пропустить свадьбу.
 
 Элиас сказал, что разберется с Финном, поэтому я должна ему верить. Даже если ему я тоже не доверяю.
— Хорошо, я соберу сумку и встречу его у входа, - говорю.
 Михаил посмеивается.
— Не затягивай. Ты же знаешь, каким нетерпеливым он может быть.
 Я действительно знаю, каким нетерпеливым может быть Попов, но не похоже, чтобы меня кто-то предупреждал.
— Я постараюсь не задерживаться.
— Скоро увидимся, сестренка. - Он отменяет звонок.
 Я смотрю на стену своей спальни, зная, что завтра Элиас будет гадать, где я, особенно после бомбы, которую Финн сбросил вчера вечером. И все же, я не считаю, что должна объяснять, поскольку это он тот, кто должен всё исправить между нами. Я не буду преследовать его повсюду.
 Если он действительно хочет загладить вину за все, что сделал мне за эти годы, то ему нужно это доказать.
 Я поднимаюсь на ноги и хватаю сумку, запихивая туда несколько предметов первой необходимости. Затем направляюсь к шкафу, зная, что мне понадобится красивое платье для этого случая, но поскольку брат не предупредил меня заранее, придется выбрать из того, что уже есть.
 Беру два своих любимых платья, длинное бирюзовое и красное, кладу их в пакеты для одежды и хватаю упакованный багаж.
 Поездка в Бостон не долгая, но я предполагаю, что немного задержусь там. Михаил разрешит мне остаться дома, по крайней мере, на несколько дней. Собрав все необходимое, я оглядываю комнату, а затем выхожу и направляюсь к Еве, где мы все собирались смотреть фильм.
 Потребовалось немало уговоров, чтобы убедить ее хоть раз покинуть коттедж и потусоваться с нами сегодня вечером, и теперь я буду скучать по этому.
 Я стучу в дверь, и она открывается.
— Что это за сумка? - Спрашивает Камилла.
— Только что звонил мой брат, он завтра женится, - говорю я. — Он прислал машину, чтобы отвезти меня обратно в Бостон.
— Везучая сучка, - бормочет Адрианна, качая головой. — Я бы сделала все, чтобы выбраться отсюда на несколько дней.
 Ева подходит к двери.
— Повеселись, - говорит она, улыбаясь мне.
 Я поднимаю бровь.
— Ты уже знала, не так ли?
 Она пожимает плечами.
— Оак мог упомянуть об этом.
— У тебя очень несправедливое преимущество, - говорит Камилла, бросая на нее взгляд.
— Плюсы того, что ты жена директора. - Она показывает язык.
 Я качаю головой.
— Повеселитесь сегодня, но нам придется устроить еще один вечер кино на следующей неделе, чтобы компенсировать мне этот.
 Ева пожимает плечами.
— Было трудно убедить Оака позволить мне прийти сегодня вечером. Я не могу этого гарантировать.
— Он отнимает у тебя всё время, - жалуюсь, обнимая Камиллу. Затем поворачиваюсь к Еве и обнимаю ее. Адрианна тоже встает и обнимает меня.
— Увидимся через пару дней, - я прощаюсь с ними, прежде чем выйти из комнаты и оставить подруг наслаждаться вечером.
 Я иду по коридору общежития только для того, чтобы наткнуться прямо на Джинни Дойл.
 Ее глаза сужаются, когда она видит меня.
— Привет, Гурин, слышала, ты в последнее время часто тусуешься с Элиасом.
 Я пожимаю плечами.
— Не по своей воле.
 Она издает странный звук, который показывает, что она мне не верит.
— Это не то, что он говорит.
— Мне на самом деле насрать, что он говорит, Джинни. Уйди с дороги.
 Я пытаюсь увернуться от нее, но она дергает меня назад за ремень сумки.
— Куда-то собралась? - спрашивает она, с ненавистью глядя на меня. Трудно поверить, что семь лет назад мы были лучшими подругами.
— Да, мой брат женится. Я буду присутствовать на свадьбе.