Жестокий мучитель

— Это место прекрасно, - говорю я, глядя в окно на залитое лунным светом море, мерцающее прямо за ним.
— И вполовину не так прекрасно, как ты. - Он смотрит прямо на меня, когда я поворачиваюсь, его прекрасные глаза светятся желанием. — Я готов завершить наш брак.
 Я облизываю губы, которые внезапно становятся слишком сухими, а мои бедра покалывает от предвкушения.
— И как ты меня хочешь?
— Голой, - говорит он, подходя ко мне и рывком поднимая меня на ноги. — Повернись.
 Я делаю, как он говорит, и Элиас расшнуровывает мое платье, позволяя ему упасть на пол. Осторожно выхожу из него, отодвигаю в сторону, так как оно стоит целое состояние, и не хотелось бы его испортить. Я бросаю его на стул в углу, как раз в тот момент, когда Элиас поворачивает меня к себе. Его глаза расширяются, пока скользят по всему моему телу и сексуальному белью, которое я выбрала для сегодняшнего вечера.
— Ты выглядишь чертовски сексуально в этом нижнем белье. Жаль, что придется сорвать его с тебя.
 Я слегка наклоняю голову.
— Надо ли? - спрашиваю я, хватая его руку и проводя ею между своих бедер. Трусики, которые я купила, без промежности.
 Он стонет и вводит в меня палец.
— Идеально. - Элиас зубами касается кожи на шее сбоку и вдыхает мой запах. — Слаще меда.
 Его губы внезапно накрывают мои, заставляя меня инстинктивно открыться ему навстречу. Наши языки сплетаются в страстном танце, когда он толкает меня на кровать, опускаясь вместе со мной.
— Такая мокрая и готовая для меня.
 Я смотрю ему в глаза и киваю.
— Всегда.
— Это моя девочка.
 Он срывает с себя рубашку, отбрасывая ее в сторону. Затем избавляется от штанов и боксеров, полностью обнажаясь, и накрывает мое тело своим.
 Я с трудом дышу, глядя в эти великолепные голубые глаза, предвкушение волнами накатывает на меня.
— Сегодня никаких игр, принцесса, - бормочет он, и горячее прикосновение его члена к моему центру - единственное предупреждение, которое у меня есть, прежде чем он врезается в меня. Он сосет мой язык и проглатывает мои крики, заставляя меня содрогаться от желания.
 Его тело двигается над моим с первобытной, отчаянной потребностью завладеть мной, хотя я уже принадлежу ему – разумом, телом и душой. Элиас владел мной дольше, чем я осознавала, в своей больной и извращенной манере. В тот день, когда наши взгляды встретились через стол в кафетерии, думаю, глубоко внутри, я уже всё поняла.
 Он хватает меня за запястья и поднимает их над головой, удерживая, пока ищет мои глаза.
— Я люблю тебя, Наталья, - дышит он, его член пульсирует глубоко внутри меня.
 Стеснение распространяется по моей груди и поднимается к горлу.
— Я тоже тебя люблю.
 Его движения замедляются, он не сводит с меня глаз.
 Я тяжело сглатываю, когда эмоции в них переполняют меня.
— Поцелуй меня, - умоляю его.
 Он подчиняется, удерживая мои руки, и прижимаясь своими губами к моим. Я вкладываю в поцелуй всю любовь, которую чувствую к нему. Элиас не часто бывает нежным, но сейчас ведет себя мягко, почти ласково. Трудно соотнести этого мужчину с мальчиком, который годами пытался сломать меня.
 Я стону, когда он попадает в ту точку внутри меня, которая с каждым глубоким толчком зажигает каждое нервное окончание. Я едва могу понять, где начинается он, а где заканчиваюсь я, когда он разрывает поцелуй и опускает губы ниже, к моей ключице.
— Ты чертовски совершенна, - стонет он, прижимаясь к моей коже. — И вся моя.
— О, черт, - бормочу, чувствуя, как наслаждение усиливается и мой оргазм приближается со скоростью света.
 Он поддерживает тот же нежный, но глубокий темп, трахая меня до упора, втягивает в рот один твердый сосок, а затем прикусывает его.
 Я кричу, боль добавляет электризующей остроты к удовольствию, и я распадаюсь на части. Я пачкаю простыни, когда брызгаю на его член.
— Блядь, nena, ты так хорошо кончаешь.
 В голосе звучит благоговейный трепет, он смотрит на меня сверху вниз с таким восхищением, что мне хочется взорваться. Его бедра двигаются в том же дразнящем ритме, заставляя меня оседлать новую волну удовольствия.
 
— Я собираюсь отдать тебе всю свою сперму в качестве награды. Ты этого хочешь?
 Я стону, кивая головой, потому что прямо сейчас не могу найти слов для ответа.
 Его ритм ускоряется, когда он гонится за своим освобождением, удерживая мой взгляд. Я наблюдаю, как сокращается мышца на его челюсти, а затем он рычит и впивается зубами в мою ключицу, выплескивая сперму глубоко в меня.
 Мы остаемся в таком положении, зубы Элиаса впиваются в мою кожу. Оба тяжело дышим добрых пару минут, уткнувшись друг в друга, не желая отстраняться.
 Наконец, он шевелится и отрывается от меня, перекатываясь рядом со мной на кровать. Я поворачиваюсь к нему и кладу руку ему на грудь, пристально глядя на прекрасного мужчину, который является моим мужем.
— О чем ты думаешь?
 Он встречает мой взгляд и улыбается.
— Я думаю о том, что я самый счастливый мужчина на свете, что женат на тебе, Нат.
 Я хихикаю.
— Шесть лет назад ты мог подумать, что скажешь мне эти слова? Девчонке Гурин, которая разрушила твою жизнь?
 Он качает головой.
— Ни за что, блядь, на свете.
— Как и я.
 Тогда он целует меня, медленно и глубоко, а затем отстраняется.
— Я так чертовски рад, что ты моя.
— А ты мой, - добавляю я.
 Он улыбается и кивает.
— Конечно.
 Элиас прижимает меня к себе, и я кладу голову ему на грудь, слушая ровный ритм его сердца у себя под головой. Медленно я погружаюсь в сон, зная, что, хотя никогда не смогу понять этого, Элиас был моим с того момента, как наши глаза встретились. И я так благодарна, что смогу провести с ним остаток своей жизни.
 
1 Сексуальная деградация направлена на то, чтобы вызвать сильное чувство смущения, покорности, и унижения у партнера.
2 Спа́нкинг (англ. spanking — «шлёпание») — в практике БДСМ телесное наказание в виде серии шлепков по ягодицам ладонью либо имитирующим её широким плоским предметом.
3 Эджинг – балансирование на грани оргазма, плотского наслаждения и чувства эйфории.
4 bonita (пер. с испанского) - красивая, милая
5 nena (в пер. с испанского) - детка
6 mi reina (в пер. с испанского) - моя королева
7 NDA (Non-Disclosure Agreement) — это соглашение о неразглашении конфиденциальной информации, которое гарантирует, что человек, получив доступ к важным сведениям, не раскроет их третьим лицам.