Стражница Славтушэни (СИ)
— Шариками, они в боковом кармане лежат.
— Кто ж тебя надоумил арбалет купить?
— Бывший муж. На оружие надо разрешение, а на арбалет нет.
— Зачем тебе вообще оружие?
— Для защиты. Он меня пару раз спасал. Да и потом, как же в лес без оружия?
Алексей увидел два круга из камней, которые сделала Таня, пока он собирал ветки для костра, в середине каждого были маленькие шалашики из веток.
— Я смотрю, ты в кострах толк знаешь, — сказал Алексей, по очереди поджигая эти шалашики.
— Да, мы в своё время с папой побродили по лесам. Мама с Наташей не очень любили все эти походные условия, поэтому у нас был договор: папин отпуск по лесам, а мамин по Югам. Наташа к прабабке не любила приезжать, она больше по лагерям пионерским. Ей те костры нравились. А я любила проводить каникулы в Карелии, а вот на Юге не особенно.
— Ты не любишь море? — Алексей, подбросив несколько мелких веток в разгорающееся пламя, стал ломать более крупные и складывать рядом с костром.
— Почему? Люблю. Только не люблю, как тюлень, валяться на пляже, всю эту суету вечернюю, дамочек на шпильках в вечерних нарядах, подвыпивших мужчин с сальными глазками… Люблю больше в автокемпингах отдыхать, поближе к природе. — Таня заметила, как Алексей пристально разглядывает её.
— Я кажусь тебе занудой?
— С ума сошла! Ты, как про меня, рассказываешь. Вот такой отдых, как сейчас — это просто мечта моя была за последние пять лет.
— Спрыгнуть с утёса мечтал? — Татьяна улыбнулась.
— Вот об этом, скажу честно, даже мечтать не мог.
Алексей взял две рогатины, найденые Таней, установил их в землю с двух сторон костра, закрепив камнями, перекинул ветку и стал развешивать вещи, предварительно отжимая их. Таня расшнуровала ботинки и, вытащив у них как можно дальше язычки, поставила к костру. В тот момент, когда Алексей отжимал её безрукавку, собираясь повесить на импровезированную перекладину, за их спиной со стороны тропинки раздалось лёгкое покашливание:
— А хорошо вы тут, птенчики, устроились… кхе-кхе, — сказал сиплый развязный голос.
Они оглянулись на этот голос, и Таня почувствовала, как у неё внутри, несмотря на выпитый коньяк, всё похолодело. Перед ними стояли трое мужчин неприятной наружности в комуфляже. У одного из них в руках был АКМ-74, у другого на плече рюкзак. Несмотря на их относительно чистую одежду, небритость и какая-то расхлябоность, выдавала в них людей отнюдь не военных.
Алексей прикидывал, что он может сделать в данной ситуации для защиты Татки и по-любому выходило, что вот прямо сейчас, сию минуту — ничего. Обнажённый, безоружный… против автомата… на расстоянии нескольких метров… Если он кинется на них сейчас, то его просто расстреляют. И если попробует поднять нож, который лежал на земле — тоже прикончат одним выстрелом. А если его убьют, то даже страшно представить, что потом будет с Таткой. Как она сказала: «Дух выбрал тебя, чтоб ты меня спас?» Он не должен умереть за неё. Он должен жить, что б спасти её. «Чёрт! Да у неё же арбалет с шариками в рюкзаке! Как добраться-то до него!? Думай!» И вот пока он напряжённо думал, как до этого рюкзака добраться, раздался кокетливый голос Татки:
— Ой, мальчики! Вы заблудились? Замёрзли, наверно? А давайте коньячку выпьем? Познакомимся. Давайте?
К концу фразы голос её сначала кокетливый зазвучал сексуально и томно. Она смотрела на мужчину с автоматом откровенно призывным взглядом.
— Лёша, — не отрывая взгляда от бандита и продолжая смотреть на него с улыбкой, сказала Таня, — там у нас в рюкзачке коньяк с лимоном, принеси, будь другом.
— Не возражаете против коньяка, парни? — Спросил Алексей и, не дожидаясь ответа, шагнул к поваленому дереву за рюкзаком.
Таня поманила мужчин ладошкой.
— Ну, подходите же! Подходите к костру, погрейтесь!
Обнажённая женщина притягивала взгляды мужчин. Кружевные трусики и торчащие от холода красные, набухшие соски будоражили их воображение и разжигали желание настолько, что они абсолютно забыли про Алексея. Как завороженные они шагнули к костру и тот, что с автоматом, приблизился к ней настолько, что мог дотронуться до неё рукой.
— Надо же, какая сочная девочка, — сипло выдохнул он, не спуская глаз с полной груди Татьяны, — ладненькая такая, конфетка, а не девочка… И, сладкая, небось… Тебя-то, мужик, мы хлопнем, ты уж не обижайся, а вот девочку твою себе оставим. Не должна такая красота в лесу погибнуть. Согласен? — Повернулся он к Алексею.
— Конечно, согласен, — Алексей выпрямился и вскинул руку. Прежде, чем кто-то из них успел хоть что-то сообразить, раздался чуть слышный свист, мужчина с автоматом вздрогнул и стал медленно оседать на землю. Таня успела выхватить из рук падающего автомат и направила его на стоящих буквально в двух шагах от неё опешевших мужчин. В два прыжка Алексей оказался рядом с ними и мощным ударом кулака в затылок лишил одного из них сознания. Потом крикнул другому:
— Ремень из брюк вынул! Куртку снял! Живо!
Глава 5 часть 5
Бандит был так поражён тем, что произошло за несколько последних минут, что даже не думал сопротивляться. Словно под гипнозом он послушно выну ремень из брюк, снял куртку и послушно протянул это всё Алексею. Тот бросил куртку Тане:
— Накинь, согреешься.
Потом ударом ребра ладони по шее лишил сознания и этого. Связал ему руки за спиной ремнём, быстро обыскал, достал у него нож из-за голенища сапога и оттащил к дереву. Таня смотрела на то, как быстро и ловко Алексей всё делает: вот он снял куртку с безвольного тела, вот он выдернул ремень из брюк того, кого ударил первым, так же связал ему руки за спиной, так же обыскал, так же оттащил к дереву. Поднял рюкзак, который уронил первый бандит, подал его Тане:
— Тата, посмотри, что там у них. Если есть верёвка — скажи, ладно?
Он оттащил убитого им из арбалета бандита вглубь леса и тут же вернулся к ней. Таня протянула ему дрожащей рукой верёвку, которая действительно оказалась в рюкзаке. Алексей взял верёвку и на долю секунды прижал к себе Таню.
— Алёша, — дрожащим голосом спросила она, — а ты вообще кто? Спецназ? Подготовка у тебя…
— Допустим, спецназ, не забивай себе голову пустяками. Давай я сначала всё сделаю для нашей дальнейшей безопасности, солнце моё, а потом поговорим. — Он поцеловал её в висок. — Потерпи. Он старался говорить всё будничным тоном, спокойно и уверенно, хотя на самом деле очень испугался за неё и в то же время был немало восхищён и её смекалкой, и её смелостью. Тому, как она держала себя с людьми, способными убить их в любую минуту, можно было только позавидовать. Ни внешней паники, ни страха… Вот это сила духа! Даже он, человек со специальной подготовкой, растерялся на какой-то момент, а она смогла взять ситуацию в свои руки.
Привалив двух оглушённых бандитов к дереву таким образом, что б они сидели лицом к тропинке, он быстро привязал их к стволу, затем ножом разрезал майку одного из них, сделал два кляпа и заткнул им рты. И только, сделав всё это, подошёл к Тане. Несмотря на то, что она накинула куртку, её била крупная дрожь и губы тоже подрагивали. Его руки скользнули ей под куртку, и он ощутил жар её тела. «Озноб. Хорошо, если от страха, а вдруг температура?»
— Испугалась?
Татьяна кивнула, ноги у неё подогнулись, и она упала бы, если бы Алексей не подхватил её.
— Алёшка, меня ноги не держат, — прошептала она и буквально повисла у него на руках.
Алексей легко взял её на руки и отнёс в ельник за поваленое дерево. Снял с неё куртку, бросил на землю.
— Тата, садись… Я сейчас…
Посадив её, он метнулся на поляну, поднял куртку, подхватил автомат, арбалет и рюкзачок с флягой коньяка. Когда вернулся, положил всё на землю. Таня сидела, подобрав ноги и обняв колени, пытаясь унять дрожь. По щекам текли слёзы. Алексей набросил ей на плечи принесённую куртку и присел рядом. Обнял её.
— Девочка моя… Хорошая моя… Всё уже позади, — шептал он, целуя её щёки, глаза, шею. — Ты же умница! Ты же такая умница! Как ты быстро сообразила, как сразу всё поняла…