Егерь. Вызов (СИ)

Прямо в спину сосредоточенным Мастерам.
А Никита увлёкся. Его Каменный медведь с рёвом преследует отступающего землероя, нанося серии мощных ударов по убегающему зверю.
И тут я понимаю, что он… не видит.
Раненый Дробитель мчится прямо к спине Никиты, но Мастер не видит! Он полностью сосредоточен на битве перед собой. Его каменный медведь сражается с другой тварью. Мастер даже не подозревает о смертельной опасности, надвигающейся сзади.
  
Время словно замедляется. Пока Никита командует своим зверем в схватке впереди, смертельная угроза крадётся к нему сзади. Массивная тварь приближается стремительно, её когти нацелены точно между лопаток Мастера.
Расстояние — считанные метры.
Всеволод видит опасность. Его лицо искажается, и он кричит:
— СЗАДИ!
Но крик тонет в грохоте битвы. Волк Теневого Разреза находится на противоположном конце поля боя, сражаясь с ещё одной тварью. Даже с его сверхъестественной скоростью он не успеет.
Каменный медведь полностью сосредоточен на противнике перед собой и не может защитить хозяина от удара в спину.
Огненная стрекоза Романа кружит слишком высоко, её огненные шары не смогут остановить массивного Дробителя.
Ледяная рысь Всеволода только что выбралась из-под обломков, она оглушена и дезориентирована.
Каменные когти нацеливаются на незащищённую спину. Ещё секунд пять — и от Мастера не останется даже кровавого пятна.
Он умрёт.
Мой взгляд мечется между участниками схватки. Волк Теневого Разреза — единственный зверь, который может уничтожить Дробителя за пару атак — слишком далеко.
А Земляная тварь уже близко, её когти уже заносятся для смертельного удара.
Всеволод с гримасой концентрации возвращает своего истощённого волка в потоковое ядро. Тёмные нити затягивают могучего зверя внутрь тела Мастера. В тот же миг он выпускает его снова — свежая волна энергии вырывается из груди телохранителя ближе к угрозе.
Волк Теневого Разреза материализуется в новом прыжке, полный сил. Всеволод падает на колено. Его глаза пылают яростью, а из пасти питомца вырывается рычание, от которого дрожит воздух. Зверь обрушивает всю свою мощь в одну атаку — колоссальное теневое лезвие, размером с человека, срывается с его когтей и несётся к твари.
Но не достаёт.
Мне в голову приходит безумная мысль.
— Режиссёр! — мысленно командую я. — Вихревой коридор! Подтолкни!
Но брат взмывает в воздух ещё до моего приказа, его глаза вспыхивают серебристым светом. Он понимает задачу мгновенно — его интеллект хищника-стратега схватывает суть плана быстрее моих слов.
Режиссёр раскидывает лапы в стороны и выбрасывает вперёд потоки сжатого воздуха. Они не атакуют — они создают невидимый слой между волком и тварью. Закручиваются в спираль, образуя коридор из ветра, который искривляет пространство.
Теневое лезвие влетает в этот вихревой туннель.
И тут происходит нечто невероятное. Тьма и воздух не просто взаимодействуют — они сливаются в дикий симбиоз стихий. Теневая энергия волка обволакивает воздушные потоки, словно чёрный плющ оплетает невидимые струи ветра. Воздух становится осязаемым, приобретая угольно-чёрный оттенок, а тень обретает физическую силу, способную резать и крушить.
Магия воздуха подхватывает тёмную энергию. Лезвие тьмы, теперь окутанное воющими потоками ветра, поворачивает под невозможным углом и с утроенной силой врезается в бок земляной твари. Воздух режет плоть, а тень дробит камень изнутри.
Удар сотрясает всё ущелье.
Каменное тело дробителя раскалывается пополам, словно расколотая молнией скала. Его когти, уже занесённые над Никитой, рассыпаются каменной крошкой в полуметре от спины Мастера.
Никита инстинктивно перекатывается и тут же встаёт на ноги. Но тварь уже мертва.
Уровень питомца увеличен (19)
Получено опыта 500.
Мастер бросает на меня удивлённый взгляд. Но времени на разговоры нет — он уже поворачивается обратно к бою, сжимая рукоять меча.
Тимофей крепче сжимает моё плечо, его дыхание сбивчиво.
Чёрт, что это было? Синергия стихий⁈
Всеволод наконец получает возможность раскрыть весь свой потенциал четырёх питомцев.
Его звери движутся как единый организм под невидимым контролем хозяина. Огненный орёл и ледяная рысь синхронно атакуют одного из оставшихся Дробителей. Птица обрушивает на тварь концентрированный поток пламени, раскаляя каменную броню до белого каления. В тот же момент рысь выбрасывает волну кристального холода.
Результат превосходит мои ожидания.
Резкий перепад температуры действует на каменную шкуру как молот по стеклу. Броня трещит, раскалывается, осыпается серыми осколками. Под ней обнажается беззащитная живая плоть.
Кабан Всеволода не заставляет себя ждать. Сплошной ком перекатывающихся мышц разгоняется и таранным ударом пробивает незащищённый бок твари. Удар такой силы, что тварь отлетает на несколько метров, и Дробитель издаёт предсмертный хрип.
Тварь падает, сотрясая землю.
Каменный медведь Никиты в это время набрасывается на последнего дробителя. Массивный зверь с шипастой шкурой использует своё преимущество в размере. Он хватает противника за горло мощными лапами и сжимает, пока не хрустнут позвонки.
Волк Теневого Разреза хромает и рычит от боли, но всё же обходит поле брани, как палач, контролируя ситуацию.
И тут… Тишина опускается вокруг нас как тяжёлое одеяло.
Дым и пыль медленно рассеиваются, открывая картину полного разгрома. Массивные тела лежат неподвижно, их каменная шкура потрескалась и осыпалась, обнажая темнеющую кровь. Воздух пропитан запахом горелого камня, металла и смерти.
Мы победили.
Всеволод тяжело дышит, опираясь на меч. Его питомцы медленно растворяются в потоках энергии, возвращаясь в потоковое ядро. Никита вытирает пот со лба, его руки слегка дрожат от пережитого шока.
Я отзываю своих рысей обратно в духовную форму, оставляя материализованной только Афину. Кошка обнюхивает ближайшую тушу, убеждаясь, что угроза миновала, затем возвращается ко мне и трётся о ноги.
— Ты молодец, девочка, — говорю тихо, поглаживая её по массивной голове. — Все молодцы.
Барут и Стёпа медленно поднимаются с земли, отряхивая пыль с одежды. Их лица бледны, но в глазах горит восхищение перед увиденной мощью.
— Это было… невероятно, — шёпотом произносит сын нового старосты.
Всеволод подходит ко мне, и в его взгляде читается удивление.
— Спасибо, Макс. Твоё вмешательство было… Полезным. И твоя рысь… Кхм, она взаимодействует с тьмой. Выше всяких похвал.
Я киваю, но замечаю странный взгляд Мастера, который направлен на меня.
И мне это не нравится.
  
Глава 18
 
Пыль медленно оседала на каменные тела поверженных Дробителей. Я стоял посреди этого безмолвного побоища и… изучал.
Всеволод отзывал последних питомцев в потоковое ядро. Его движения были точными, профессиональными, но я заметил лёгкую дрожь в руках — даже такому опытному Мастеру схватка с четырьмя тварями тридцатого уровня далась нелегко. Хорошо, что мы держались на дистанции, и у нас были звери, способные сдержать удар.
Никита прицепил свой двуручный меч к ремню на спине. Барут и Стёпа всё ещё стояли у скальной стены, их лица были бледными от пережитого шока.
— Все живы? — спросил Всеволод, окидывая отряд профессиональным взглядом.
— Да, — ответил я, но заметил, что Роман держит левую руку как-то странно.
Мастер-арбалетчик стоял в стороне, и только сейчас я увидел, что рукав его кожаной куртки разорван, а из-под ткани сочится кровь. Длинная рваная рана тянулась от запястья почти до локтя.
  
— Да ты же ранен! — воскликнул Стёпка.
— Мелочь, — буркнул Мастер, но его побледневшее лицо говорило об обратном. — Проклятый каменный шип зацепил, когда эта тварь атаковала вашу группу.
Я вспомнил тот момент — когда Дробитель взорвал землю шипами рядом с нами, один из осколков действительно отлетел в сторону. Тогда не до того было — спасал торговца.