Ржевский 4 (СИ)

Беру усиленный магией скоросшиватель с его стола.
— Вы здесь в своей конторе, скорее всего, работаете с зачарованной бумагой; оно и понятно, таможня. — Пока говорю, быстро раскручиваю примитивный артефакт на две половинки и перемычку, вместо отвёртки используя ноготь. — Под нагрузкой кое-какой элемент подсаживается, наблюдай внимательно.
(Интересно, неужели у меня прям все-все расовые настройки перенеслись).
Мужик здорово удивляется:
— Куда лезешь⁈
— А ты не замечал, что последнее время он у тебя дырки хуже бьёт? Смещает вдоль оси на нижних слоях? До конца пачку не протыкает? — параллельно продолжаю работать, не обращая внимания на вялые попытки фискала меня остановить.
— Ну, было, но это же не боевой амулет! — тип задумчиво следит за моими руками. — Можно два раза стукнуть в крайнем случае. Если дырки съехали и листы в пачке косые — тоже невелика потеря.
— Это просто пример. Такое и в амулете связи может случиться, и в боевом, и на производстве. Тип сбоя один. — Прикрыв глаза, прислушиваюсь к ощущениям.
Смещение небольшое, крепление кристалла разболталось. Поискав глазами вокруг, беру его карандаш и аккуратно подстукиваю небольшую деталь с нужных сторон, ориентируясь на расовый бонус.
— И что дальше? — таможенник снисходительно смотрит то на меня, то на дырокол.
— Вообще-то для калибровки специальный инструмент нужен. На глаз да без снаряги, конечно, не та точность. — Здесь утрирую и прибедняюсь наглейшим образом.
Смотря чей глаз и чьи руки. Если человеческие — то да, без вспомогательной оснастки можешь сливать воду.
А вот если руки выросли правильно.
— Стало лучше? — старший отдела транзитного оформления сподобился на иронию.
— А ты возьми, попробуй.
Повинуясь внезапному импульсу, подхватываюсь со стула сам и сгребаю со стоящей в углу тумбы пачку ежемесячных грамот-поощрений.
Они выполнены на толстой фольге, не на бумаге. Практически, сделаны на очень тонких листах металла, это даже не картон (наверное, чтобы получившие отличия подразделения могли вешать их у себя на месте работы, в том числе на улице под открытым небом).
— Э-э-э!.. — мужик с изумлением набирает в лёгкие побольше воздуха, но сказать ничего не успевает.
ХРЯК. Разровняв пластинки металла в подобие стопки, всовываю получившуюся пачку под скоросшиватель и весело бухаю сверху кулаком.
— На, владей, — теперь снисходительный вид у меня.
Амулет запускаю скользить по столешнице расчётливым движением. Как и рассчитывал, он останавливается чётко у края.
Мужик, рефлекторно бросившийся вслед за артефактом, замирает на половине дороги через стол: моё движение было чётко выверенным, никакие магические приспособления никуда по полу не летят.
В душе возникает толика досады: а ведь когда своих вокруг нет, то и юмора никто не оценит. Эх-х. Шутить ведь по-разному можно, подобными жестами — в том числе.
— Держи, говорю! — подвигаю свежеотперфорированную пачку тонких металлических листов вплотную к нему.
Теперь эти поощрения, все до единого, украшены двумя сквозными отверстиями.
— И на гвоздики повесить можно, — бросаю для разрядки обстановки, поскольку угрюмая рожа собеседника на ровном месте напряглась и перестаёт мне нравиться. — Дырочки готовы. А чего добру без дела на столе лежать? — добавляю как можно беззаботнее.
— Чего ты мне тыкаешь? — лицо служащего застывает, как будто он сейчас усилием воли взял себя в руки.
— Ты ж мне первый стал «ты» говорить! — побольше удивления на лице и в голосе.
В отличие от моих девчонок, этот тип ещё не знает, что лопоухое лицо жизнерадостного идиота — очень хорошая защита, похлеще ментальной. Таможенник не находит в первую секунду, что сказать. Открывает и закрывает рот пару раз, как рыба на суше.
Настроение стремительно идёт вверх: люблю лёгкий шок оппонента. Правда, признаваться в подобных низменных наклонностях наоборот не люблю, оттого тщательно их скрываю даже от самого себя.
— В хартии города Сота есть статья, — продолжаю с недоумением, частично искренним. — Все государевы люди, вы в том числе, во время контактов по работе всегда обращаетесь к гражданам и подданным на вы. Приказ царя. Ты же первый тыкать начал? Я думал, на дружеские отношения переходим?
 
Мужик скрипит зубами, но ничего не отвечает.
Интересно, а местный монарх знает, как его люди его же регламенты исполняют? Хоть по поводу порталов, хоть по поводу вежливого обращение к пока ещё ничем не запятнавшему себя посетителю?
Бардак в городе, чё сказать. И хорошо, если только в нём одном, а не в стране в целом.
Впрочем, до чужих вотчин мне дела нет — тут бы Соту обиходить.
* * *
ПРОДОЛЖЕНИЕ ТУТ