Его строптивая невеста (СИ)

Решив не уводить разговор в дальнейшие дебри и не судить о традициях народов с холмов, я порвала упаковочную бумагу.
— Боги, Блейк! — воскликнула Лусиэнь, заметив выпавшую ткань. — Она же просто сияет.
Я достала платье, приложила его к себе, покрутившись перед зеркалом, и не могла не присвистнуть. Папа всегда настаивал, чтобы я не торопилась со своим взрослением. Любил напоминать, что молодые годы сгорают словно мотыльки над огнем. Сегодня в очередной раз он меня удивил.
Он прислал наряд, который в жизни не назовешь целомудренным и подростковым. На тонких бретелях, с открытой спиной и глубоким декольте, державшимся на честном слове. Юбка свободно спускалась вниз до самого пола, но не была пышной или громоздкой. Ткань сияла и переливалась под фонарями и солнечными лучами.
— Поверить не могу... — все, что я смогла вымолвить.
— Ха, представляю, как Адриан обрадуется, — стрельнула в меня глазами Лу. — Да он взгляд от твоей груди не оторвет.
— Ой, а я забыла, — обернулась к подружке. — У меня произошла смена партнеров.
Присев на кровать, я рассказала ей обо всем, что услышала на поле. Потом поведала про Августа и свою драконью родню.
— Что же, — эльфийка села рядом и обняла меня. — Хорошо, что вы поговорили. Я буду безумно по тебе скучать, но твой папа прав, временно тебе нельзя оставаться в академии. Я бы на его месте тебя пораньше забрала. И да, Хелен с Адрианом — спесивые мерзавцы. Так им и надо.
Она всегда умела меня поддержать.
— Судя по довольной физиономии Хелен, она ни о чем не жалеет, — усмехнулась я. — Ее семья получила выгоду из-за помолвки, а папа скорее всего поможет ее родителю устроиться по службе.
— Пожалеет, когда поближе узнает прохвоста, — злорадно отметила Лусиэнь.
Скорее всего, Лу близка к настоящему положению дел. Как бы я ни сочувствовала парню, как бы для него не была важна наша сделка, он не избавился от своей вредной привычки — крутить со всеми подряд и западать на любую юбку.
Немного поговорив, поплакав и поделившись общими проблемами, мы приступили к сборам. Свои волосы я распустила, воспользовалась маленькой женской хитростью, наложила сковывающее заклинание, чтобы они не разлетались от порыва ветра, но предпочла ничем их не закалывать. Эльфийка побоялась действовать столь радикально, хотя ее родители не оставались на праздник. Заплетая мудреные косы, она мечтательно всматривалась в окно. Представляла, наверное, что сделается с адептом Фарнгейлом, когда он ее увидит.
Застегнув платье, я произнесла слова еще одного заклинания. Бретели и лиф были крайне ненадежными, а оскандалиться, тем более в обществе отца, я побоялась.
Перед самым началом к нам зашел Конор.
— Вау, — застыл дракон на пороге. На меня он не обратил никакого внимания. — Лу, ты очень красивая.
Он держал маленький цветок, который должен был прикрепить к платью своей спутницы.
— Спасибо, Конор, — зарделась моя подруга и опустила ресницы. — Ты тоже прекрасно выглядишь.
В спальне мгновенно стало тесно, и я ощутила смущение. Они оба явно нравятся друг другу, точно влюблены, но из-за нерешительности, медлительности юноши и застенчивости девушки, они не могут пойти с той парой, с которой бы хотели.
— Кхм, — кашлянула я, — Надо ли напоминать, дорогой Конор, — я сузила глаза, — что сегодня ты ухаживаешь за мной?
Вредности мне было не занимать, но и сочувствия тоже. Обострившиеся инстинкты сообщали, что вот-вот в дверь войдет сопровождающий Лусиэнь.
— Да, — опомнился сокурсник, — прости, Блейк. Ты тоже ничего.
Он приблизился ко мне и небрежно нацепил золотого цвета крокус. После этого в спальню вломился Питер.
— Ох, Лу... — новоприбывший буквально ошалел. — Ты невероятна.
— Пойдем, — я потащила за собой мрачного ящера, — не будем им мешать.
Плевать мне было на его комплименты. Честно признаться, восхищения я ждала, но не от адепта академии, а от очень настырного и серьезного преподавателя.
Подходя к главному корпусу, Кинг все-таки осознал, что оплошал и принес свои извинения.
 
— Прости, Блейк, — посмотрел он на меня. — Я не хотел тебя обидеть.
— Ты не обидел, — погладила его по плечу и взялась под локоть, подхватит шлейф. — Но не выдавай себя. Лу — не дурочка. Пусть разберется в своих чувствах сама.
— Это очень сложно, — насупился парень. — Вижу их рядом, и эмоции затмевают разум. Тебе не понять.
Я не согласилась. Вдалеке увидела нарядных отца с братом. Рядом с ними стояли несколько мэтров, ректор, что-то вещавший в толпе, и интересующий меня дракон под руку с деканом лекарского факультета. Они все смеялись, держали в ладонях бокалы и наслаждались праздником.
Словно издеваясь, моя любимая, самая дорогая и справедливая наставница тоже предпочла зеленый цвет в одежде.
Чертыхнувшись, я уверенно двинулась к семье.
— Чего ты ругаешься? — изумился Конор. — Сказала же, что не обижаешься.
— Да так, — отмахнулась. — Надо поздороваться с моим отцом, а потом я очень хочу танцевать и веселиться. И ты, — указательным пальцем я поддернула вену под подбородком у друга, — будешь веселиться со мной.
— Какой бес в тебя вселился, Блейк? — оторопел мой спутник.
— Драконица, — хмыкнула я.
Несчастный юноша поник и побрел за мной. Стоуна он предпочитал сторониться и поменьше показываться тому на глаза.
— О, здравствуй Конор, — поздоровался Август Уиллоуби с молодым ящером и ревностно обвел меня с головы до ног. — Рад тебя видеть. Спешу сообщить, что твои дядя и тетя в добром здравии.
Мне он кивнул и судорожно вздохнул, выступая вперед и закрывая собой от большинства студентов академии.
Очень захотелось рассмеяться. Сам заказал мне платье, а теперь нервничает, что я в нем.
— Ага, ага, — Кинга совершенно не волновало, что творилось с королевской чертой в Рэйвенаре.
Ссутулившись, он зорко следил за подоспевшими Лусиэнь и Питером. И вел себя крайне некрасиво, что не укрылось от других участников небольшого столпотворения.
— Конор, — прищурился господин Рей, видимо, испытывавший неловкость из-за воспитанника. — Удивлен, что ты пригласил на бал леди Блейк.
— И что здесь удивительного? — парень,наконец, оторвался от пары и взглянул на нахмуренного мэтра.
По выражению лица, по натянутому подбородку и напряженным рукам, адепт Кинг сообразил, что от него требуют. Взял меня за ладонь, подхватил у нанятого официанта бокал и услужливо подал его мне.
— Да так... — Стоун отвечать не стал, мельком улыбнулся и отвлекся на ректора.
— Блейк, — подозвал меня папа. — А мы ведь как раз говорили о тебе.
— Да? — я недоверчиво посмотрела за его спину, где стоял Киран и мысленно спрашивала, с чего бы они начали этим заниматься. — Надеюсь, в хорошем смысле.
— Это ты мне скажи, — усмехнулся пожилой мужчина. — Леди Хитроу тебя хвалит, хотя думает, что ты могла бы лучше. Киран, удивительно, тоже впечатлен твоей расторопностью. А уж про новую ипостась господина дознавателя я вообще молчу. Ты и боевые заклинания... Пожалуй, Стоун, — отец повернулся к дракону, — как преподаватель вы тоже состоялись.
Слушая хвалебные оды в свой адрес, я краснела. Если у Лиссы и брата мои успехи действительно были заслуженными, то в занятиях с ящером я сомневалась. Я пересела в самый конец аудитории, не отсвечивалась, не вызывалась вперед и больше не участвовала в спаррингах. По-моему, подобное обучение равно среднему баллу, никак не высшему. Вот что значит, поцеловаться с профессором. Будь мои моральные принципы попроще, я бы этим способом уже диплом получила.
— У вас очень талантливая дочь, — спокойно признал господин Рэй. — Лисса права, ей не помешает немного усидчивости.
— Чего нет, того нет, — развел руки папа. — Да и девушкам эта черта характера не сильно пригождается в жизни.
— Господин Уиллоуби... — возмутилась возле него декан лекарского факультета.
Прислушиваться к их перепалкам мне было неинтересно, мое внимание завлекло, как близко Стоун держался с моей наставницей. Он придерживал ее за спину, следил, чтобы у женщины не заканчивалось шампанское и не опустел бокал. Я успела и позавидовать, и заревновать.