Его строптивая невеста (СИ)

Сложно было отказывать себе в дальнейшем удовольствии, но на меня резко снизошло озарение. Что я с ней творю? Она же сестра моего друга.
— Блейк, — чуть не застонав вслух, я оторвался от ошеломленной девушки. — Прости, прости, пожалуйста.
— Что? — ее лицо запылало с новой силой. — Великие боги, да я... Да вы... — Отмерев, она отбежала подальше и лбом прислонилась к прохладному окну.
— Давай я провожу тебя до комнаты, — уже было плевать, если нас увидят.
Оставаться со мной ей было куда опаснее.
— Нет, — она отпрянула, вызывая у меня мучительное и гнетущее чувство вины. — Попросите ваших служащих. С вами я никуда не пойду.
— Хорошо, — кивнул ей. — Я позову, но не уходи никуда.
По ее виду было непонятно, согласилась она или нет.
Обо всем распорядившись, я постарался вернуться быстрее. К счастью, она либо была сильно напугана, либо донельзя удивлена, комнату Блейк не покинула и, не смотря мне в глаза, скользнула на выход, следуя за стражником-драконом.
Проводив ее, я прижался к двери и чуть ли не сполз по ней.
Она права, это проклятье.
Мне не требовалось становиться ученым, чтобы осознать произошедшее. Запах, поцелуй, мой внезапно возникший интерес... все сходилось. Поговаривают, что боги специально сводят магов вместе, рассчитывая на сильное и могучее потомство. Каждый из нареченных начинает чувствовать влечение, мы сталкиваемся вместе, натыкаемся друг на друга, пока не признаем волю свыше.
И эти клятые ощущения... Новые, неизведанные и страстные. Мы истинные, я не буду этого отрицать. Окончательно проверить информацию я мог лишь одним способом, но у меня в голове не укладывалось, как я предложу его адептке.
А Август и Киран? Сильно сомневаюсь, что ее отец и брат обрадуются возникшей перспективе, даже учитывая высокое положение и возможности дипломата. Если она, правда, моя истинная, мне следует забрать ее с собой в Рэйвенар. Как она будет общаться со своими родными?
Свои мысли я остановил. Думать о пребывании Блейк в родной стране слишком рано, она ведь и понятия не имеет, что предначертана мне. Великие боги, я пока сам не все осознаю до конца и мечтаю, чтобы я ошибался.
Прежде всего следовало разобраться с нынешней ситуацией в Сантиоре, отыскать шпионку и обезопасить Конора.
С трудом дождавшись утра, я ворвался в покои мэтра Уиллоуби.
— Стоун? — Киран удивился. — Что-то случилось?
После ссоры мы почти не разговаривали. Он продолжал дуться, но в нынешнем положении я позволил себе некоторую мягкость и снисхождение.
Драконы не приносят извинения, и мы не признаем ошибок. В тот момент я был прав, но сам пришел к нему.
— Хотел узнать, чем закончилось твое вчерашнее выступление. Адепток наказали? — поинтересовался между делом.
— Да, — мужчина помрачнел. — Понизили оценки, оповестили их родителей. Через неделю будет родительский день, и я лично побеседую с их отцами. Подумать только, оболгали мою сестру.
— Согласен, — я кивнул. — Было мерзко слушать, как сплетни расползаются по академии.
— Кстати, — припомнил друг. — Я забыл тебя поблагодарить.
— За что?
Был бы он извещен о произошедшем ночью, маг бы скорее набросился на меня с кулаками.
— Ты и с Лэсли ее прикрыли. Я знаю, на что способна Блейк, да и ректор не сомневается в ее вине, но боится с тобой спорить. Все же она восхитительно им отомстила. — Расплылся Киран в восхищенной улыбке. — Спасибо, Стоун, — пожал мне руку, — буду надеяться, что мы не будем больше спорить.
— Да, не будем, — фальшиво улыбнулся я, но испытывая вину, все-таки продолжил. — Киран, а не мог бы ты рассказать о вашей матери?
Нет, еще вступая на свой профессиональный путь, я наводил справки о семействе Уиллоуби. Блестящий дипломат, женившийся на кузине императрицы вызывал множество вопросов. Поговаривали даже, что и король с королевой Рэйвенара навещали молодоженов, а жена дипломата подружилась с сестрой Ролло, нашего короля. Августа любили в Сантиоре, а он старался на благо всех жителей. Супруга его прослыла доброй и отзывчивой благотворительницей. Сначала в семье родился сын, а после прошло почти десять лет, прежде чем всех известили о новом ребенке. Девочка, появившаяся у слуги народа, обрадовала многих, но, к сожалению, через несколько месяцев леди Уиллоуби скончалась. Подозреваю, что Блейк выбрала факультет целительства не из-за внутренних талантов, а потому что наслушалась хвалебных почестей в адрес ее матери. Она совсем не похожа на лекаря, ей бы в боевики с ее характером.
 
— С чего возник интерес? — развернулся ко мне друг. — Прежде тебе было все равно.
Выдохнув, я признался в полуправде.
— У меня сложилось впечатление, что твоя сестра встряла в какую-то проблему. Если хочешь, разбирайся сам, но я почти уверен, что она тебе не признается.
— А тебе признается? — выгнул бровь мой собеседник.
— Нет, конечно, — открестился я. — Я ей никем не являюсь. Она откровенна с моим воспитанником, а он не будет скрываться, что с ней что-то не так. Впрочем, он с этим ко мне и приходил, — соврал я на голубом глазу.
— И что он поведал? — насторожился молодой преподаватель.
Поморщившись и испытывая некий дискомфорт из-за того, что выдаю тайны возможной истинной, я все-таки произнес.
— Ей плохо. У нее странное самочувствие. Бросает то в жар, то в холод. А еще...
— Что? — обеспокоенно воскликнул брат адептки.
— Киран, я давал клятву, — сел в кресло, стоявшее в его комнате. — Если ты налетишь сегодня на свою сестру, а она обидится на Кинга, тот перестанет откровенничать со мной. Ты понимаешь, что в подобных вопросах нам придется действовать не напролом, а тонко и витиевато?
— Она моя сестра!
У меня было чем парировать.
— Но она к тебе не подошла. Давай взглянем правде в глаза, у них своя жизнь, далекая от нашей. Либо мы будем незаметно за ними следить, либо они будут действовать, зная, что на нас нельзя положиться.
Было немного стыдно за ложь и увертки. Полагаю, что в будущем я прослыву отвратительным другом, но и действовать я по-другому не мог.
— Ладно, — заворчал Киран. — Хотя ума не приложу, чем это все может помочь. Блейк на нее совсем непохожа. Кроме глаз, конечно.
— Ваша мама тоже была водницей? — никак не мог вспомнить дар супруги дипломата.
— Нет, если бы, — мужчина сел на кресло, предаваясь детским воспоминаниям. — Может, если бы сестра пошла в маму, она была бы поспокойнее. У нас все огневики, кроме бабушки. Она понянчить малышку не успела, но тоже была неуемной. Судя по знакомым водникам, они все изменчивые, непостоянные и непосредственные. Думаешь, это какое-то родовое проклятие, связанное с женщинами?
Я бы хотел так думать, но все свидетельствовало об обратном. С защитой девчонки ей ничего не грозило. Будь на ней злые чары, ее заклинатель все бы почувствовал.
— Понятия не имею. А Август... — я задумался. — Он никогда не вел себя с Блейк странно?
Вопрос мой прозвучал явно преждевременно и был крайне неудобным.
— Это что значит, Стоун? — разъярился не на шутку молодой преподаватель. — Ты его хочешь в чем-то обвинить?
— Не неси ерунды! — сказал, как отрезал. — Вдруг девочка родилась рано, или были еще какие-нибудь сложности?
Я хорошо разбирался в реакциях людей. Киран, как и Блейк, знать ни о чем не знали. Ни про защиту, ни про ее состояние.
— Не припомню, — пожал плечами друг. — Мне самому было лет десять. Он с ней сильно носился, очень долго не позволял гостям нас навещать. Забрал меня из школы и обучал на дому почти год, пока Блейк не встала на ноги. Но здесь ничего странного — он потерял жену и остался с двумя маленькими детьми на руках. Ему и не было дела, как общество воспримет. Помню, он даже правителя Сантиора не пустил.
Да, пожалуй, его поведение было правдоподобным. Будь я на месте Августа, сам бы закрылся в четырех стенах, оплакивая потерю. Драконы по своим истинным сильно тоскуют, редко, но и такое случается, погибают. Страшно предположить, что испытал молодой мужчина, безумно влюбившийся в свою пару. Прошло почти двадцать лет, а чиновник не женился. Про него не ходили слухи о любовницах, он не был замечен в тайных романах. Вполне возможно, что чувства людей схожи с чувствами драконов.