Подкидыш (СИ)
И правда, через пару минут пришла Оли, на ходу повязывая фартук. Довольная, отдохнувшая.
— Доброе утро, Майя. Давай, пока мы закрыты, я тебе здесь помогу? — она с энтузиазмом принялась перебирать пакеты с продуктами, сортируя их.
— Отказываться не буду, — ответила я ей, мысленно радуясь, что тогда не прошла мимо и теперь у меня такая чудесная помощница. — Как вчера отдохнула с братишками?
— Ох, и не спрашивай, — тяжко вздохнула она, но при этом продолжила говорить с улыбкой: — Эти два сорванца пошли смотреть на кукольный театр. И вот действие в самом разгаре, злодей украл невесту и заточил в подземелье, а принц героически отбивается от разбойников. А эти двое посидели, подумали и принялись принцу кричать, что ну эту невесту брать надо — страшненькая она, да и впереди ещё полно препятствий, пусть лучше он к ним спускается. А потом вообще заявили, что толпой на одного не честно, и полезли на сцену. Благо никто ругаться на них не стал и прогонять. А в конце, когда принц спросил их о награде за помощь, те снисходительно оставили девушку принцу, а себе запросили конфет, я чуть со стыда не сгорела. Так что для них получилось маленькое приключение с приятным подарком, а для меня дополнительные нервы.
— И правда сорванцы, — рассмеялась я, представляя, как опешили поначалу актёры. — А мне Герард ничего не говорил, хотя тоже ходил на представление.
— Мы, кстати, подходили к нашей лавке сладостей, но тебя там не было. Зато стоял тот странный мужчина, который орал тогда в кондитерской. Правда, в этот раз он как будто изменился, такой добрый, весёлый, мне даже уходить не хотелось, но братья утянули на качели, перед этим изрядно растратив наши деньги на леденцы.
— Ты зачем покупала? — я тут же рассердилась на её слова. — Могла бы либо меня подождать, либо ему сказать, что тебе можно бесплатно взять. Он должен был тебя помнить.
— Ой, он то же самое говорил, что мне не надо покупать, но как-то нехорошо это, — она стыдливо опустила глаза. — Ты и так мне платишь больше, чем везде, да ещё угощаешь вкусняшками. Не хватало ещё и братьев моих бесплатно подкармливать.
— Ха, как будто я не знаю, что все сладости, что я тебе даю, ты относишь домой, — проворчала я себе под нос. — Хорошо, если хоть что-то ешь, а то, может, так и не попробовала ничего.
Чтобы дальше не смущать Оли, я принялась рассказывать, как сама провела вчерашний день, а точнее, вечер. Мы, наверное, с Кирной станцевали более двух десятков танцев, перетанцевав со многими горожанами до глубокой ночи. При этом периодически Герард вытаскивал меня в круг, и мы с ним танцевали несколько танцев подряд. Он, глядя на меня, загадочно улыбался, а я… я думала о том, что он слишком уж высокий, и смотреть на него снизу верх долго невозможно. Но всё равно оторваться не могла.
Конечно же, об этом я Оли не говорила. Только в общих чертах поведала, и всё. И то она уже начала мечтательно вздыхать, и я прям видела, как она, как и все, уже мысленно меня выдала замуж за одного из вчерашних кавалеров.
Тут-то я и порадовалась, что время подошло открываться, и с чистой совестью отправила её в зал, а сама продолжила подсчёт. Через полчаса в этой кладовой было всё записано, и я перешла в холодную. Здесь после субботы, когда я к ярмарке готовилась, почти ничего не осталось, поэтому, спустя ещё десять минут, я была свободна.
Готовить не хотелось, да и по понедельникам всегда тишина была, поэтому я, вместо того чтобы идти на кухню, решила провести время до обеда в торговом зале рядом с Оли. Всё веселее будет.
В общем-то, и правда веселее получилось.
Нет, сначала-то всё шло как обычно — мы быстренько пробежались, вытерли пыль, от скуки попередвигали столы с места на место, ища идеальную расстановку. Обслужили нескольких покупателей, двоих я даже уговорила сделать заказ на ореховый рулет и теперь прикидывала, сколько мне нужно орехов и будут ли они на базаре.
И вот время приближалось к обеду. Через десять минут мы собирались закрыться и отправиться с Оли на рынок за покупками. Открылась дверь, оповещая нас звуком колокольчика, и к нам в кондитерскую вошла дама. Нет, не так. Леди. Я таких красивых даже на картинках не видела. А что уж говорить о наряде.
На вид девушке было лет двадцать пять, но могла и ошибаться. Длинные светлые волосы до поясницы, белая, почти прозрачная кожа без единого пятнышка, словно её хозяйка ни разу в жизни в огород не выходила. Хотя так оно, наверное, и было, если судить по платью — глубокого синего цвета с кружевными вставками. А на минуточку, не каждый житель Гаруна мог себе позволить хотя бы кружевную салфетку. Что уж говорить о Чарисе — здесь я ни разу не видела такой роскоши.
Ткань тоже отличалась от наших привычных — и по яркости цвета, и по качеству. Ещё вчера я красовалась, как мне казалось, в самом красивом сарафане, а сегодня, если бы я была в нём, то выглядела бы глупо.
А ещё девушка была высокой — выше меня на голову так точно. И стройной. И грудь у неё не меньше моей. А лицо, как у куклы — чуть припухлые губы, аккуратный прямой нос и огромные синие глаза в обрамлении чёрных ресниц. Просто идеал какой-то, а не женщина. И что эта девушка тут забыла — непонятно.
Мы с Оли заворожённо смотрели на посетительницу, которая явно привыкла к немому обожанию и даже плечиком не повела. Зато она зачем-то прошлась по залу, оглядывая каждый стол. Обходила по кругу, ведя рукой по спинкам стульев, и лениво разглядывала обстановку. При этом нас она словно не замечала.
Ну а мы, когда прошёл первый шок, переглянулись и выползли из-за витрины, подходя поближе.
— Извините, может, вам помощь нужна? — первой не выдержала помощница и обратилась к девушке.
— И чем вы мне можете помочь? — презрительно скривилась та, чем тут же разрушила образ идеальной девушки. — Хотя… Да, знаете, есть у меня к вам один вопрос. Вы тут ничего не находили?
— В смысле? О чём вы? Вы же у нас ни разу не были. Так что как могли что-то оставить? — начала задавать вопросы и я.
— Оставила тут моя знакомая. Сказала, что возле вот этого стола, — тут она ткнула в стол, у которого я и нашла две недели назад Кида.
Тут же в моей голове пронеслись слова Герарда о том, что Кида похитили. И что именно в этом городе нужно искать виновного. Теперь я смотрела на неё с подозрением.
— Вы знаете, ничего не находила. Может, вы перепутали чего-то?
В ответ она с сомнением оглядела помещение, прошлась ещё раз, заглянула под каждый стол и только когда осмотрела всё, повернулась к нам:
— И ничего необычного не находили? К примеру, ребёнка?
— Ой, вы знаете, находили, — влезла Оли, сразу выдавая все тайны. Даже то, что я ей на ногу наступила, не помогло. — Мальчика в корзине нашли, но уже вернули папе.
— Но… вот же. И откуда только этот Герард тут взялся, — выругалась девушка себе под нос.
— А вы, собственно, кто такая? — задала я вопрос ей, а сама думала, как бы отлучиться и рассказать об этом Герду.
Тут она посмотрела на нас, чуть подумала, а потом её ресницы задрожали и на щеках появилась пара слезинок.
— Я м-мама малыша-а-а-а, — вытерев слезы, она заломила руки, и принялась бродить туда-сюда по залу, периодически поглядывая на нас. Не знаю, что она там искала, может быть, сочувствия, но теперь даже Оли не торопилась её утешать. Но вот она остановилась и решительно приблизилась к нам: — Это длинная история, если хотите, поведаю вам. Только мне нужно знать, где же сейчас мой сын?
— Что ж, мы всё равно собирались на обед закрываться, — проигнорировала я её вопрос, не зная пока, стоит ли ей доверять. — Садитесь, мы с удовольствием послушаем вашу длинную историю о том, как же ребёнок оказался один в незнакомом месте.
От моих слов девушку аж перекосило, но спорить или высказывать нам она не стала и покорно присела на ближайший стул. И так у неё это изящно получилось, что чувство неполноценности снова подняло голову внутри. Я поспешила забрать с витрины несколько видов пирожных, которые вышли у меня особенно удачными, и поставила на стол. А в это время Оли сбегала на кухню и вернулась с чашками, а потом и с чайником.