Подкидыш (СИ)

— Злая ты девушка, Майя. Я вот тебя не выгонял, когда ты меня разглядывала.
— Я не разглядывала, больно нужно! — крикнула ему вслед, только вот он уже скрылся за дверью. Пришлось высказываться единственному слушателю, который уж точно не сбежит. — Ну и самомнение у твоего папы. Один разочек случайно увидела его оголенные телеса, ну, может, два. Так ведь сам виноват: ходит раздетым, привлекает внимание. Сплошной разврат. Но в одном он прав — нужно вставать, иначе ничего не успею.
Вскоре я, собранная, выбежала из дома, оставляя своих мужчин в компании друг друга. Что ж, мне всё проще мириться с их присутствием. Но полноценно обдумать эту мысль не получилось — её тут же вытеснили фантазии о ярмарке и большой прибыли на ней. 
В кондитерской принялась споро собирать сладости по коробкам. Когда всё упаковала, возникла проблема. Про помощника, чтобы это всё перетащить я и позабыла. Ну как так? Чтобы ничего не помять, мне придётся раз двадцать сбегать до ярмарки и обратно.
Я приземлилась на стул, растерянно оглядываясь по сторонам и прикидывая, что можно сделать. Тут, бросив взгляд в окно, зацепилась за знакомую фигуру, приближающуюся в данный момент к дверям моей кондитерской. Внезапно наши взгляды встретились, и я поняла, что прятаться уже бесполезно — меня заметили.
— Какими судьбами, Зофрик? — спросила я парня, стоило только ему переступить порог. С наслаждением пронаблюдала, как того перекосило от того, как я сократила его имя. 
— Кхм, кхм… 
Поперхнулся, что ли? 
— Извини, Зофрик, мне сейчас некогда. Ты или говори, или приходи позже. Через недельку-другую.
— Дорогая Майя, — вдруг торжественно заговорил он, — я долго думал и наблюдал. Видел, как тебе тяжело одной поднимать кондитерскую, как печалишься ты без мужского плеча… — тут он отвернулся, пытаясь незаметно достать бумажку; посмотрел на листок, а затем опять развернулся. Он там что, с подсказками пришёл? — И я понял, что не должен отворачиваться от тебя, только из-за наличия спиногрыза, то есть малыша. Так что радуйся, я готов принять тебя вместе с ребёнком.
— Ты что, был у миссис Эдарс? — от услышанного у меня случился полный ступор эмоций. Я не знала, то ли мне смеяться, то ли плакать, то ли просто разозлиться. И я просто ждала, куда же он сейчас меня подтолкнёт.
— Э-э, ну да. Она, кстати, сказала, что это не твой ребёнок, — сознался этот недалёкий парень. 
Ах, ну теперь понятно. Спиногрыз не мой, и кондитерская деньги приносит. Можно даже со страхолюдиной ужиться. 
— И что ты от меня хочешь?
— Ну раз уж мы с тобой вместе и скоро станем семьёй, — тут я не сдержалась и тихонько захихикала, но Зофрик был явно в своих мечтах и не обратил внимание на это, — я готов взять на себя ответственность за твои дела. 
— Да ты что! Правда? Ну тогда для начала мне нужно помочь перетащить товар в парк на ярмарку. Я и так из-за тебя опаздываю.
«Без проблем» уверил он, и я развила бурную деятельность. В итоге я на него загрузила побольше, да и себя не пожалела. Всё, чтобы поменьше ходить туда-сюда. Раз уж вызвался помощник, почему бы и нет, а отказать всегда успею. 
Но даже ничего придумывать не пришлось. После того как он сгрузил коробки на стол в парке, у него вдруг образовались срочные дела, и он поспешно скрылся, пообещав заглянуть в гости потом. А всего-то стоило случайно заикнуться, что прибыли пока мало, да и ту я трачу на новые приобретения для кухни. 
И вот я снова одна. Стояла с коробками и не знала, как быть дальше. Сладостей даже половины не принесли. В итоге решила, что как всё распродам, то побегу за новой порцией. И так, пока не продам всё либо пока не настанет вечер. А ещё пообещала себе купить тележку, на которой в следующий раз буду перевозить свои сласти. А пока принялась расставлять то, что есть, на витрину, краем глаза замечая приближающегося первого посетителя.
— Подождите, пожалуйста, пару минут, я разложу оставшиеся пирожные, и вы сможете выбрать.
— Как-то скудно у тебя здесь, — послышался слишком знакомый голос и второй радостно поддакнул. 
 
— А, это ты… 
— И чего ты такая поникшая? 
— Как ты правильно заметил, слишком мало сладостей, — обвела рукой свои скромные запасы.
— А в чём проблема? Ты же полночи была в кондитерской. Или я ошибаюсь?
— Не ошибаешься. Но чтобы за ними сходить, нужно кого-нибудь оставить здесь, кто смог бы продавать. А Оли я дала выходной, чтобы она с братьями попала на ярмарку, — ответила я ему, предвосхищая вопрос о помощнице.
— Не вижу проблем. Держи Кидрейна, — мне в руки всучили ребёнка и, пока я не успела возмутиться, схватили ключи, лежащие на столе. — Я всё тебе принесу. Только расскажи, где что лежит. 
После чего он спокойно ушёл, оставляя меня со своим сыном. А спустя час все сладости заняли своё место, и торговля пошла полным ходом.
Я попыталась поблагодарить Герарда, но он молча забрал Кида и отправился в сторону кукольного театра. Даже не обернулся. Вот как можно одновременно радовать и бесить?
Долго думать над этим времени не было. Народ стал прибывать, и всё больше семей доходили до нашего закоулка. Как я узнала у прохожих, через час должно было начаться представление, и все спешили занять места. Ну а по пути детишки уговаривали родителей заглянуть ко мне за леденцом или конфеткой. 
Зря я думала, что на отшибе не будет торговли. Благодаря театру кукол, который расположился напротив ещё до обеда, я распродала большую половину вкусняшек. И теперь счастливая прикидывала, куда в первую очередь денежки потратить. 
Возвращение Герда с Кидом я встретила благодушно. Кид тут же запросился на ручки и перекочевал ко мне. Его необычные глазки радостно блестели, притягивая взор. Вскоре я поймала себя на том, что просто гуляю с малышом по парку, рассказывая ему о деревьях и кустиках вместо того, чтобы продавать свои сладости. Встрепенулась. 
Тут же развернулась и поспешила обратно. Гулянки, конечно, хорошо, но только после того, как дела все сделаны. 
И каково же было моё удивление, когда я увидела пустой стол и довольного Герарда, стоящего за ним. 
— А где… — всё, что я смогла выдавить из себя, но меня, к счастью, поняли.
— Всё распродано. Даже удивительно, как легко и быстро это получилось, — ответил Герд, подмигивая мимо проходящей женщине с леденцом в руках, отчего та вся покраснела и засмущалась.
Я тоже вспыхнула, правда, по другой причине. Это что он тут за разврат учинил, когда кругом дети? Видно, на лице у меня что-то такое отобразилось, что он тут же поспешил перевести тему.
— Раз уж продавать больше нечего, предлагаю отнести коробки и вернуться, чтобы отдохнуть на празднике. 
Прозвучало очень заманчиво. В прошлые два раза мне не до развлечений было — я помогала Кирне и за всем следила из-за прилавка, не имея возможности отойти. А сегодня я уже и наставнице пообещала отдохнуть, и с ней сходить на танцы.
— Хорошо, только мне нужно будет зайти переодеться, — заявила я.
— Как прикажешь, хотя ты и так прекрасна, — сказал он мне, подходя ближе и протягивая руки. Невольно я снова покраснела и засмущалась, опуская взгляд. Я почему-то подумала, что мужчина сейчас прикоснётся ко мне или даже поцелует. Нет, конечно же, я против, так и скажу ему. Потом. 
А вместо этого он просто забрал своего сына из моих рук и определил его к себе. А потом ещё и сказал, что я слишком красная и, возможно, заболела. Хам!
В итоге шла позади них и придумывала различные кары на голову этого бесящего мужчины. Вот как у него получается так мастерски выводить меня из равновесия? Я думала, что после всего, что было, я научилась не реагировать на других людей и их мнения. 
Зато путь показался быстрым. Вроде только в парке была, а уже стою дома перед шкафом и любуюсь на своё единственное парадное платье. Жёлтый пышный сарафан превращал мои рыжие волосы в пламя и выгодно подчёркивал талию и грудь. Надевала я его всего один раз, но зато все в деревне были сражены наповал. Больше никто не смеялся над моими веснушками и не называл грязнулей. А потом пришлось переезжать, и платье я прихватила с собой на всякий случай.