Последний из рода Ашина (СИ)
Наше явление воины встретили настороженно, но без удивления. Когда можешь умереть в любой момент и годами ходишь под смертью, то у человека развивается некий фатализм. Геройствовать никто лишний раз не будет, но и трусов среди бывалых воинов нет от слова совсем. Поэтому для меня всегда было дико слушать рассказы, как целые армии поддавались панике. Если в войсках есть нормальная дисциплина, то они не бегут, а отступают по команде. Бурче всю дорогу вбивал эти простые истины в головы наших парней, параллельно проводя тренировки.
— Кто такие? — спросил дядька у единственного воина в кольчуге и с более качественной отделкой ножен.
Десятник, буду называть его так, потому что не знаю структуры армии хорезмийцев, ответил сразу.
— Мы передовой разъезд войска неустрашимого Гийас ад-Дина, младшего брата нашего благословенного и храбрейшего султана Джелал ад-Дина.
А ничего так изъясняются простые десятники! Или они эту фразу учат специально? Насчёт наихрабрейшего я бы поспорил. Сбегал товарищ Джелал с поля боя, что нам рассказали в Дербенте тамошние купцы. И вообще, дела у хорезмийцев с союзниками идут плохо. Сейчас они захватили Закавказье и грабят его со всех средневековой лихостью. Но с другой стороны, именно сын последнего Хорезмшаха нанёс поражение монгольской армии, обратив ту в бегство. И кровушки у Чингисхана туркмены попили, будь здоров.
Мы прибыли сюда учиться, а значит, нам всё равно до чужих раскладов. Грузины, государство которых пару месяцев назад уничтожил Джелал ад-Дин, тоже особым человеколюбием не отличались. Дербентские купцы сообщали, что грабительские набеги христиан на Ширван и Северную Персию были нормой. Хотя сейчас здесь такой клубок интересов, то я бы не стал делить стороны строго по религиозному принципу. Буду во всём потихоньку разбираться. Поэтому дал поручение Бузлару, чтобы тот собирал как можно больше информации.
Долго с туркменами Бурче не сюсюкался. Выяснив, что нужно, мы вязли пару сопровождающих и двинулись далее. По дороге я расспрашивал более молодого воина, который отличался повышенной говорливостью. В потоке словоблудия, удалось выяснить и важную информацию. Войска брата султана базируются в Гяндже. Основная армия сейчас дочищает остатки грузинского царства, заодно грабит армян и местных тюрок. Монголы сейчас в Хорасане и стычек с ними не было достаточно давно.
Была ещё интересная информация, которая позволяла сделать общий вывод по личности султана. Мне показалось, что у него просто нет никакого плана. Товарищ метался как загнанный волк, при этом усердно грабил все земли, куда приходила его армия. Зачем было настраивать против себя мусульманских правителей Индии? Ведь это естественный союзник против Чингисхана. Выиграв одно крупное сражение, султан умудрился потерять половину войска в следующим. Ещё и сбежал, оставив часть своих союзников одних против врага. С берегов Инда наш герой тоже ушёл, даже не попробовав создать коалицию. В Северной Персии и Закавказье он опять принялся за прежнее, фактически уничтожив два мусульманских и одно христианское государство. Вот и понимай, как знаешь такую извращённую логику. Ведь три года назад здесь уже прошлись саранчой Субэдэй и Джебе. Ситуацию можно было использовать против прихода основных сил монголов. Но не судьба.
Более крупное соединение хорезмийцев располагалось ближе к Апшерону. В географии я не силён, но знаю, на каком полуострове расположен Баку. До столицы будущего Азербайджана мы не доехали, остановившись в каком-то маленьком прибрежном ауле. Встретили нас с настороженностью, но без всякой враждебности. Свой лагерь мы разбили метрах в пятистах от селения около небольшого ручья. Заодно удалось купить овса и свежего мяса с рисом, так что у нас сегодня пир. Сухомятка, которую мы употребляли в последние дни, порядком надоела.
К вечеру, выставив секреты, и отправив пару небольших групп разведчиков контролировать дорогу, вся дружина уселась у костров. Народ приготовил, что-то наподобие плова. Вернее, получилась рисовая каша, так как морковь купить не удалось. Только мне на это плевать. Простенькая пища показалась одним из вкуснейших блюд, что я ел в своей жизни. А ещё я испытывал двойное наслаждение, так как у местных в наличии оказался чай. В Дербенте я об этом не подумал, да и времени не было. Но здесь сразу сделал стойку, увидев, чего пили воины, оккупировавшие небольшой караван-сарай. Сразу купил себе грамм двести и заварил, вернувшись в лагерь. Жизнь-то налаживается!
Утром нас разбудили люди Тархана, предупредившие, что по дороге к посёлку движется достаточно большой отряд конницы.
Прибывшие воины во главе с суховатым туркменом лет сорока пяти, были совершенно иной формации. Все в кольчугах, несмотря на тёплый день. К сёдлам у каждого всадника был приторочен шлем. Кривые сабли, круглые щиты, луки, небольшие топорики и дротики, дополняли вооружение отряда. Но особой агрессии прибывшие не высказывали.
Мы с Бурче и десятком парней выдвинулись на встречу прибывшим. Дядька сохранял абсолютное спокойствие и даже не дал команду рассредоточиться лучникам или как-то готовиться к сражению. Я всё равно подал знак, и народ был готов в любой момент атаковать гостей.
Только все карты спутал лидер хорезмийцев. Я сначала не понял, чего товарища так перекосило. С учётом шрама от левого виска до подбородка, сломанного носа и отсутствия нескольких зубов рожа у него стала выглядеть уж больно жутко. Оказалось, что дяденька так улыбается. Это подтвердили его слова.
— Кого я вижу! — прохрипел туркмен, — Облезлый волк опять появился в наших владениях. Ну, давай рассказывай, чего тебе здесь надо, Бурче?
Дядя одарил страшилище не менее жутковатой улыбкой.
— Язберди! Старый пенёк, ты ещё жив!
Ух, похоже, пронесло! А то меня малость напрягло, что Джелал ад-Дин повёрнут на религии. У нас в отряде в этом плане полный набор, кого-то только нет. Если он напал на грузин из-за веры, то и у наших христиан могли возникнуть проблемы. Язычников мусульмане вроде тоже не особо жалуют. Но наш Бурче неплохой такой проездной по местной Ойкумене, который наверняка договорится с кем угодно.
[1] Джелал ад-Дин Мангуберди (1199–1231) — последний хорезмшах (с 1220 года) из династии Ануштегенидов, старший сын хорезмшаха Ала ад-Дина Мухаммеда II и его жены Ай-Чичек.
Глава 14
Глава-14.
Как вы думаете, как два аксакала отпраздновали встречу? Они — набухались. При этом квасили три дня подряд беспробудно, а далее уже просто выпивали или опохмелялись. И если от Бурче чего-то подобного я мог ожидать, то мусульманин Язберди, меня удивил. На мой резонный вопрос, мол, вам же нельзя употреблять алкоголь, я получил забавный ответ.
— Вечером и под крышей можно — Аллах не видит.
Я чуть кумысом не подавился, когда услышал фразу, популярную и в моём времени. Проходят века, но пьяницы всегда найдут оправдание своему пороку, вне зависимости какому богу они молятся.
Но надо сказать, что пьянка не перешла в какое-нибудь непотребство. Утром, слегка поправив здоровье, Язберды занимался делами своей тысячи, а дядька гонял нас в усиленном режиме. При этом гонцы к брату султана были отправлены и мы ожидали решения своей дальнейшей судьбы. Выпивать два старых боевых товарища начинали ближе к вечеру. В принципе, всё было более или менее пристойно.
Я же бродил по лагерю и знакомился со структурой хорезмийской армии. Если называть вещи своими именами, то впечатления двоякие. Есть проблемы с вооружением, в первую очередь не хватает кольчуг и доспехов. Очень слабое централизованное снабжение — войско кормится с завоёванной территории. Для этого времени это нормально. Только если у хорезмшаха есть планы восстановить государство своего отца, то зачем подчистую разграблять захваченные земли? Здесь, в Ширване, ещё терпимо, местный хан склонил голову перед Джелал ад-Дином и взял на себя снабжение завоевателей. В обмен хорезмийцы особо не зверствуют и ведут себя спокойно. Ну, там пограбили слегка, но без фанатизма.