Корпус Вотана (Недомаг-мажор) (СИ)

Ярослав хотел возразить, что ничего подобного ему устраивать нельзя, потому что он не протестант и не католик, но посмотрев в глаза кадет, понял, что будь он даже атеистом с кодексом строителя коммунизма в руках — это ему не поможет.
— Архип, уйди с дороги по-хорошему, — Повторил кто-то из кадет. — А то и тебе достанется.
— Через мой труп!
— Ах ты, предатель! Бей его, ребята!
Архипова повалили на пол и принялись пинать ногами.
— Конфузик! — Заорал Ярослав. — Врубай серену!
Звуковой волной Вотана едва не швырнуло в объятья толпы. Впрочем, им тоже пришлось не сладко. На шум в спальню ворвались сержанты второго, третьего и четвертого взводов. Они прекрасно слышали звуки потасовки, но не вмешивались. Но теперь следовало отреагировать, пока в казарме не собрался весь замок. Накрутив ремни на кулаки, они принялись расшвыривать толпу.
Ярослав понял, что лучшего решения, чем побег из замка придумать сложно.
— Конфузик, за мной! — Прыгая по кроватям, Ярослав быстро достиг выхода из спальни. Обернувшись, он увидел лежащего с окровавленным лицом Архипова. Единственного человека, кто встал на его защиту. — Этого кадета берем с собой!
Конфузик, несмотря на маленький рост, был мощным роботом. В его памяти бережно хранилась информация о русском прадедушке по имени Элик и американском дедушке Т-1000, бывшими весьма незаурядными личностями.
Мимо изумленного дневального, на глазах вбегающего в казарму дежурного офицера, расшвыривая ведра и швабры, Ярослав сотоварищи достигли потайного хода под лестницей и скрылись в нем.
  
Глава 22
 
Отгородившись от недоброжелателей каменной плитой, Ярослав немного успокоился. На короткое время проблема была решена. Но мальчик понимал, что не сможет отсиживаться в потайных ходах бесконечно. Здесь не было еды и воды, хотя, возможно, в замке имелись какие-то тайные комнаты, куда не ступала нога новых владельцев. Но вряд ли они предназначались для комфортной жизни. Да и Архипову требовалась медицинская помощь. Ярослав совершенно не разбирался в целительстве и проводить эксперименты над товарищем (скрепя сердце мальчик признал это слово) было чревато куда более серьезными последствиями.
Следовало покинуть пределы казармы и перебраться в более безопасное место, туда, где их смогут защитить от ярости однокашников.
Ярость… Ярослав задумался. Поведение Конфузика стало той каплей, которая переполнила чашу терпения взвода. Но ведь кто-то эту чашу наполнил? И почему сержанты не вмешались в ночную драку? Почему его не изолировали от взвода, в конце концов? Как ни крути, а он представитель правящей в той или иной форме династии.
— Ох! — Очнувшийся Архипов поднялся с пола и привалился к стене, осмотрелся. — Где это мы? — Затем увидел стоящего рядом Конфузика и глаза его расширились от удивления. — А ты кто?
Робот, как и его хозяин, предпочел игнорировать вопрос.
— Судя по неуемному любопытству, ты не сильно пострадал. — Увидев, что товарищу ничего серьезного, по-видимому, не грозит, Ярослав перешел на привычный высокомерный тон.
— Я бы совсем не пострадал, если бы не один идиот… и его игрушка — Огрызнулся Архипов.
— Я не игрушка, человек, — возмутился Конфузик, — я многофункциональный робот-помешник хозяина Ярослава!
— Ну да, каков хозяин, таков и робот, я мог бы догадаться.
— Хозяин Ярослав, можно я анигилирую эту протоплазму?
— Каким же образом? — Удивился Вотан неожиданной агрессии робота.
— Я могу вымыть ему уши и почистить зубы. Это смертельно для мальчиков, насколько мне известно.
— Да уж, после того как ты всю их зубную пасту размазал по всей спальне — это смертельно опасно для меня.
— Не выдумывай. Никого не убьют. Драки в Корпусе обычное дело. Извинишься, возместишь ущерб, и все будет нормально.
— Ты считаешь, что извиняться перед простолюдинами нормально?! Я…
— Головка от часов “Заря”! А портить чужие вещи, по-твоему, можно? Ты знаешь, сколько они стоят?
— Насколько мне известно, пасту, мыло и прочее выдают бесплатно.
  
— Пасту? А порошок зубной, которым только туалеты чистить не хочешь? И мыло, которое не мылится? И бумага, которая рвется от легкого нажатия ручки? Это раз в месяц выдают, так, будто от сердца отрывают. Нормальные вещи приходится покупать все в чепке, за баллы. Ты знаешь, сколько баллов может заработать кадет, если будет рвать задницу на косой крест?! Тридцать, мать его, баллов! Максимум. Нормальная паста стоит 15, мыло 10, тетради и ручки еще 30. Мы два месяца их копили!
Ярославу стало стыдно. Он никогда не задумывался о бытовых мелочах. Все это появлялось у него само собой.
— У меня есть деньги, но они в банке. И вряд ли я доберусь туда до присяги. Хотя… Должен быть ход, который ведет за стены замка. Можно быстро съездить в банк и купить все необходимое!
— Гениальный план, гениальный хозяин Ярослав! — Восхитился Конфузик. — Я знал, что вы найдете наилучшее решение.
— А твой гениальный хозяин не подумал, что, выйдя без разрешения за территорию замка, совершает самоволку? За это Суровый его с говном съест и меня заодно. Что то он после поездки слишком… суровый.
— И кто узнает? Все думают, что мы в потайном коридоре сидим.
— Вообще-то, ночь на дворе.
— Может быть, я открою тебе тайну, но существуют круглосуточные банки и магазины.
— Позволь и мне тебя просветить. Также существуют круглосуточные военные патрули. Ночь, ты в трусах и майке.
— Где одежду достать, я знаю, не первый раз.
— А документы? Что ты им предъявишь? Или у тебя на спине татуировка с паспортными данными?
— И что делать? — Растерялся Ярослав.
— Ты же волшебник. Придумай что нибудь.
— Создать деньги? Таких “волшебников” называют “фальшивомонетчики” и заливали в глотки расплавленный свинец.
— Причем тут деньги? Ты можешь, например, превратить что-то плохое в хорошее?
— Это смотря как посмотреть. — Ярослав подумал о кокаине.
— Ладно пошли, ребята, наверное, уже остыли.
— Вали. Не хочу превратиться в остывшего раньше времени.
— И долго ты собираешься прятаться? Завтра сообщат твоему отцу, и все станет намного хуже. Я поручусь за тебя перед ребятами.
— Ты? Поручишься за меня? Архипов — ты неисправимый дурак. Я сам не знаю, получится у меня что-то или нет.
— Но, ведь если не попробуешь, то и не узнаешь?
— А наказание, его ведь не отменят?
— Не отменят. Тут решай сам, но я бы посоветовал разделить его со всеми. Я не понимаю нашего взводного. Раньше он никогда не делал исключений. А тут, словно решил настроить всех против тебя.
— Мне черпать… это?
— Не тебе, а всему взводу. Когда вместе, не так обидно. Ребята оценят. Хотя, можешь не слушать меня, позвони или напиши отцу, пусть заберет тебя из Корпуса. Будешь учиться в мажорской школе и вспоминать Корпус как страшный сон.
— Я подумаю.
— О, хозяин Ярослав такой благородный, такой добрый и великий! — Восторженно заголосил Конфузик.
— Молчи уж, из-за тебя такая ситуация возникла. Будешь жить здесь. Исследуй коридоры, находи полезные мне помещения и докладывай раз в неделю. И обязательно найди выход из замка. И еще принеси со склада несколько комплектов формы и обуви. И каких-нибудь консервов. Сложи все в надежном месте. Задача понятна?
— Да, хозяин Ярослав! Ты такой умный!
Архипов тихо хмыкнул.
— Этот, как его? Конфузик? Может сделать хорошую придворную карьеру. Лизнул до самых гланд. Откуда ты его взял.
— Где взял, больше нет. Это уникальный… продукт моего гения!
Восторгу Конфузика не было предела. Ведь хозяин признал в нем частичку своего гения.
Еще один выход из тоннеля окзался буквально в нескольких метрах от входа в казарму — в стене за живой изгородью.
Возле лестницы дежурил дневальный. Увидев кадет, он обрадовался им, словно родным и, не употребив ни одного бранного слова, проводил в канцелярию. За столом сидел совершенно пьяный дежурный майор. Рядом лежали разобранный пистолет и лист бумаги с расплывшимися то ли от слез, то ли от алкоголя строчками.