Вернувшийся. СИ

После чего все удалились в сторону многоэтажки, ведомые двум парнями, вместе с ещё двумя силовиками, которых Соловьев захватил с собой.
- А чего происходит? Я чего-то не знаю? – напрягся Громов.
- Пока нечего говорить. Вот вернуться, тогда и поговорим, - не стал «раскрывать» карты старший следователь.
Герман решил, что ему пора и баиньки. А то суета, стрельба, беготня, ну их всех. Он сел на мотоцикл и быстро уехал к бабуле.
 ********** 
 - Олег! – услышал замотанный работой Громов голос Паршина, который куда-то ненадолго уезжал, а теперь вернулся. – Подойди ко мне в микроавтобус, надо кое-что обсудить.
Слава богу, что осмотр практически закончен, так что можно с пяток минут передохнуть, а потом доделать работу:
 - Ну чего у вас? – уселся уставший Олег в кресло в салоне, а дверь изнутри закрыл Соловьев.
Кроме Паршина и его телохранителя в машине был Костров и криминалист – Петрович, выглядевший не очень довольным своим нахождением здесь и сейчас.
- Значит так… Петрович, расскажи нам, что ты нашел на крыше.
- Ну чего рассказывать… - помолчал криминалист, а потом продолжил: - Не знаю, кто там был, но следов он почти не оставил. Ни одной стреляной гильзы я не нашел. Он собрал там всё, перед тем как уйти. Ни окурков, ни горелых спичек. Да и не курил он, ваши бойцы сказали.
- Евгений? – поднял брови Олег.
- Чуть попозже, ты всё поймешь, - успокоил его Паршин.
- Даже следов от обуви я не нашел. Он всё затёр. Больше мне добавить нечего, - закончил криминалист.
- По пулям сможешь что-то определить? – Парши смотрел на него.
- Вот выковыряют их из тел, тогда и скажу, - буркнул уставший эксперт.
- Спасибо Петрович, ты иди, тебя наш второй «Фольцваген» до прокуратуры добросит, - кивнул ему головой Паршин.
Тот покряхтывая вылез из машины и пересел в другой автобус, который тут же уехал в сторону прокуратуры.
 ГЛАВА 16 
- Так мужики, никому и ничего по поводу услышанного здесь, - внимательно осмотрел всех Паршин. - Давай ты, Костя, - кивнул он Соловьеву.
Олег с удивлением узнал, что Паршин отправил сюда двух своих сотрудников из группы: опера из МУРа и силовика. Должны были сделать оперативную съемку, но «кина» не получилось:
 - Ладно Сергей, - Соловьев сейчас говорил про «опера» из МУРа для тех, кто не в теме, - но он моего бойца взял, как кутёнка! Вывел обоих из строя за несколько секунд. Могу с гарантией сказать, что это совсем не так просто. Ничего, Паша у меня по прибытию в Москву будет по «новой» нормативы по рукопашному бою сдавать, - скривился Соловьев.
- Костя, давай потом, а? – поторопил его Паршин.
- Просто хочу всем указать, что Паша мастер спорта по рукопашному бою, и вот так его взять голыми руками – это нужен уметь. При этом этот человек мастерски владеет оружием: за пару секунд разобрал «Глок» Павла и пистолет Сергея; отлично стреляет из спецоружия – «ВАЛ»; знает из какого места стрелять из гранатомёта; мгновенно опознал по взрыву, что бандитами был использован РПО «Шмель». И потом оба толком не смогли объяснить, как он смог вывернуться так, что Пашу потом придушил. Циркач, блин!
- Думаешь, кто-то из бойцов спецподразделения скурвился и решил подзаработать? – внимательно смотрел Паршин на Соловьев.
- Исключено, если он не конченный дебил! Все эти автоматы отстреливаются, пули отправляются в пульзотеку. Каждый такой автомат записывается на конкретного человека. Передача строго под документы и роспись. После нахождения пуль его вычислят на раз-два. И сразу могу сказать, что я почти на сто процентов уверен, что последний владелец автомата мертв, а автомат уничтожен или пропал в бою.
- Интересное кино! – выдал Олег, посматривая на Соловьева.
- У меня только одно предположение, - начал тот, - или это специалист из спецназа ГРУ или какого-то подразделения засекреченных диверсантов. В нашей армии таких хватает, - веско припечатал Соловьев. – Но и тут есть вопросы.
- Какие? – вступил в разговор Костров.
- Как-то всё очень показушно и с цирковыми фокусами. Так специалисты из спецназа или диверсанты не работают. Они приходят не замеченными, делают своё дело и тихо уходят. И в одно лицо это не делают. Это глупо и опасно. Кто-то же должен спину прикрыть или вытащить с поля боя, если его ранят. И ошибку этот диверсант сделал, когда Паша с помощью Сереги освободился.
 
- Только ему это мало помогло, - крякнул Олег.
- Да! – скрипнул зубами Соловьев. – Но всё равно, это цирк какой-то, а не работа профессионала.
- Цирк не цирк, но бойню он устроил – закачаешься, - резюмировал Громов. – И заметь, ваших ребят он не убил. Хотя спокойно мог это сделать. Не думали об этом? - он посмотрел на Соловьева, а потом на Паршина.
- Вот это ещё больше настораживает, - поморщился Константин. – Мог! Но не стал.
- М-да…Я так понимаю, что у нас появился…ну очень опасный «клиент»? – Олег хотел получить ответ на свой вопрос.
- Да, очень! – серьезно лицо Соловьева не располагало к шуткам. – Даже я бы не стал пытаться взять его живым. Боя я не видел, но рассказы Сергея и Паши – впечатлили. В таких сначала надо стрелять, а потом уже подходить. И то, сначала сделать «контрольный» в голову.
- Только этого нам в нашем городе и не хватало, - невесело констатировал Олег. – Итак живём как на пороховой бочке, а тут супердиверсант у нас появился. Да, не жили спокойно, нехер и начинать…
 ********** 
Утром новости были не самыми приятными!
Помимо Штэмпа и убитых прямо на месте перестрелки, в больницах умерли еще четыре человека. Таким образом общее количество убитых составило девятнадцать человек. Раненых было двадцать пять человек. Лишь малая часть смогла остаться целыми и невредимыми с обеих сторон. Но таких счастливчиком было мало. Хотя сколько их не знал никто. Часть разбежавшихся бандитов абсолютно не стремилась пообщаться с милицией и прокуратурой. Несколько вообще решили, что путь бандита – это не для них.
Герман славно «повеселился» стреляя в разные части тела: руки и ноги бандюков, стараясь попасть так, чтобы надолго вывести из строя или оставить инвалидом. Ему их было не жалко, так что…
Климентьев на месяц выбыл из строя, лежа в больнице. Тимура Тбилисского срочно эвакуировали из города в Москву. Лечить в столичных больницах пулевые ранения в обеих ягодицах: одна из бедренных костей была раздроблена тяжелой 9-и миллиметровой пулей. Врачи, получившие гигантские деньги от дяди раненого, гарантировали, что спасут ногу, но придётся лечится несколько месяцев.
Криминальный, да и обычный мир Екатеринбурга вздрогнул, т.к. такого количестве убитых и раненых за один вечер в городе ещё никогда не было. Тут же пошли слухи про какую-то убийцу на мотоцикле, который направо и налево убивает всех. Именно всех!
 ********** 
- Привет, Герман, - в трубке раздался голос Волкова. – Ты в курсе, что у нас произошло?
Герман посчитал свою миссию выполненной, так что вернулся в Пермь вечером в воскресенье. Сильно вымотавшись, он сразу рухнул в кровать, как только оказался дома. Проснувшись утром понял, что толком не отдохнул, но что тут поделаешь.
Так что звонок на его служебный телефон из Екатеринбурга был ожидаем, после того, что он там учудил.
 - В смысле? – спокойно спросил он у взволнованного Сергея, крутя в руке ручку и думая о встрече с Алексом.
- У нас тут целая война была с автоматами и гранатомётами. Штэмпа убили, ещё девятнадцать убитых. Двадцать пять раненых: один из них – глава «центровых» - Климентьев, ранен в грудь; второй – родственник Деда Хасана, ему две пули всадили, - тут он не смог сдержаться и заржал, - прямо в задницу – в обе ягодицы. На Седова, главаря «синих», какой-то отморозок наехал – ранил его подручного. Банды Штэмпа не существует, оставшиеся в живых разбежались как крысы.
- Гражданские?
- Ты знаешь, ни одного, ну, не считая напуганных до смерти произошедшей перестрелкой: посетители казино и тех, кто не спал в ближайших домах. Ты ничего не знаешь про это? – вдруг озаботился Волков.