На пути к победе (СИ)

— Как только, так сразу…
После вторжения в СССР в вермахте стали отчетливо понимать, что победить имеющимися на вооружении танками противника с КВ и Т-34 невозможно. Поначалу пытались всячески выйти из положения модернизацией имеющейся бронетехники, установив на «четверки» и «тройки» длинноствольные пушки и приварив или посадив на болты броневые «нашлепки». Легкие танки Pz-II и Pz-38 (t) вообще сняли с производства, начав массовую переделку в «панцер-ягеры» типа «мардер» («куница»). Потом сообразили, что нужен специальный танк для ведения разведки — скоростной, с отличными средствами наблюдения и связи. И таковой сделали, но несмотря на знакомый всем индекс Pz II Ausf L «Luchs» это был совершенно иной танк. Впрочем, выпустили их даже по немецким меркам немного — в оборонительной войне, а шел 1943 год, специализированные легкие танки без надобности, более нужны «ягдпанцеры», а еще лучше «пантеры» с «тиграми»…
  
  
Глава 21 
 
— Ни хрена себе — да откуда они новые танки берут? Будто фокусники кроликов из шляпы вытаскивают. И кто у нас такой иллюзионист? Да, Гейнц Гудериан, «отец панцерваффе» — идеями прямо брызжет. Интересно, кто он такой? «Подселенец» как я, или просто «серый кардинал» при нем? Однако кем бы фельдмаршал сейчас не был, какую бы роль не сыграл, пока ясно одно — в танках разбирается, и выбрал для «Еврорейха» оптимальный вариант. Однако непонятно, для чего ему потребовалось идти столь долгим путем проб и ошибок, та же возня с «четверкой», не нужная компоновка «пантеры», к чему эти излишние экзерциции?
Вопросы он сам себе задавал постоянно, вот только сейчас маршал был серьезно озадачен — такого яростного напора немцев он не ожидал. Бои шли жесточайшие в междуречье Псела и Ворсклы, две танковые армии, поддержанные десятком подошедших стрелковых дивизий, отбивались сразу с двух сторон от наступающих германских войск. На карте сплошная мешанина нарисованных стрелок и значков — удары и контрудары, взаимные маневры, обойденные позиции, и окруженные части. Можно было представить, что сейчас творилось в реальности на земле, над которой вставали огромные полосы серой пыли и черного дыма. Бывалые ветераны бесконечных схваток за Харьков, как удачных, так и не очень, а то и катастрофичных по последствиям, признавались, что такой «лютости сражений» они никогда еще не видели. Даже когда зимой немцы контрудар на Донбассе нанесли, введя в сражение танковые дивизии СС. Именно отсутствие «черной гвардии рейха» сильно напрягало как Ставку, так и самого Григория Ивановича — было точно известно, что таких панцер-дивизий четыре, все они перед началом немецкого контрнаступления находились в резерве, пополнялись на правобережной Украине. И то, что они неизбежно появятся на полях сражений, было ясно с самого начала, но вот где «вынырнут» непонятно.
Дело в том, что если немцам удастся пробить «коридор» через Миргород к Полтаве имеющимися силами, то эта орда эсэсовцев может быть использоваться против уверенно наступающих войск Центрального фронта, и тогда генералу армии Коневу придется тяжко. Или направлена сюда, против Черняховского с Лизюковым, если те все же сейчас отобьются — вот тогда придется тут сражаться уже всеми силами, и с максимальным напряжением. В такой ситуации Ставка даст согласие на введение в сражение крупных резервов, чтобы уже советские армии не были разбиты.
— Лишь бы так и произошло, — пробормотал маршал, вытаскивая из коробки папиросу, чиркнул спичкой, но так и не закурил. Если расчеты правильные, то сразу после введения в сражение на Украине последних резервных дивизий панцерваффе, последует одновременное и мощное наступление Северо-Западного и Западного фронтов, которые сейчас только проводят «неудачные» демонстрации. Причем с одной целью — противник должен увериться в собственных силах, и раньше времени не насторожится… Вот тогда и можно нанести по немцам сокрушающий удар, парировать который им будет нечем. Не станет у Гитлера тех самых четырех панцер-дивизий СС, этой волшебной «палочки-выручалочки», вынужден будет отдать на отступление, а в этом и будут определенные сложности.
— Ладно, будем ждать, время еще есть, — пробормотал Кулик, не обращая внимания на папиросу, что продолжал держать губами. И посмотрел на три трофея, обгорелые, с проломленными бортами, возле которых суетились техники. Да и он сам где-то с час рассматривал подбитые машины. Даже залез вовнутрь, не обращая внимания на тошнотворный запах сгоревшего человеческого мяса. Удивительно похожие друг на друга машины, только с разным вооружением, и, соответственно многоцелевым предназначением базовой конструкции. Причем, судя по всему, модульной, а до воплощения этой идеи в жизнь годы. В реальности той войны у немцев не было ничего подобного создано, а тут начали делать очередное новое «единое шасси», причем на базе давно знакомой «тройки», и не в симбиозе с «четверкой», как раньше. Машина с пятью катками на борт, на один меньше, чем у «прародителя», чуть приземистая, с характерным узнаваемым корпусом. Повернулся к Черняховскому, который отошел от танка, вытирая ветошью руки, коротко спросил, кивнув на подбитые танки, которые приволокли тягачи.
— И как тебе эти «зверьки», Иван Данилович?
— Та же «тройка», только корпус другой — отказались от «ящика». Тут все на манер «хетцера» сделано, угловатый верх, без вертикальных стенок. И лобовая броня такой же толщины, под одним наклоном. Ходовая часть походит на прежнюю, с торсионами, от танка Pz-III досталась. Катка одного нет, но так и вес тонн семнадцать, около того, нагрузка намного меньше. Только гусеница расширена, двигатель бензиновый, тот же «майбах» с отработанной трансмиссией. Судя по всему, танки быстроходные, но так в полтора раза легче при той же мощности. А вот предназначение у них разное — разнотипные легкие танки и бронетранспортер с ними.
Так действительно и выглядело, вот только сам Кулик был стопроцентно уверен, что без «опыта будущего» тут не обошлось. Вначале появился «леопард», а вот теперь вылезло вообще сплошное непотребство — симбиоз французского АМХ-13 и германской БМП «мардер», но ближе к творению «лягушатников». Те на шасси своего легкого танка много чего сделали, и на любой манер, включая 155 мм и 105 мм САУ и прочую бронетехнику, одно простое перечисление займет полный лист убористого текста. Да тот же самый первый АМХ-VTT, что потом трансформировался в АМХ-VCI. Машина простая, в производстве затруднений не вызовет — многое взято от «тройки», а детали той отработаны давно и массово изготавливаются и ремонтируются. Так что здесь скорее не французский подход, взята только сама идея, а прагматичная до крайности немецкая расчетливость, когда каждая марка учитывается. И можно даже не удивляться выбору — по техническим меркам «четверка» уступала «тройке», так что выбор очевиден.
— Это не разнотипные легкие танки, это вообще не танки в привычном для нас понимании. Вот это специализированная гусеничная разведывательная машина, именно так. На ней две радиостанции, пять человек экипажа, есть место для радиста, именно радиста — нет установки курсового пулемета. И это не командно-штабная машина, на нее нет нужды ставить 50 мм длинноствольную пушку. А в разведке такое орудие жизненно необходимо, можно встретиться и с танками противника, а подкалиберный снаряд даже лобовую плиту Т-43 пробить может, пусть и в упор.
  
Кулик усмехнулся, но недобро, такие «сюрпризы» ему не понравились — кровью от них пахнуло большой кровью. И если противник сделал именно такой выбор, то последствия будут намного серьезнее.
— Вторая машина есть доведенный до совершенства истребитель танков. Броня никакая, да ее и не нужно, он поражает наши танки с дистанции полтора километра — пушка ведь от «пантеры». Удивительная конструкция, неожиданная — я о таком и подумать не мог.