Равника (ЛП)

— Нет.
— Тогда это был обычный паук.
— Верно. Всего лишь обычный паук.
Кажется, он решил, что я в нём разочаровалась. Но, думаю, отчасти я была даже рада, что он такой… как это там говорится?
Невинный. Да, такой невинный.
Ему уже и так было неуютно, и я не хотела ещё больше давить на него. Поэтому я решила временно задвинуть Гекару подальше. Нам хватало забот с вечными, и сейчас я была нужна ему. Горевать я буду потом.
Горевать я буду вечно.
— Я рада, что ты не убийца.
— Эм… спасибо. Знаешь, до сих пор как-то случая не представлялось.
В общем, мы старались избегать больших скоплений, но прекрасно управлялись с отдельными вечными или небольшими снопами. Госпожа Кайя брала на себя, скажем так, самую тяжёлую часть работы. Похоже, эти твари были особенно уязвимы к её призрачным кинжалам. И они ничего не могли ей сделать, пока она оставалась бесплотной. Разумеется, они по-прежнему могли её видеть, так что она и Тейо — с его-то большими и яркими белыми щитами — здорово отвлекали их от меня. Честное слово, вечные замечали меня только тогда, когда я начинала их убивать.
Я выскакивала из-за ромбических щитов Тейо, уворачивалась от пары-тройки вечных и пронзала того, кто меньше всех ожидал нападения, обычно вгоняя оба лезвия через глазницы прямо в мозг. Не успевал он упасть на землю, как меня уже и близко не было.
В перерыве между двумя такими стычками, когда мы пересекали широкий, но пустой проспект, — пустой, за исключением нескольких трупов, говорящих о том, что вечные уже успели побывать здесь раньше, — Тейо повернулся к Кайе и спросил: — Выходит, мы теперь Дозор?
— Я не знаю, — ответила она. — Ни разу не слышала ни о каком «Дозоре» до сегодняшнего дня. И с трудом представляю себе, что это такое.
Я сказала: — Мне кажется, это хорошие парни.
Тейо кивнул: — Равницкая версия Ордена Щитовиков.
Кайя помотала головой. — Не думаю, что он ограничен Равникой. Все его члены — мироходцы. Скорее, это мультивселенская версия твоего Ордена.
Я пожала плечами: — Ну, то есть… всё равно хорошие парни.
— Да.
— Тогда, я думаю, вы оба теперь в Дозоре. Я-то, понятное дело, нет. Я же не мироходка. Внезапно в моём крыскином мозгу промелькнула забавная мысль, и я рассмеялась: Я не в Дозоре и не в гильдии. Такова уж Крыска — вечно сама по себе.
— Но ты убила больше вечных, чем я, — возразил Тейо. Я постаралась не закатывать глаза, потому что он вообще никого не убил.
Вместо этого я сказала: — Ой, это так мило с твоей стороны, Тейо. Ты очень милый парень. Ну скажите, госпожа Кайя, разве он не милый?
— Невероятно милый.
Он хмуро посмотрел на меня и сказал: — Я уверен, что я старше тебя.
Я пропустила его слова мимо ушей, продолжая говорить госпоже Кайе: — Вот поэтому-то я его и усыновила. Кажется, он хотел возразить, но я его перебила: — Как твой порез? Я даже шрама не вижу.
Слегка ошарашенный, он потёр лоб в том месте, где ещё недавно красовался порез. — Вроде бы нормально. Я его совершенно не чувствую.
— Господин Златогрив был очень любезен, когда нашёл время залечить его. Не сказать, чтобы у него не было других забот, со всеми этими вечными, которых он убивал направо и налево. Скажите, госпожа Кайя, ведь правда господин Златогрив был очень любезен?
— Невероятно любезен, — кивнула она.
Мы уже могли видеть зазубренные шпили Собора Роскоши, которые возвышались над более близкими и скромными постройками. Внезапно госпожа Кайя бросилась в переулок, пролегающий наискосок между двумя высокими зданиями. Это казалось странным выбором, но я решила, что ей виднее, поэтому сцапала Тейо за руку и поспешила за ней.
Примерно через сотню ярдов я догадалась, что она просто искала путь к собору, выбрав самую прямую дорогу. Мысленно застонав, я заметила: — Не думаю, что нам нужно сюда.
— Нужно, — ответила она, — если мы хотим побыстрее попасть в Оржову.
— Но здесь тупик.
Она резко остановилась и повернулась ко мне. — Могла бы и раньше сказать.
— Да, но вы казались такой уверенной. Я подумала, вдруг вы знаете секретный проход. То есть, в Равнике ведь полно секретных проходов. Полным-полно. И я знаю их все — ну, большую часть так точно. Но я решила, что гильдмейстер Кайя может знать такой, о котором неизвестно мне, верно?
 
— Крыска, я пробыла гильдмейстером без году неделю. Я и в Равнике-то пробыла всего пару месяцев. Я знаю этот город немногим лучше, чем Тейо.
— Я прибыл только сегодня утром, — добавил Тейо, хотя это было лишним.
— Я знаю, — прорычала госпожа Кайя.
Я кивнула ей. — Да, верно. Значит, с этого момента ведёт местный. Сюда.
Не отпуская руки Тейо, — не знаю, почему, мне просто нравилось её держать, — я потянула его назад, туда, откуда мы пришли. Он не сопротивлялся. Госпожа Кайя последовала за нами.
Я услышала их раньше, чем увидела.
— Ладно, — протянула я, — пожалуй, всё-таки не сюда.
— Почему? — спросила она, и уже через секунду узнала причину. В переулок вошёл очередной сноп вечных. Их было слишком много, чтобы сражаться с ними в этом тесном замкнутом пространстве. Едва заметив нас, они бросились в атаку. Мы развернулись и побежали.
— Ты же говорила, что здесь тупик! — прокричала госпожа Кайя.
— Так и есть!
— Тогда куда мы бежим?
— В конце переулка есть дверь в подпольную рюмочную. Оттуда нельзя попасть в собор, но, может, эти страшилы забудут о нас, если мы спрячемся внутри?
Вариант не хуже прочих.
Вечные двигались быстро, но у них на кону не стояла жизнь. С большим отрывом мы достигли тяжёлой железной двери в конце переулка. Наконец-то отпустив Тейо, я подёргала дверную ручку. Было заперто.
Ну конечно. С чего бы им открываться при свете дня?
Я стукнула в дверь обоими кулаками. Никто не откликнулся. Тогда я присела на корточки и сказала: — Ну ладно. Я умею вскрывать замки.
— Я тоже, — ответила Кайя. — но не думаю, что у нас хватит времени.
— Я выиграю вам время, — заявил Тейо. Оглянувшись через плечо, я увидела, как он творит здоровущий ромбический щит из белого света, отделивший нас от вечных всего за пару секунд до того, как они с размаху в него врезались. Тейо натужно крякнул, но удержал щит, и даже растянул его до прямоугольника шириной во весь переулок, чтобы ни одно существо не могло проскользнуть сбоку.
— Я и не знала, что ты так умеешь, — сказала я, продолжая ковыряться в замке.
— Я тоже. Никогда раньше этого не делал. Но я могу использовать стены переулка в качестве замены геометрии. Это как строить по трафарету.
— Как скажешь.
Я слышала, как оружие вечных стучит в его щит, слышала, как он напевал себе под нос, и как тихонько кряхтит в ответ на каждый удар. Я не знала, на сколько ещё его хватит.
Что-то тихонько щёлкнуло. — Готово! — сказала я, вставая в полный рост. Я подёргала ручку, но дверь по-прежнему не поддавалась. — Она точно отперта! Наверное, внутри есть щеколда.
— Предоставь это мне, — сказала госпожа Кайя и просочилась сквозь дверь. Почти сразу же её голова просочилась обратно и добавила: — Я открою эту дверь, но вам придётся продержаться немного дольше.
Я посмотрела на Тейо. Он ничего не сказал, только крепко зажмурился и коротко кивнул. Он уже не напевал, а лишь скрипел зубами, упёршись обеими руками в свой щит, пока лазотеповый минотавр снова и снова бодал его, а остальные вечные колотили по нему булавами или навершиями своих серповидных мечей. От каждого удара щит вспыхивал ярким белым светом. Было ясно, что долго он не протянет.
Видимо, госпожа Кайя подумала о том же. Она просочилась в переулок целиком и обнажила кинжалы, готовясь к драке.
К счастью, помощь была близка. И снова я услышала их раньше, чем увидела. Услышала вопли, гогот и улюлюканье. Я улыбнулась и положила руку на плечо Тейо. — Потерпи ещё пару секунд, и всё будет хорошо.
Воины-груулы — Ган Шокта, Домри Рейд, Акамал Крэй, Гован Радли, Шеза и Джадира, Бомбоп, и прочие — напали на вечных с тыла. Топоры рубили лазотеп. Бивни пронзали врагов насквозь. Молоты обрушивали на них град ударов. Ган Шокта столкнул двух вечных лбами с такой силой, что их черепа превратились в мешанину лазотеповых и костяных осколков.