Кто ты, Такидзиро Решетников. Том 5 (СИ)
На удивление, по шее хотелось дать не хозяйке бассейна, как можно было бы ожидать. А лучшей подруге.
— У-ти моя маленькая! — жизнерадостная сверх всяких пределов, глава департамента айти не угомонилась, а целеустремлённо направилась к финансистке. — Иди к мамочке, мамочка тебя нарядит своеобразно обстановке! — откровенно нетрезвая Уэки явно не смущалась предельной лаконичностью своего гардероба.
Из одежды на ней были тонкий золотой браслет на запястье, пара серёжек в ушах да стразы на ногтях — часть дорогого маникюра.
— Уйди к демонам! По-хорошему! — рассвирепела Хонока, затравленно оглядываясь по сторонам и прикидывая, куда ещё можно свалить, уворачиваясь от загребущих рук пьяной Уты, которая безальтернативно настроилась обратить в свою веру и младшую Хаяси.
Раздеть донага, иными словами, и уложить на четвёртый топчан.
Самое интересное, что при других обстоятельствах финансистка бы сильно не сопротивлялась: о мастерстве массажисток нигде не рекламируемого салона в узких кругах обеспеченных людей ходили не то чтоб легенды, но саги с придыханиями точно.
Кому попало сюда хода не было, процедуры и технику персоналу (по слухам) в своё время ставили серьёзные специалисты с материка, то ли из Поднебесной, то ли из Таиланда.
Пообщавшись ближе со звездой Регулярного Менеджмента на этой неделе, Хонока заподозрила, что запредельным профессиональным уровнем заведение Хьюги-младшей не в последнюю очередь обязано толстой борёкудан (уже не такой и толстой, объективно поправила себя финансистка).
Якудза, понимающие в данном виде досуга как бы не лучше всех, могли и рекрутинг инструкторов организовать на уровне, и качество процесса передачи мастерства проконтролировать.
— Не убежишь! — развеселилась бухая Ута, на удивление грамотно для своего нынешнего состояния отрезая подруге путь к выходу. — Что делать, когда нет выбора, Хонока-тян? Или ты сейчас разденешься добровольно, или одно из двух! Я слов на ветер не бросаю!
Дальше айтишница изобразила указательным и средним пальцами козу:
— У-у-у! Сдавайся по-хорошему!
— Уймите её, кто-нибудь! Тоже по-хорошему! — взмолилась Хаяси, перепрыгивая через злополучный четвёртый топчан на каблуках (!), ухитряясь при этом не загреметь, оказываясь у самой стенки и всерьёз прикидывая, а не треснуть ли кое-кого заварником с чаем.
О, или вон той бутылкой с квадратными гранями, она в руку хорошо ляжет.
— Топ-менеджмент Йокогамы никогда не сдаётся! Он продолжает решать даже самую сложную задачу до тех пор, пока не находит путей решения! — несмотря на опьянение, Ута на удивление точно оценила сложность манёвра и повторять прыжок через массажную поверхность не стала — начала обходить вокруг.
Хафу, на удивление тактичный в текущей скользкой ситуации, громко захрюкал в дырку, на которой расположил своё лицо:
— Ута-сан, твоё чувство юмора порой неподражаемо. Аплодисменты, — он действительно отвел руки назад и похлопал у себя за спиной.
— М-м-м? — пьяная мартышка, слава богам, чуть прикрутила свой энтузиазм бульдозера и притормозила движение вперёд, поворачиваясь к полукровке. — А ты сейчас о чём, Такидзиро-кун?
— Ну, ты Кодекс Менеджера Йокогамы процитировала, — пояснил метис. — Я впечатлён, особенно с поправкой на обстановку и твой текущий имидж.
— Подумаешь, — отмахнулась айтишница. — Голая баба как голая баба. Было бы как раз странно здесь в одежде поливать. Вон, и Хину-тян тоже раздета, и остальные девчонки! — видимо, имеет в виду массажисток. — Только Хонока-тян не в порядке, но мы это сейчас поправим. — Кое-кто всё же вспомнил(а) о желаемой точке маршрута с целеустремлённостью, заслуживающей лучшего применения.
— Твою ж маму, — расслабившаяся раньше времени финансистка заскрипела зубами. — Угомонись по-хорошему! Или я за себя не отвечаю!
Как назло, отступать дальше было некуда, разве что научиться ходить сквозь стены.
— Не угомонюсь! — Ута показала язык и уверенно шагнула вперёд. — Я и так тебе всё время уступаю, теперь твоя очередь! Раздевайся и ложись, кому сказала!
На этот раз от смеха захрюкали двое, Решетников и Хьюга.
— Да идите вы все к чёрту! Да что у вас тут творится⁈ Хину-сан, ладно, эта пьяная дура! Ладно, стажёр! Но ты, какого чёрта ты веселишься⁈ — младшую Хаяси прорвало, она на полном серьёзе потянулась за квадратной бутылкой. — А-а-а, не подходи-и, хуже будет!
— Пха-а-а-ха-ха! — Уэки и не подумала смущаться либо останавливаться. — Не уступлю! Твоя очередь делать, как я говорю! Менеджмент Йокогамы не сдаётся!
— Ута-сан, пожалуйста, ляг на место. — Хозяйка заведения не зря имела репутацию серьёзной спортсменки.
Хьюга из горизонтального положения «лицом вниз» перетекла в вертикальное и оказалась рядом с такой скоростью, что, казалось, размазалась в воздухе:
— Во-первых, Хонока-сан реально вознамерилась треснуть тебя этой бутылкой, — пловчиха приобняла подругу за плечи и с силой притянула к себе. — Во-вторых, пожалуйста, на этой территории выполняй все мои требования. Хорошо? Я могу рассчитывать на твою лояльность?
— Спасибо, Хину-сан, — с серьёзным видом поблагодарило в дырку лицо Решетникова. — Хватать голую Уту-сан руками я бы пожалуй не стал, а больше успокоить некому.
— Зря отказалась от массажа, — оказавшаяся через четверть минуты на топчане подруга перевернулась на спину, пьяненько подмигнула и погрозила финансистке пальцем. — Я всё запомню и решительно отомщу.
— Сколько она выпила? — мрачно поинтересовалась Хонока.
— Два с половиной бокала, — палец полукровки, несмотря на смотрящие совсем в другую сторону глаза, безошибочно упёрся ногтем в открытую бутылку молочного ликёра.
— Н-да уж. Кое-кому вообще пить нельзя, раз от птичьей дозы так выносит. — Хаяси повернула к себе этикетку и убедилась, что градус напитка весьма невысок.
— Угу. Мне пробку понюхать — и уже развозит, — покладисто согласилась Уэки, млеющая под пальцами массажисток.
Те воспользовались паузой в активности клиентки и сейчас усиленно что-то втирали ей в стопы и виски.
— А-а-а… м-м-м… хорошо-о то ка-ак… Хонока-тян, ты сама не знаешь, чего себя лиша-а-аешь… По собственной ограни-и-иченности-и…
Слава всем богам, успокоилась — финансистка украдкой скрестила за спиной пальцы и незаметно выдохнула в сторону с облегчением.
Уйти прямо сейчас точно не вариант — надо обсудить с младшей Хьюгой подготовку к завтрашнему дню. Он обещает быть более чем сложным. А раздеваться при хафу… не вариант тоже.
Хотя где-то жаль. Было бы интересно на себе почувствовать, что ж такого чудесного в пальцах этих массажисток, если трое таких разных людей в прямом смысле вон, потерялись — только что не мурчат как коты от удовольствия.
— Хочешь — пойди и в раздевалке возьми цельный купальник, затем ложись на четвёртый стол, — неожиданно предложила хозяйка бассейна, не вынимая лица из овальной прорези лежака. — На спину, правда, тогда толком ничего не почувствуешь, но ноги, руки, шею и голову девочки обработают. Хоть что-то. М-м-м?
* * *ИНТЕРЛЮДИЯ
Небоскрёб Корпорации «Йокогама».
Лифт для директоров остановился на одном из верхних этажей.
— А здесь у нас что? — уполномоченный новых акционеров и по совместительству начальник НИОКР группы Мацусита делал обход ставших нечужими территорий в неурочное время специально.
Он был согласен, что громкие и шумные, ну пусть будет, дискуссии между собственниками компании никому не нужны, им самим — в первую очередь. Несмотря на явное различие интересов старых акционеров Йокогамы и новых рейдеров.
Хорошая и эффективная реструктуризация всегда начинается с предварительной разведки. Которая, в свою очередь, подразумевает хотя бы один раз пройтись ногами по тем местам, которые ты имеешь в виду.
Да, на этапе лихорадочной покупки акций возможности не было, сейчас пробелы надо устранять.