Золотая дева (СИ)
В древесине древка багра были обнаружены частицы донного ила и фрагменты водорослей, из чего выходило, что багор был тот самый, что в прошлом году утопил охранник при неуклюжей попытке подцепить сеть. Вот только как утопленный багор мог поучаствовать в убийстве? На древке также обнаружены были застрявшие в заусенце нитки чёрного цвета. О происхождении ниток догадаться было нетрудно. Наверняка, обычная перчатка. Что ж, какая-никакая, а зацепка.
С книгой повезло больше. На заднике суперобложки обнаружились отпечатки пальцев и пятно крови. Анализ крови убитого был ещё не готов, но Кречетов и так понимал, что кто-то ненароком испачкал палец и наследил. Вот только убийца ли? Ведь если тот, кто убил гражданина Котова, был в перчатках, то зачем было их снимать? Да и сама книга. Вряд ли убийца прихватил её с собой, чтобы полистать перед тем, как ударить человека багром. Выходит, там, на берегу, был и ещё кто-то. Сообщник или свидетель? Впрочем, автор книги был налицо. Некий Мэрил Джет. Кречетов полистал запачканные, новенькие страницы, но, поскольку в поэзии был не силён, со вздохом закрыл — до поры до времени.
Обо всём этом Кречетов размышлял по дороге к усадьбе. План следственных мероприятий на предстоящий день был примерно таким: разобраться, куда и зачем уехал организатор фестиваля Громов; выяснить, бывал ли он месяц назад в Париже; разыскать третьего охранника, не вышедшего на работу. На десерт оставались окровавленная книга и украденная картина. Если считать с десертом, немало. Впрочем, кое-что он надеялся узнать из опросов свидетелей, пригласить которых распорядился уже с утра.
Распоряжение было выполнено: возле особняка Кречетова ждала маленькая молодёжная делегация — три хорошенькие девушки и парень.
У всех были серьёзные, напряжённые лица без тени улыбки. На миг Антон встал на их место: из юной, беспечной, артистической среды с песенками, стихами, спектаклями и ночными гулянками эта компания в одночасье попала в другой мир — жестокий и суровый. Мир, где человеческая жизнь ничего не стоит. Где её, не задумываясь, отнимают одним ударом. Наверняка эти ребята не задумывались о том, как близки эти миры друг к другу и как тонка между ними граница. Скорее всего, они столкнулись с этим впервые, и, пожалуй, не позавидуешь сейчас их душевному состоянию. Конечно, это не допрос по всей строгости и форме. Но для них сейчас нет разницы: они встают перед необходимостью отвечать за свои слова. Ничего, когда-нибудь это наступает в жизни человека — момент взросления, порог ответственности. Возможно, это наступит сейчас. Сейчас, когда они будут отвечать на такие простые, но такие трудные вопросы.
— Имя, фамилия, отчество.
— Романов Вениамин Борисович.
— Работаете, учитесь?
— Учусь на четвёртом курсе Политехнического института.
— Как вы попали на территорию музея-усадьбы?
— Меня направила литературная студия «Лёгкое перо».
— Каким образом вы оказались на месте преступления?
— Мы прогуливались с моей подругой Машей.
— Марией Жигановой?
— Да. Мы прошли по аллее от дворца, потом спустились к пруду, чтобы дойти до Поцелуева камня.
— Вы гуляли с какой-то целью?
— М-м, у девочек была идея разоблачить привидение, они считали, что кто-то мистифицирует здешних жителей.
— То есть, это была не ваша идея?
— Нет, конечно, я был уверен, что это выдумки.
— Как был обнаружен труп?
— Было довольно темно, а я не очень хорошо вижу в полумраке. В общем, Маше показалось, что на берегу лежит чья-то одежда. Она решила, что именно здесь произошло переодевание «привидения» или «ныряльщиков». Она подбежала к этой… мм… груде, но споткнулась о сапог. Она очень испугалась, закричала, выронила сумочку и кинулась прочь… Я подобрал сумку и книжку, которая выскользнула из сумки и упала рядом с убитым. Побежал за Машей, хотел передать ей вещи, это был последний экземпляр её книги, она ей дорожила. Но она испугалась крови на обложке, опять закричала, отшвырнула книжку и побежала дальше… Буквально через минуту нас встретили Даша с Луизой. Надо было что-то делать, мы вернулись во дворец. Встретили садовника, привели его на берег. Собственно, всё.
— Посмотрите, это та самая книга?
— Да, это она. И кровь на ней…
— Здесь написано «Мэрил Джет».
— Да, это Машин литературный псевдоним.
— Спасибо, Вениамин, за помощь следствию, распишитесь здесь и здесь. И пригласите сюда Марию Жиганову.
— Фамилия, имя, отчество, возраст?
— Жиганова Мария Сергеевна. Девятнадцать лет.
— Учитесь, работаете?
— Перешла на третий курс пе… педагогического Университета.
— Как вы попали на территорию музея усадьбы?
— Меня… я была в числе приглашённых от студии «Лёгкое перо».
— Как вы оказались на месте преступления?
— Преступ… я… мы гуляли с… моим другом, и я нечаянно…
— С кем именно вы гуляли?
— С Беном. То есть, с Веней, с Вениамином Романовым.
— Как давно вы знакомы с Вениамином Романовым?
— Очень давно, мы ещё в школе ходили в эту студию… он тоже поэт…
— Поэт. Очень хорошо. Вы гуляли возле пруда. С какой целью вы отправились в такую дальнюю прогулку?
— Вообще… мы без особенной… Шли потихоньку… Мы ждали Дашу. И вот, шли, читали стихи…
— Читали стихи в темноте?
— Нет… то есть да, в темноте… наизусть читали.
— Шли и читали стихи, хорошо. ВЫ не волнуйтесь. При каких обстоятельствах вы обнаружили тело?
— Мы… шли… и я нечаянно… В темноте мне показалось, кто-то забыл одежду, и… я как-то подбежала… в общем, я споткнулась. И я… и…
— Успокойтесь, пожалуйста. Вот вода. Успокойтесь. Что было потом?
— Я… не помню. Я уронила сумочку, я очень испугалась… даже не знаю…
— Вы выронили сумочку и, наверное, закричали?
— Да. Нет, я не помню, совершенно не помню. Даша сказала, что да, кричала…
— Кто это Даша?
— Моя подруга, Даша Дольская. Мы собирались вместе, она, Луиза…
— Луиза Кастор? С какой целью вы все собирались на берегу пруда?
— Мы… мы хотели выяснить, кто пугает народ в лесу. Все говорили о привидении, и мы решили… и, когда мы увидели одежду… я подумала… мы подумали…
— Вы не волнуйтесь, что вы подумали?
— Подумали, что кто-то переоделся, надел эту простыню, а одежду бросили здесь — и вот сейчас мы разоблачим… Даше очень хотелось разоблачить… я обрадовалась…
— Хорошо. Успокойтесь, пожалуйста. Скажите, вам знаком этот предмет.
— Д-да, это м-моя книга… Она выпала там… Там…
— Где именно она выпала? Не надо плакать, вам ничего не грозит.
— Ну, возле этого… Бен поднял и… там кровь… Я даже не знаю, куда она делась. Я очень испугалась… Побежала в ужасе куда-то, сама не своя, Бен меня догнал, в общем, я не помню…
— Спасибо, прочитайте и подпишите. Не волнуйтесь так, вам ничего не грозит. И, пожалуйста, не плачьте. Пригласите в кабинет Дольскую Дарью.
— Фамилия, имя, отчество, возраст.
— Дольская Дарья Васильевна. Восемнадцать лет.
— Работаете, учитесь?
— Перешла на второй курс педагогического Университета, факультет искусствоведения.
— Каким образом вы попали на территорию музея-усадьбы?
— Как «каким образом»? Я здесь работаю сейчас, это моя летняя практика. И вообще… я выросла в этом имении, это место работы дедушки, я здесь каждый кустик знаю.
— Каждый кустик… очень хорошо, так и запишем. Значит, знаете каждый кустик… так. При каких обстоятельствах вы очутились на месте преступления?
— Мы бежали с Луизой. Мы опаздывали.
— С Луизой Кастор?
— Ну да. Но вообще, нет. Я вам скажу правду. Вот, слушайте. Это я застрельщица. Это я всех собрала. Мне нужно было поймать привидение. И кто-то там ещё с лодки нырял, с фонариком, я подумала: мальчишки, а дедушка волнуется за парковый ансамбль, в пруду рыбу разводили специально, а эти всякие лезут и портят. Я хотела поймать привидение и разоблачить перед всеми, чтобы люди поняли. Я не могла допустить, чтобы в этом прекрасном парке, где я росла, кто-то чего-то боялся, понимаете? Я не хочу этого допускать! Мы должны были встретиться на пруду и там караулить. Мы ещё хотели носом натыкать. Я даже верёвку приготовила.