"Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)

— Да! Мы теперь, считай, элита в Енисейске! — Петруха горделиво выпятил грудь, но тут же пошатнулся.
— Так, мужики, — оборвал я их восторги. — Пить по чуть-чуть и закусывать! Это раз.
— Конечно, Павел Александрович, — закивали разом несколько голов.
— Смотрите мне тут, — ухмыльнулся, глядя на их испуганные лица. — Иначе всех к Борову отправлю, придётся вам с ним в силе соревноваться.
  
— А мы больше не будем, — Медведь машинально потёр руку, морщась от воспоминаний.
— Витас где? — осмотрелся я, не отыскав главного среди собравшихся.
— Так в город уехал, — выпалил Петруха, икнув.
— Зачем? Я его не посылал, — нахмурился в ответ.
— Ну, это… — Фёдор почесал затылок, пошатываясь. — Как девка та пропала, такая кутерьма началась. Ставленник императора бучу поднял, но Жора с Витасом ему всё разложили. Только, сука, заставил одного в город к жандармам ехать. Объяснительную писать.
— Так, стоп! — поднял руку. — Ещё раз и больше деталей.
— Девка… — Медведь расплылся в пьяной улыбке. — Губки пухленькие, сиськи — одно загляденье. А задница — просто ягодка. Говорят, рыженькие в постели очень страстные.
— Не понял. Дочку Требуховых похитили? — сощурился я, чувствуя, как внутри закипает злость.
— Правда! Она же их будет, — Медведь радостно кивнул, не замечая, как меняется моё лицо.
Мысли вернулись к дуэли. Точно, что-то такое я слышал сквозь туман в голове. Вот только похищение дочери земельного аристократа на моей территории — это уже слишком.
— Люди поговаривают, что всё из-за слабости их рода, — Фёдор продолжал болтать, размахивая руками. — Требуховы после ранения наследника стали немощными. А девка у них хоть куда. Можно теперь давить на род и даже женить на себе.
— Так, кто за главного? — оборвал я пьяную болтовню.
— Я! — Медведь выпятил грудь, попытался встать по стойке смирно.
Мой кулак впечатался ему под дых. Воздух с хрипом вырвался из лёгких Фёдора. Не давая опомниться, я добавил в челюсть, потом подсечка под колено. Мужик рухнул, как мешок. Поставил ногу на его причинное место и надавил, а потом сильнее. Медведь завыл тонко, по-бабьи.
— Господин, что я сделал? — голос взлетел на октаву выше.
— Вот думаю, убить тебя сразу или сначала все конечности оторвать, как это сделал Диме? — магия заплясала на моих пальцах зеленоватыми искрами.
— Господин! — Петруха отшатнулся.
— Павел Александрович! — остальные отступили назад.
— Вы у меня вообще, что ли, охренели? — рявкнул так, что у ближайших факелов пламя качнулось. — Лейпниш уехал, тебя оставил за старшего, а ты, сука, пьёшь?
— Я? Я… — Медведь извивался под моей ногой, пытаясь подобрать слова. — Простите меня, господин! Да я только пару рюмок с мужиками за вашу победу…
— Всех построить! — мой голос прокатился по двору. — Пока Витаса не будет, усиленная охрана особняка и территории. И вы у меня, собаки сутулые, спать не ляжете. Понятно? А потом… Ещё порадуетесь за господина.
— Да! Да! Да! — донеслось со всех сторон.
— Грузовик на ходу? — убрал я ногу, позволяя Медведю подняться.
— Да! — мужик с трудом выпрямился, всё ещё держась за промежность. — Но он капризный.
— Завести! — в висках застучала кровь. — Водителя найти и в город к жандармам. Моего человека сколько нет?
— Так часов шесть, — пробормотал кто-то из темноты.
— Ох… Ну вы у меня дождётесь! — потряс я кулаком. — Выполнять! Пять минут на всё!
— Павел Александрович! — Медведь осторожно кашлянул. — Вам бы одеться…
Я опустил взгляд. Стою в одних спортивных штанах, босиком на холодной земле.
— Костюм охотников! Быстро! — рявкнул, чувствуя, как по коже бегут мурашки.
Двор взорвался движением. Кто-то забил в колокол, созывая глав отрядов. Люди забегали, как муравьи в разворошённом муравейнике.
«Какого хрена? — выругался я про себя. — Оставили территорию без управления! Витас у меня получит…»
Опыт подсказывал: тут не экспромт, а чей-то хитрый план. Слишком гладко всё сложилось. Ладно, будем разбираться по порядку. Сначала Лейпниш, потом выясним, что тут творилось.
Странно, что Жоры нет рядом. Обычно как тень следит, а сейчас не дождёшься. Тоже получит свою порцию внушения.
Тем временем из ангара выкатили огромный грузовик с брезентовым верхом. Колёса в половину моего роста, протектор глубокий, рассчитанный на бездорожье. Я одёрнул новый костюм охотника, только его напялил. Проверил документы и кольцо на пальце. Готов…
— Павел Александрович! — раздался знакомый бас.
Обернулся и застыл с открытым ртом. Боров… в костюме. Зелёная ткань натянулась на необъятной фигуре, грозя разойтись по швам. Очки, нацепленные на широкое лицо, придавали ему сходство с учёным котом. Причёска… Каждый немногочисленный волосок уложен, даже усы расчёсаны.
— Альберт? — моргнул я, пытаясь осознать увиденное. — Ты куда собрался?
— С вами в город, — он кивнул на грузовик, и пуговицы на груди жалобно скрипнули. — Я водитель, между прочим.
— Как скажешь… — помотал головой, отгоняя видение циркового медведя в костюме.
По территории зажглись дополнительные факелы, вспыхнули лампы. Охрана выстроилась, проверяя оружие.
— Слушай мою команду! — обвёл я взглядом напряжённые лица. — Если кто-то пойдёт из леса или с дороги, сначала стреляйте, потом спрашивайте. Понятно?
— А если… — начал Медведь, всё ещё держась за ушибленное место.
— Плевать! Хоть сам император. Валите всех и вся. Ну или потом я с вами… — многозначительно замолчал. — Запускай колымагу, — махнул Борову.
Великан, довольно улыбаясь, крутанул заводную рукоять. Грузовик качнуло так, что я испугался за целостность механизма. Ручищи Альберта могли и металл согнуть. Ещё пара оборотов, и мотор натужно заревел.
Я забрался в кабину, обитую потёртой кожей. Приборная панель сияла медными циферблатами, рычаг переключения передач напоминал корабельный штурвал в миниатюре. Машина дёрнулась и покатила к воротам.
— Почему грузовик так качает? — схватился я за поручень, когда нас в очередной раз подбросило.
Боров скосил на меня взгляд через крошечные очки, которые смешно сползли на кончик носа. Да он ещё и намазался чем-то жирным. Что за маскарад устроил?
— Рессоры слабоваты, — пробасил мужик, выкручивая руль. — Для моего веса не рассчитаны.
Машина снова подпрыгнула, как норовистая лошадь. В свете фар мелькали ночные улицы Енисейска. Редкие прохожие шарахались от грохочущего чудовища.
— А ты давно водишь? — поинтересовался я, когда мы чудом разминулись с телегой.
— С детства, — Боров расплылся в улыбке, его усы встопорщились. — Папенька учил. Говорил, что приличный аристократ должен уметь управлять любой техникой.
Представил благородного батюшку, объясняющего правила вождения юному медвежонку в очках, и едва сдержал смех.
— Поворот! — радостно объявил Боров, закладывая такой вираж, что я впечатался в дверцу.
— Может, помедленнее? — просипел, потирая ушибленный бок.
— Не могу, — он покачал головой, пуговицы на груди натужно заскрипели. — Если скорость сбросить, машина заглохнет. Характер у неё такой.
— Стой! — я рявкнул так, что Боров вздрогнул всей своей массой.
Впереди маячило здание жандармерии, окна ярко освещены. У входа толпились служивые.
— Припаркуй за углом, — скомандовал, всматриваясь в собравшихся. — Что-то много их там.
Боров закрутил руль, машина протестующе заскрипела. Когда он потянул рычаг тормоза, грузовик дёрнулся и замер, словно обиженный.
— Жди здесь, — открыл я дверцу. — Если что…
— Сомну любого, — великан снял очки, протирая их краем пиджака. Без них его лицо сразу стало жёстче.
  
Я поднялся по ступенькам жандармерии. У входа стояли люди, среди них Сергей Геннадьевич со своей охраной. При виде меня Требухов резко развернулся.
— Павел! — его лицо исказилось, словно от зубной боли.
— Александрович, — поправил я спокойно.
— Из-за вас Дима теперь инвалид! — ярость вспыхнула в глазах. — А моя доченька Вероника… Её похитили, и всё из-за вас! Вашей охраны! Ненавижу!