Работает полиция Чартауна (СИ)

Я всегда гордился своей выдержкой. Отец с детства вкладывал в мою шальную голову, каким должен быть мужчина рода Хадари — спокойным, жёстким, отстранённым, холодным. Когда мне исполнилось семь лет, отец начал обучать меня основам наук и тренировать. Бег до жжения в лёгких, стрельба до гула в ушах, боевые искусства до красновато-фиолетовых кровоподтеков, отжимания до режущей боли в мышцах. Каждый гребанный день. Никаких игр, друзей, развлечений. Только учеба, тренировки, сон.
Когда мне исполнилось восемнадцать, он налил мне бокал дорого коньяка и привел женщину. Наглядно показал, для чего мне нужна подобная компания. Сбросить напряжение, получить удовольствие, расслабиться и попрощаться. Любые привязанности под запретом. Учитывая образ жизни отца, не представляю, кто моя мать и как мне вообще удалось появиться на свет.
Больше всего я боялся, что отец принесет в дом животное и заставит с ним расправится. К беззащитным существам я всегда питал особую нежность. И, к моему счастью, отец тоже любил четвероногих, даже больше, чем людей.
Всю свою жизнь я пытался добиться его расположения. Простой фразы «Я горжусь тобой, сын». Но даже на смертном одре, он лишь крепко сжал мою руку и попросил не запятнать могущественный род. Если бы он был жив, он мог бы, наконец-то, мной гордится. Я стал таким, как он мечтал. Лучшим, первым, без глупых привязанностей и слабых мест. Правда, не сейчас, потому что одно, все-таким появилось. Светловолосое, глазастое слабое место.
Я не могу избавиться от мыслей о девчонке, с той самой встречи в баре. Как только я увидел ее, внутри меня пробудился дикий зверь, желавший обладать этим тонким манящим телом. Целиком, без остатка.
Да, у меня было много женщин: стройнее, выше, ниже, брюнетки, рыжие, блондинки. Я не брал только по уши влюбленных дурочек, готовых на всё. Женщина должна получить удовольствие от процесса, прожить это приключение и уйти, со сладким послевкусием запретного плода. А не страдать от неразделенной любви. Именно по этой причине, я посещал бары, там обязательно есть одинокая дама, голодная до новых впечатлений, не рассчитывающая на большее. Правда, не учёл одного. Что в баре можно встретить не очередную женщину, а именно эту.
Только сейчас, пройдя через десятки обнаженных тел, охрипших голосов, стонущих мое имя, сотни томных вздохов и взглядов, я понял, что именно в Тэм были те черты, которые я искал в других и не находил. В ней так изящно переплетаются наслаждение, легкость, радость, уязвимость и в то же время невероятная сила, энергия, сбивающая с ног. Она настоящая, свободная, такая как есть. Эти теплые, ореховые глаза с приподнятыми уголками, аккуратный нос, небольшие мягкие губы, хочется терзать их до крови, обволакивающий голос, бархатная кожа, которая плавится от каждого моего прикосновения… Черт! Одно слово и водитель сделает так, как я хочу. Всего лишь одно слово.
Я теряю голову, перестаю себя контролировать. Во всем мире, кажется, нет ничего важнее девчонки, что сидит рядом и тонким пальчиком выводит узоры на запотевшем окне моего автомобиля. С той самой первой встречи, с первого взгляда, всё, что мне нужно — обладать.
Когда я вижу ее в объятиях других мужчин, я теряю контроль, мечтаю об одном. Разорвать, убить, растерзать парня, только бы он убрал от неё руки. Моя. Моё невыносимое, жгучее желание. Моё сумасшествие, помешательство, бред!
А девчонка только играет со мной. Так жадно целует и через секунду отталкивает, тает в моих руках, а после устраивает скандал, потому что кто-то может подумать, что нас что-то связывает. Во-первых связывает, это сложно отрицать, а во-вторых… Да любая мечтает об этом! А Тамина злится, рычит, сбегает.
Мог бы заставить, взять силой, но это не в моих правилах. Захочет сама. Попросит. Будет умолять. И получит, сполна. Будет кричать мое имя, срывая голос до хрипоты, впиваться ногтями в мои плечи, впускать меня глубже, до дрожи в острых коленках, до сладкой тянущей боли, до головокружения. Непременно будет.
Хочет, чтобы все думали, что у нас ничего нет? Устрою, легко. С моей-то репутацией.
 
Хочет быть не просто очередной женщиной в мое списке? Хм. Будет первой. Первой, кто так долго продержался.
Хочет поиграть? Поиграем, обязательно.
Хочет, чтобы я сдал этот бой? Что ж, меня это нисколько не расстроит. Девчонка ещё не знает, что исход один, единственно возможный. И главный приз порадует и победителя, и проигравшего.
— Капитан Хадари, — Рэйману что-то понадобилось, очень во время — мне нужно забрать кое-какие документы. Могли бы вы высадить меня у дома? Нам по пути.
— Без проблем, детектив! — водитель кивает, а девчонка испуганно смотрит на напарника и густо краснеет — Вас подождать?
— Спасибо, не буду вас задерживать. — приятный парень, не зря он мне так нравится — Доберусь до участка сам.
Через несколько минут Рейман выходит из машины и мы остаёмся одни. Водитель не в счёт, он привык к моему образу жизни и даже перестал поглядывать в зеркало заднего вида на полуголых девиц. До участка пять минут езды, но выходные ещё не закончились, так что там, скорее всего, пусто… Идея приходит моментально. Это запрещено, я знаю, но это всего лишь игра, правда? Один раз можно попробовать. Аккуратно пробираюсь в ее сознание, не оставляя следов. Я ненадолго, лишь потяну за одну ниточку и выйду. Вот сюда, в воспоминания о вчерашнем вечере, чуть усилить и… Давай милая. Достаю мысль на поверхность и наслаждаюсь видом. Дыхание учащается, щеки заливает румянец, а губы призывно распахиваются, приглашая. Но девчонка держится. Ерзает, дергает воротник мундира, заметно нервничает. Плохо, но держится. Хорошо, ещё немного. Попробуем вот эту, с нашей прошлой поездки к тетушке Мэй. Тамина чуть заметно выгибается и плотно сжимает колени, кажется, даже издаёт тихий стон.
— Ливингстон, вы в порядке? — ухмыляюсь, рассматривая сгорающую от желания женщину.
— Да… — хрипло отвечает она, стараясь не смотреть в мою сторону.
— Тэм, — двигаюсь ближе, как бы случайно касаясь бедра, отчего девчонка вздрагивает — может что-то нужно? Выглядишь странно.
— Н-нет — почти стонет она, поворачиваясь ко мне и столько надежды в этом взгляде — Все х-хорошо.
Я двигаюсь ближе, протягивая руку к двери, на которой расположилась кнопка стеклоподъемника, а девчонка замирает, набрав побольше воздуха в легкие. Приоткрываю окно, впуская свежий прохладный воздух в темный салон. Сейчас он и мне нужен. Держусь из последних сил, впитываю ее эмоции, погружаюсь в них с головой, как же сложно! Но она должна попросить. Сама.
— Капитан… — она шумно выдыхает, почти касаясь шеи губами, отчего все тело покрывается крупными мурашками.
— Детектив? — девчонка медленно восстанавливает дыхание и блокирует часть эмоций. Не все, но этого достаточно, чтобы перестать сходить с ума от желания. Дурак! Сам же научил. Больше это не сработает.
— Мы приехали.
Я возвращаюсь на место и бросаю короткий взгляд в окно. Парковка. Девчонка улыбается, сверкает глазами, играет, снова хочет улизнуть.
Глупая. От хищника не сбежишь.
Тамина Ливингстон.
— Детектив, вы в порядке? — хрипло говорит Лин и тело накрывает горячей волной. Здесь так душно, как будто весь воздух вокруг вдруг закончился.
— Да… — вру я, стараясь не смотреть на такого желанного мужчину, да что со мной происходит?
— Тэм, — он подаётся вперёд и я с трудом сдерживаюсь — может что-то нужно? Выглядишь странно.
— Н-нет — не сказала, простонала — Все х-хорошо.
Хадари двигается ближе, его шея прямо у моих губ, хочется прикусить чувствительную кожу, втянуть будоражащий запах, но я держусь. Нельзя. Не сейчас.
 
— Капитан… — в салон врывается поток прохладного свежего воздуха. Немного лучше. Как он учил? Управлять эмоциями? Концентрироваться?
— Детектив? — спокойно Тэм, упорядочить, скрутить тугие нити, дышать. Вот так. Колени все ещё подрагивают, но уже гораздо легче.