Саламандра (СИ)

Тиро вышел во двор, зевая и почесываясь. День только начинался, он свистнул в темноту казармы, будя девок, и с удивлением заметил белошкурого ящера монахов в соседнем с Шу стойле. Следом во двор зашел озадаченный Сканд. Для него арбалет был непонятной вещью. Он привык, что сила лука целиком зависела от длины и толщины плеча лука и силы самого лучника. Слабый человек не мог даже натянуть тяжелый лук, не то, что выстрелить. Ему не хватало сил. Чтобы отправить в полет стрелу, надо было приложить много усилий, а тут достаточно простого рычажка. Да, тетиву натянуть было тяжело, но сам выстрел был простым. Даже слишком простым.
  
Потом Тиро поинтересовался, чем все закончилось, и многозначительно подвигал бровями, в ответ получил обреченный вздох и растерянный взмах рукой. Тут как раз из-за угла выскользнул монах и плавно направился к стойлу с ящером. Тиро и Сканд одновременно принюхались, но от монаха пахло привычными благовониями, грозные мужчины поняли, что это не беспокойный рыжик, и молча наблюдали, как монах выводит из стойла коротколапого ящера.
Стоило монаху раствориться в предрассветных сумерках улицы, вышли девки и занялись привычными делами. День вступал в свои права. Сканд проверил, как там поживает Шу, но для вылупления малышей еще не пришло время, и верный ящер только недовольно пофырчал на хозяина, отказываясь оставлять свою кладку. Сканд отнес арбалет в спальню и посмотрел на спокойно дрыхнущего мужа, который сладко сопел на подушке. Очень хотелось лечь рядом и прижаться к любимому, но вычистка Клоаки от ворья продолжалась всю ночь и сегодня утром туда должны были войти свежие воины, чтобы сменить товарищей. Мелкие стычки и нападения из-за угла выматывали воинов сильнее реального боя, и Сканд собирался опять спуститься вниз и провести день по колено в нечистотах. И дело было не только в нападении на площади, но и в прокладке новых проходов и строительных работах. Стоило обезопасить клоаку для рабочих, которые придут делать кладку, и рабов, которые под присмотром надсмотрщиков будут пробивать новые коридоры. И приглядывать за всем приходилось самостоятельно, чтобы быть уверенным в конечном результате.
Лексу же поспать вдоволь не получилось. После завтрака примчался Ламиль, который уселся сверху, и стал подробно рассказывать, как он кормил мальчиков, как они играли и что он собирается делать сегодня. Ламиль жаловался, что остался без своего поклонника. Лейшан уже прислал корзину фруктов и извинения, что сегодня его не будет. Его срочно вызвал к себе император. Ребенок расстроился, а вот Лекс наоборот, приободрился. Сегодня, даже если и появятся купцы, без присмотра их не оставят, и значит, он теперь может делать, что хочет, без дурацких вопросов и подглядываний!
Лекс резво выбрался из кровати и, натянув свежую тунику, отправился на улицу. Там сразу выхватил Мая и отправил за Орисом, с наказом, чтобы тот прихватил с собой толкового помощника и пару болванок бронзы. В этом мире металл хранили и продавали толстыми брусками, иногда с ручками по краям для облегчения погрузки и переноски. Каждая болванка металла имела собственную цену, но вот размер был почти одинаковый для всех, исключением было только золото.
Броззи посмотрел на Лекса с надеждой, но тот отправил его лить оправы для зеркал. У каждого из его учеников были свои хлопоты и задачи, и Броззи оставался единственным взрослым, который имел доступ к тиглям и кузне. Мальчишки помогали, где могли, и пытались хвататься за щипцы, но Лекс отгонял всех помощников от пламени горна, опасаясь за их жизнь и безопасность.
Пока Лекс проверил, что и кто делает, и что получается в итоге, пришли торговцы, и Бэл со вздохом бросил свои дела и отправился торговать и торговаться. Купцы были из столичной гильдии, они пришли за зеркалами. Они пытались договориться, чтобы все зеркала продавались только через их гильдию, они даже согласны повысить цену, но только, чтобы все зеркала шли через них. Бэла в последние дни так достали пришлые купцы, что он согласился. Он уже продал все, что было, и теперь брал аванс под будущую работу.
Бэл даже поднял цену вдвое от первоначальной, но купцов это не остановило. Они довольно щурились и потирали руки, подсчитывая будущую прибыль. Лекс прикинул, за сколько они сами будут продавать зеркала, особенно с учетом налогов, но потом махнул рукой. Когда все наладится и народу станет достаточно, всегда можно будет торговать самим. Сделать лавку у входа и посадить туда грамотных и умных людей. А сейчас Бэлу действительно хоть разорвись! А впереди еще красивая посуда и витражные стекла. И поскольку дома здесь строили по одному шаблону, то и оконные рамы можно было делать стандартного размера. Только вот, как освободить Рарха? Сишь занимался с детьми, а вот Рарху приходилось выполнять эксклюзивную работу, и это просто дар небес, а не помощник! Лекс даже не представлял, как бы он со всем справился, если бы не Рарх. Одно дело, нарисовать чертеж и объяснить, что должно получиться, и совсем другое дело, сделать это все своими руками. Особенно, когда познания в древесине на уровне колки дров.
Лекс оценил белые чаши с прозрачными «зернышками» и нежным рисунком. Крин со своими подмастерьями расцвели от щедрой похвалы рыжика и, окрыленные, бросились делать новые шедевры, заодно Крин сделал свежий замес белой глины и сообщил Лексу, что пора посылать в имение за новой партией глины и шпата. Лекс отправил Крина к Тиро, тот распоряжался грузовыми самочками и свободными от работы людьми.
У Мэла закончилось серебро, которым он, как амальгамой, покрывал зеркала. Лекс отправил его к городским менялам поменять золотые монеты на серебряные. Покупать серебряные слитки не хотелось, с ними была дополнительная морока, чтобы разделить большую болванку на множество маленьких кусочков. Монеты были привычней и удобнее в таком мелком деле. Качество самого стекла на зеркалах было вполне приемлемым. Порой с легкими искривлениями, но вполне приличное, так-то, мелкие дефекты на больших зеркалах так не бросались в глаза, как на маленьких, но Мэл старался, как только мог. В мире Александра за такое качество их, скорее всего, побили бы ссаной тряпкой, но в этом мире, где отполированное серебряное или золотое блюдо было у модниц вместо зеркал, зеркала новой гильдии были сродни чуду и казались просто идеальными.
Пин возился с красящими пигментами для эмалей. С тех пор, как Лир приноровился рисовать разведенными в сладкой воде красками, его запасы значительно поредели. Даже с черным цветом были проблемы, сажа на трубах еще не успела осесть с начала нового года, а та сажа, что была с прошлой чистки дымоходов, уже заканчивалась. Лекс отправил Пина в старый город купить несколько оловянных и медных чушек. От свинцового якоря осталось только верхнее кольцо, через которое привязывали веревку, но свинцовый сурик почти не пользовался спросом из-за своего резкого оранжевого цвета.
Но вот свинцовые белила осторожно собирались Бэлом, сушились и складывались в отдельную коробочку. Лекс пообещал, что как только коробочка наполнится, он обязательно сделает с ним хрусталь. Лекс собирался сделать несколько подзорных труб. Туда должно было пойти только идеально прозрачное стекло. У Мэла такое из песка никогда бы не получилось даже при всей старательности. Оставалось только продумать, как шлифовать линзы…
Лекс вздохнул и отправился в кузню, проверить, как там Броззи делает литье по шаблону. У бритого Броззи все получалось вполне неплохо. Он уже приноровился делать литье без воздушных пузырей и не ждать полного остывания на воздухе. Стоило только отливке немного схватиться в форме, как Броззи щипцами доставал бронзовую оправу и отправлял ее в бочку с водой, откуда ее уже вылавливали мальчишки-подмастерья и сразу начинали зачищать края и полировать выступающие части узора. Лекс понадеялся, что Орис со своим подмастерьем сможет работать рядом с Броззи. Тем более, что Орису потребуется в основном наковальня, а Броззи ей сейчас не пользовался.
  
Сам Орис пришел не только с подмастерьем, который, кстати сказать, был уже не молодым парнем, а вполне взрослым мужчиной с седыми висками, но и с младшим сыном, который был в учениках у «подмастерья». На удивленный взгляд Лекса Орис пояснил, что его друг с седыми висками, очень хороший мастер, пошел в подмастерья в новую гильдию оружейников и теперь постигает новую науку — ковку «звездных клинков». Лекс постарался не поморщиться на такое высокопарное название. Мало ему Лейшана с его каменными клинками, так еще и Орис назвал сталь «звёздным металлом». Ну да, по сравнению с привычной желтой бронзой сталь действительно имела холодный белый цвет, совсем как свет звезд, но для самого Лекса привычнее была цифро-буквенная маркировка стали… но… Лекс вздохнул, но не в этом мире и не с этим развитием технологии.