Саламандра (СИ)
— А чего Сканд в старом городе забыл? — Лекс вместе с Тиро зашел на кухню и уселся за стол, домоправитель стал выставлять перед ним полные тарелки с едой, — и где Тургул?
— Ну… — Тиро сел напротив и смотрел, как Лекс набросился на мясо, — Сканд с Тургулом пытаются разгрести свалившуюся проблему. Ну, я о нэсси говорю… все получилось, как в присказке: много хорошо — уже не хорошо! Четыре туши нэсси — это не шутка, а беда. Конечно, основное количество мяса срезали и вывезли, но это, в основном, шеи и спины, а еще остались жирные брюшки, требуха, громадные плавники, хвосты. Это тоже мясное, и если не избавиться от этого и оставить на берегу, то под солнцем это все быстро испортится и завоняет. Рыбаки знают, что делать с нэсси, но их слишком много! Жир обычно сцеживают в бочки, а потом продают для светильников, да и для еды беднякам. Но на такое количество жира бочек не хватает. Ребра и крупные кости разбирают на поделки, но их надо очистить от мяса, а все уже наелись! Брюшки солили в бочках, но сейчас все бочки полны жиром для светильников.
И очень много требухи! Обычно ей кормят ящеров и в этот раз скормили, и вот, полюбуйся! — Тиро кивнул на беспомощного Аши, — накормили вдоволь самочек и те ночью снесли яйца! Теперь пару дней их нельзя грузить, самцы возбуждены и от яиц не отходят. Сканд едва вытащил Шу из загона, а Тургул просто не успел своего ящера в дом завести, и только поэтому сегодня верхом. А мясо надо увезти с берега, а теперь просто не на чем! Грузовых ящеров мало и они медленные. Там, где самочки дважды успевают сбегать, грузовые только один раз, и то, если их подгонять.
Тургул везет на грузовых ящерах мясо в каменоломни, рабов кормить, а это значит, два дня, пока грузовые ящеры обернутся. Туда повезли хвосты, плавники, куски печени, все пересыпано солью, только бы довезти, чтобы не испортилось! А это только с двух туш, и еще столько же на берегу осталось. Сейчас соль — самый востребованный товар! Бедняки из столицы отправились пешком в старый город с ведрами и солью. Будут солить и вялить мясо про запас. Там сейчас весь старый город в перетяжках веревок и капающих жиром кусках.
— Но зато накормили всех по самое не хочу! — Лекс облизал пальцы и довольно улыбнулся, — лучше расскажи, что было, пока я спал.
— Что было? — Тиро задумался и пожал плечами. — Ну, для начала объявили о создании новых гильдий. Сперва оружейной. Ты видел, как та новая гильдия представлялась городу, — Тиро похмыкал, — Орис такой весь солидный мастер, его в городе знают, как бывшего главу гильдии кузнецов. Не все поняли, зачем они захотели отделиться, ведь оружие, его же кузнецы делают. Это потом слушок пробежал, что боги Орису дали новый рецепт, а он боится секрет всем открывать. Вот и создал новую гильдию, чтобы придержать его только для малого круга доверенных мастеров. За Орисом шли еще трое мастеров, они в прошлой гильдии даже личные клейма для своего оружия имели. А уже в новой гильдии, когда они только оружие будут делать, им такое раздолье…
Тиро замолчал и понимающе закивал головой. Лекс прикинул перспективу для новой гильдии, теперь цена за такие мечи, естественно, подскочит. Мало того, что мечи будут восхитительными и по сравнению со старыми просто волшебными, но еще и с клеймом от знаменитого мастера… Да… такие мастера точно не прогадали, когда бросили насиженные места и пошли в новую гильдию. Пусть первое время им придется тяжело в необустроенном жилище и местах, мало приспособленных для работы. Это не страшно, приспособятся, а когда построят новый квартал, то сделают все под свою руку. Тиро тем временем блеснул глазами, делясь свежими сплетнями.
— А за теми мастерами пошли подмастерья, и не абы какие, — Тиро ухмыльнулся, — они в гильдии кузнецов уже мастерами были, а тут повязки с хвостов сняли и на лоб перевязали, как ученики. А за ними их ученики и подмастерья. Когда мастер идет в ученичество, такого еще не бывало. Все в городе рты пооткрывали, когда увидели, но видно, новое знание того стоит, чтобы голову склонить и на колени встать перед учителем. М-да… А те четыре меча, которые они несли, как образцы своей работы, говорят, они цвета звезд и острее булатных. Не знаю, правда ли или обманывают? — Тиро хитренько прищурился на Лекса.
— Острее, Тиро, даже не сомневайся, и прочнее, и в изготовлении проще, — Лекс вернул домоправителю хитренькую ухмылочку, — но булат легче и красивее. Но это, как говорится, на вкус и цвет. Кто-то любит мясо, а кто-то рыбу. И то и другое еда, а на вкус разное… Так что там было в Сенате? А то, я когда понял, что сделал все, что мог, так и заснул, прямо стыдно, самое интересное пропустил… Что в Сенате было?
— Что было? — удивленно переспросил Тиро, — Орис показал новые мечи, дал подержать в руках Сканду и Шарпу, потом пустили по рядам сенаторов. Хотя воевала там только треть, но оружие в руках умеет держать каждый… Всем понравилось. Ориса похвалили, дали разрешение для работы, выделили спорный квартал, — Тиро склонился к столу и перешел на шепот, — и хотя там с начала штормов чужих выгнали и строят все под себя, но только сейчас квартал на окраине стал официально принадлежать новой гильдии. Сенаторы расспросили, сколько народу в гильдии и как скоро начнется работа. Определили налог. Пока в том квартале живут, будут выплачивать половину, но когда построят новый квартал и гильдия туда переберется, то будут платить полную стоимость. Это примерно года через три будет, за это время гильдия приработается и с инструментами разберется. Гильдия кузнецов сейчас только начнет им новые наковальни делать и молоты. Это дело не простое, говорят, сам Орис пойдет в старую гильдию помогать с наковальнями. Их ведь не каждый год делают, и тут навык особый должен быть, чтобы такую большую вещь отлить…
— Ладно, — Лекс тряхнул лохматой косой и отодвинул тарелки, — про гильдию оружейников я все понял, а теперь, самое главное, что там о гильдии стекловаров говорили?
— А что там говорить? — Тиро вздохнул, — это для нас Бэл родной и свой, а для других патрициев он непонятный выскочка. Со стороны оно знаешь как смотрится? Был монахом. Был выкуплен у Первосвященника мужем главнокомандующего вначале вроде как для личной охраны, а потом, когда боги дали Избранному секрет стекол и зеркал, оказался под рукой и вовремя втерся в доверие. И вдобавок ко всему, жил в доме главнокомандующего и, воспользовавшись тем, что в его доме живут раненые офицеры, выбрал себе самого перспективного и выскочил за него замуж.
— У кого язык повернулся такое сказать? — Лекс рявкнул и стукнул кулаками по столешнице.
— А ты сам догадайся… — хмыкнул Тиро, — кто тебя напрямую укусить не может, а пакость очень хочется сделать?
— Люц-ций С-с-силус-с… — прошипел Лекс и улыбнулся, прикидывая, какую гадость он устроит в ответ негодяю, — напрас-сно он решил, что за Бэла некому зас-ступиться…
— Да уж, — улыбнулся Тиро, — и он, и его прихлебатели, которые попытались измазать грязью Бэла, не подумали о том, что Бэл не патриций, а сирота и бывший монах. Это они патрициев могли ломать, как хотели в этом своем Сенате. А над Бэлом у них такой власти нет. А после того, что в Сенате произошло, теперь все, кто раньше с Люциусом водил дружбу, стараются держаться от него подальше и рьяно доказывают, что они против Силуса. Еще в Сенате Шарп лениво так поинтересовался, какие именно претензии выдвигают господа сенаторы? А все знают, что после такой ласковой улыбочки Шарп навещает дома патрициев, и там фамилии теряют своих глав семейств. А потом Сканд встал и спросил, если есть претензии, то пусть уточнят: они к новой гильдии, под патронатом его мужа — Избранного любимца богов, или претензии к самому Бэлу — мужу центуриона?
Лекс довольно улыбнулся. Да, он именно поэтому торопился со свадьбой Бэла, чтобы не упустить эту козырную карту в предстоящей битве старого и нового. Этот Силус явно плохо подумал, прежде чем начинать войну. Он ее проиграл в тот момент, как решился высказаться против. Но Тиро просто распирало от новостей, и Лекс с удовольствием слушал домоправителя дальше.