Саламандра (СИ)

Только Тара знает, что в имение приезжали я и Кирель. Тара будет молчать, а рабам найдет занятие, чтобы у них времени на мысли не оставалось. Поэтому, как только закончится сезон, в имении Сканда начнут добывать белую глину и собирать белые слюдянистые камни. Как вы его называете, фальшивый мрамор. Я его называю шпат. Такой же шпат, только красного цвета, вы привезли, когда ездили за песком. И это прекрасно, что красный шпат находится возле монастырских земель. Пускай теперь у монахов голова болит, как его сохранить и торговать всем желающим.
  
— Шпат такой ценный? — удивился Мэл, — он же не годится на стройку…
— Он годится для грубой эмали гончарам, — усмехнулся Лекс, — помните, перед самым сезоном мы сделали образец глазури? Именно этот рецепт глазури мы продадим гильдии гончаров вместе с гончарным кругом. Это правильно. — Лекс посмотрел в глаза бывших монахов, — некоторые секреты надо отпускать из своих рук, они только подстегнут стоимость тех, что останутся в нашей гильдии. Помните у нас остались мешки с цветным песком? Вернее, это цветной дробленный камень, дробленные ракушки и пепел с вулкана. Но для неискушенного человека один песок не отличается от другого. — Лекс усмехнулся.
— Когда мы продадим гончарам секрет перетертого шпата, как глазурь, то мы покажем им рисунки Лира. Он нам сделает несколько несложных узоров из трех цветов — черного, белого и красного. И предложим мастерам-гончарам купить у нас краски по глазури. Я уверен, что они откажутся. Они решат, что нет ничего сложного перетереть в пыль еще и цветной песок, но мы-то знаем, что из этого ничего не получится. И когда они вернутся к нам за красками, то мы поднимем цены вдвое. Вместо золотого за банку краски мы с улыбкой будем брать у них два золотых, и они будут платить. Потому что они такого сделать не могут, чего бы ни перетирали… Это секрет нашей гильдии, и мы будем на этом зарабатывать деньги на содержание себя и детей, которые будут под нашей опекой.
И что касается детей, — Лекс замялся, — не знаю, как объяснить вам. Знаний у меня много, и многое надо успеть, но если я буду заниматься всем сам, то надолго меня не хватит.
Поэтому я собираюсь распределить свои дела между вами всеми. Вы разберете между собой детей и будете учить их дальше, а я буду рядом. Я буду помогать и подсказывать, объяснять, если не получается. Но вы видели сами, порой и у меня не все получается с первого раза, и надо подумать и попробовать еще раз. И это нормально, если не все получается с самого начала. Это боги испытывают нас на выдержку и желание добиться решения поставленной задачи. Мы взрослые люди и знаем, что все дается не просто так, а через тяжелый труд и силу воли. Мы будем сильными и сделаем все, что потребуется.
В новом городе я буду просить у Киреля как минимум два квартала для начала для младших. Дети растут быстро, и когда вырастут, у них появятся свои дети и семьи, и для этого нам потребуется территория, где мы все будем жить и работать. Главное, помните, что даже если мы и будем жить в разных кварталах, секреты у нас будут одни на всех. И мы будем помогать друг другу, как родным людям внутри семьи. Да и разделять нашу работу будет тяжело и неправильно.
Итак, я собираюсь отдать фарфор Крину. Мы только начнем его делать, и впереди у нас долгий путь, но у нас все получится. Я хочу, чтобы именно ты разговаривал с гильдией гончаров, когда будешь продавать им гончарный круг и эмаль. Кроме этого, я хотел бы, чтобы ты упирал на то, что шпат находится на монастырских землях, и секрет как бы был известен монахам, но ты решил им поделиться с гильдией. Мол, боги не против этого. Запомни — я тут ни при чем. Шпат давно валяется на земле монастырей, просто не все знают, как его использовать правильно.
У Рарха уже появилось пять учеников. Это хорошо. Крин, возьми себе тоже пять взрослых мальчиков, и Лир тоже будет у тебя под присмотром. Для него Рарх сделает специальный стол, тоже с кругом, но только поменьше. Он на нем будет заниматься росписью. Пин, ты будешь заниматься стеклами и красками. Все, что не получится как стекло, прекрасно подойдет для стеклянных красок. Мы будем делать большие стекла, вроде тех зеркал, что висели у нас дома. А Рарх сделает для них рамы, мы поставим их в окна на следующий сезон штормов, и нам не придется сидеть в темноте целыми днями. И, кроме этого, я покажу, как делать витражи со стеклами. Я хочу красивый купол в атриуме. Мне не нравится иметь внутри дома дырку в потолке, но в потемках сидеть я не собираюсь — поэтому витраж с цветными стеклами — это будет прекрасно! Потом предложим витражи в храмы, я думаю, Кирель их оценит.
Мэл будет заниматься зеркалами. Мы их будем делать разными по размеру, и я хотел бы, чтобы мы их представляли, как товар на продажу, а не просто зеркальное стекло, а это значит, нам нужны для них рамы. Придется самим делать рамы к зеркалам. Самые простые — это бронзовые или, возможно, серебряные. Я покажу, как можно делать литье по форме. А для этого понадобятся керамические формы, которые будет делать Крин, а Броззи будет заниматься отливками и заодно учить детей. Кроме этого, вместе с Броззи мы займемся эмалями на металле. Давно хотел пояс с цветными бляшками. И красивые браслеты девкам. У меня заготовки для браслетов так давно валяются, а времени заняться этим все нет. Но теперь, когда каждый займется своим, я смогу заняться, чем хочется. А я хочу сделать что-то красивое…
— А что буду делать я? — Бэл взволнованно отошел от двери и замер напротив Лекса, — ты не хочешь давать мне дела, потому что у меня будут муж и жена? Ты считаешь, что семья помешает мне с работой?
— Нет, Бэл! — Лекс махнул на взволнованного молодого мужчину рукой, — семья не будет помехой, наоборот, у тебя появится стимул стать лучшим, ради них и для них. У тебя муж воин, и ты сам прекрасно разбираешься в оружии. Ты поможешь мне с гильдией оружейников, для тебя появляться там будет нормально и не вызовет подозрений. И, кроме того, ты будешь моим помощником в новых идеях. Я собираюсь сделать хрусталь. Я вам говорил в самом начале, что стекло бывает разным.
И мы с тобой попробуем сделать другое стекло, то, в которое не нужен песок. Из него мы сделаем такую штуку, — Лекс повел руками, пытаясь объяснить на пальцах про подзорную трубу, — м-м, короче говоря, она поможет смотреть далеко. Намного дальше, чем видит обычно человек. А еще я собираюсь порадовать Киреля новой забавой. Это будет опасно и детей туда нельзя подпускать, поэтому мы все будем делать сами. А когда все получится, мы расскажем и покажем, что именно мы сделали.
Лекс обвел взглядом взволнованных людей и улыбнулся, они выглядели такими сосредоточенными, как будто Лекс собирался завоевывать с ними весь мир.
— Но пока это только планы, и они должны остаться в секрете. Каждый из вас знает, что его ждет, и может составить план на будущее. Распределите, кого из детей кто возьмет. Совсем маленькие или бестолковые останутся пока на кухне, под присмотром девок и Тиро. Пускай растут в тишине и порядке. Помогают по хозяйству, а потом мы придумаем, кого куда пристроить. Может, у кого-нибудь появится талант, как у Лира. Будем присматривать за ними. Но главное, держать все в секрете. Не забывайте, враги не дремлют и постараются выведать у нас, чем мы занимаемся.
— Если еще раз пойдешь пить пиво с земляками или нет, — Бэл отвесил Броззи подзатыльник, — то я сам тебя на арену выкину! Кусок говна ящера! Я с тебя глаз не спущу! Попробуй только рот открыть! Я ещё не закончил расследование по прошлому разу. Это тебя Лекс простил, у него сердце большое, а я не успокоюсь, пока не разберусь со всем. Я с Крином ходил в таверну и выяснил, что пить ты начал с людьми Чаречаши, а ушел с кем-то из торговцев. А когда закончится сезон, мы с Тургулом доберемся до той таверны, где тебя нашли, и выясним, кто тебя туда привез и почему оставил! Не думай, что я забыл о тебе!
  
— Бэл!! — Лекс растерялся, он считал, что все забыли о неприятности с Броззи, и не ожидал, что Бэл занялся самостоятельным расследованием, — Бэл, ты не прав, с каждым может случиться неприятность, но я тебя уверяю…