Саламандра (СИ)
— А где Ламиль? — Лекс сказал вроде тихо, но на кухне услышали все и стали оглядываться, выискивая любопытного ребенка.
— Только что был здесь… — Тиро пересчитал детей, — все здесь, кроме Ламиля… и Аши пропал… Аши! Кушать!! Аши, мясо!!!
Но мелкий ящер не появился, и вот тогда Тиро испугался. А перепуганный Тиро довел остальных домочадцев до состоянии паники в считанные секунды. О свадьбе все моментально забыли. Все бросились проверять углы и тайные местечки. Мальчишки, как мыши, бросились в разные стороны, выискивая ребенка по щелям. Сканд помчался выяснять, кто только что вышел. Оказалось, четверо патрициев, они были в плащах и определить, были они сами по себе, или вынесли на себе что-либо, не представлялось возможным. Монахи засвистели, созывая своих. И вскоре по улице помчались белесые призраки. Сканд свистнул им вслед и, недовольно рыкнув, закрыл дверь. Среди гостей идиотов не было. Ведь все знали, что сделает с похитителем Сканд. И что сделает с остальными домочадцами Кирель… Покушение на императорского отпрыска? Это было бы не просто изощренным способом самоубийства, но и гибелью всего рода… но с пьяных глаз чего не сделаешь? И потому стоило проверить.
А дома перерывали все комнаты, проверили даже бассейны в купальне и атриуме. Двери в атриум были закрыты на засов со стороны дома, чтобы ветер не смог распахнуть их, но на всякий случай проверили и там. Мэл уверял, что в гарем никто не поднимался, он увидел бы ребенка и ящера, но на всякий случай и там перевернули все подушки и матрасы. Для надёжности проверили даже сундуки Козюля. Но там была только одежда и музыкальные инструменты. По дому метались люди, все кричали и заглядывали во все щели. Ма бегала по дому, заламывая руки, бледная, прямо с прозеленью… С каждой проверенной комнатой и перепроверенным сундуком общий градус паники повышался.
Ученики вместе с воинами вышли из дома под проливной ливень и отправились обшаривать двор в поисках ребенка или Аши. Монахи молились в голос, чтобы боги сжалились и вернули невинное дитя… а Лекс стоял среди суматохи и пытался собрать мозги в кучку… Ламиля не могли украсть… все знают Киреля… и Сканда… да и его самого некоторые побаивались, уж больно независимым он был… сам Ламиль убежать тоже не мог… он слишком мал, чтобы открыть тяжелые двери, да и запоры, мало того, что большие и тяжелые, так еще на недоступной для ребенка высоте. Конечно, был шанс, что Аши открыл носом дверь, а Ламиль побежал следом за ящером. Но только Аши совсем не глупый, чтобы в такую погоду бежать на улицу. Он даже гадить приноровился с этой стороны заслона кухни, вызывая каждый раз ярость у девок, которым приходилось убирать за засранцем. Выгнать его на улицу мог только Тиро с полотенцем, от всех остальных Аши злобно отщелкивался пастью с прекрасным набором хоть и мелких, но достаточно острых зубов.
И вообще, прятаться для Ламиля было несвойственно, но, может, его кто-нибудь напугал? А где все дети прячутся? Правильно — под одеялом, и желательно, в родительской кровати…
Лекс очнулся и отправился в собственную спальню. Это была, пожалуй, единственная комната, которую не перевернули вверх ногами. Нет, все конечно проверили кровать Ламиля и заглядывали под кровати, но вот только сами подушки лежали высоко и казались несколько великоватыми, а тут еще кончик хвоста появился и пропал… Лекс сел на край кровати и осторожно поднял подушку. Там лежал обиженный и, похоже, зареванный ребенок. Он держал Аши бойцовским захватом за шею, и детеныш мог только жалобно скосить глаза на Лекса, не решаясь вырываться…
— Звезда моя! — Лекс улыбнулся и погладил ребенка по спинке, — а почему ты спрятался? Что случилось? Тебя кто-то обидел? Расскажи мне, кто тебя обидел? Иди ко мне, мой любимый, я так по тебе соскучился…
Лекс ласково освободил Аши и подхватил Ламиля на руки. Ребенок всхлипнул и обнял Лекса, сразу же зарываясь ему в шею…
— Нашелся!! — раздался крик в коридоре, — Лекс нашел Ламиля!
В проеме открытой двери сразу появилось множество народу. Люди глазели на капризного Ламиля, который прижимался к Лексу, но никто не решался переступить порог спальни без разрешения. Вскоре мокрый Сканд растолкал всех и присел рядом с Лексом.
— Ламиль, радость наша, ты нас всех испугал… — Сканд погладил ребенка по спинке и пощекотал пяточку, но Ламиль капризно отдернул ножку, — где он был?
— У изголовья кровати, за подушками, — Лекс откинул подушку и шугнул Аши, — Звезда моя, почему ты плачешь? Кто тебя так расстроил?
В комнату вошел Лейшан, он, как представитель Чаречаши, хотел понять, что случилось с ребенком, кто его обидел и не надо ли вмешаться… Ламиль тем временем немного отодвинулся от Лекса и хлюпнул носом.
— Вы все меня расстроили, — Ламиль выставил вперед обиженную губу, — меня никто не любит! Совсем, совсем… я вас люблю, а вы все… — Ламиль горестно хлюпнул носом и махнул ручкой, мол, все пропало. — Козю подарили цветочек, тебе подарили ВОТ ТАКОЙ, — Ламиль показал руками и мимикой, какой именно цветок подарили Лексу, — а мне? А я? Я ведь хороший, почему меня никто не любит?
— Так. Цветок… — Лейшан вздохнул и задумался, — Сканд, где можно найти цветы в это время года?
— Всем стоять! — Лекс рассердился, — вначале спросите, а надо ли исполнять любой каприз? Ну, мало ли, что сказал ребенок. Он сейчас больше хочет кушать и спать, ну, капризничает немного, так стоит ли загонять себя? Лейшан, твой ящер еще не сдох от усталости? И ты сам собираешься бегать под дождем и ветром, пока не заболеешь?
— Хочу цветочек! — надулся как хомячок Ламиль, — хочу!
— Давай, я с тобой поделюсь цветами, что Сканд принес? — предложил рыжик, — они ведь тебе понравились? А вот когда закончатся ветра и солнышко будет добрым и ласковым, вот тогда Лейшан принесет тебе большой букет самых красивых цветов! Хорошо? А сейчас давай лучше пойдем на свадьбу Козюля. Идем, это будет интересно. Там так красиво, и все только тебя ждут! Ну, как же мы можем свадьбу сделать, если с нами не будет любимого Ламиля?
— Да? — обрадовался ребенок, — вы все меня ждали? Я готов! Пошли быстрее! А я? А моя свадьба? Я тоже хочу, чтобы было красиво!
— Давай, ты вырастешь ростом с Козюля, и вот тогда поговорим о твоей свадьбе, — Лекс поставил ребенка на ноги и махнул рукой всем зевакам, что выступление закончено и они могут идти по своим делам.
— Все младшие мечтают о свадьбе? — Лейшан посмотрел на сосредоточенного ребенка, который погнался за Аши.
— Нет, не все, — Лекс поправил палантин на плече Сканда и позволил, чтобы его поцеловали в щеку, — сейчас свадьба закончится, завтра будут фокусы и подвижные игры, и Ламиль захочет быть комедиантом, а потом наступят хорошие деньки, и он будет учиться рисовать или скакать на ящере. Столько всего интересного. Он о свадьбе и не вспомнит. А если и вспомнит, то я ему объясню, что свадьба — это не только танцы и наряды, но и мальчик рядом, которому надо время от времени давать по шее, чтобы он не терял к тебе интерес… и этому тоже надо учиться. И я научу, не сомневайся.
Лекс вышел из спальни, а за его спиной Лейшан и Сканд рассмеялись и стали о чем-то своем перемигиваться. Старшим это все показалось смешным. Ну, да, когда Александр в прошлой жизни иногда читал статьи о женской хитрости и уловках, он так же посмеивался. Милые лапочки, как рыбки в аквариуме, все ваши пируэты хорошо видны со стороны, и уж он-то точно на них не клюнет. Но стоило оказаться по другую сторону баррикад, как вся ситуация стала выглядеть несколько иначе. И тогда выяснилось, что мужчины на самом деле не венец творения, как виделось раньше, а вполне живые люди, которыми можно управлять, главное, знать как, и не сильно увлекаться. Чтобы не получить марионетку, которая или сломается, или сорвется, уничтожит все и сбежит…
На кухне большая половина гостей и монахи в белых рясах были мокрые. Лекс поморщился и велел, чтобы хотя бы один монах переоделся в сухое для церемонии. Ну не дело, чтобы с подола священника, произносящего сакральные фразы, капала вода. Трамм-старший с интересом наблюдал за прибывающими гостями, увернулся от Аши, погладил по голове Ламиля и опять сосредоточился на священниках, которые ждали появления Лекса, чтобы начать церемонию. Лекс дождался, когда Сканд встанет рядом и, подхватив на руки Звезду, кивнул, чтобы начинали.