Саламандра (СИ)

За всеми этими разговорами Алекс совсем не смотрел по сторонам, оказалось, что приехал Сканд, и теперь он возвышался над ними как рок и зло сверлил Алекса глазами.
Рарх только хрюкнул и осторожно сполз со скамейки, постаравшись удрать подальше от грозного генерала. У него это получилось, а вот Алекс нахально затер голой ногой надписи на песке и постарался изобразить невинность на лице.
  
— Орудие? — Алекс захлопал глазками. — О-о… какое орудие? Вы, наверное, не расслышали, мы говорили о шахматах! Мне Рарх вырезал новые фигурки для игры. Такие красивые! Хотите посмотреть?
— Нет, я прекрасно услышал «требушет», — Сканд схватил волосы рыжика на затылке и приподнял его над скамейкой. — Отвечай!
— Ты не расслышал! Я говорил «требую еще»… — рыжик спокойно посмотрел на генерала и сжал губы. — Рарх деревянных дел мастер и у него очень ловкие руки. Мне понравилась его работа!
— Ты говорил об осадных орудиях, которые ломают стены, кидая камни!
Генерал, похоже, не собирался сдаваться, но Алекс тоже был достаточно упрям. Сканд посмотрел в горящие упрямством глаза и отпихнул от себя рыжика. Он увидел на скамье два узелка, крашеные в красный и синий цвет и, развязав один из них, увидел искусно вырезанные фигурки шахмат. Он недовольно фыркнул и, швырнув фигурки на песок, отправился к брату.
Сканд услышал от отца, что младший муж объявил начало гнездовья, и поспешил встретиться с братом. У них было несколько незаконченных дел. Они ушли внутрь дома и вскоре Чока отправила туда рабов с едой и напитками. Алекс только рассмеялся, когда увидел перепуганного Рарха, который с испугом смотрел на затертые на песке черточки и цифры. А потом тот поднял недоуменный взгляд на рыжика.
— Но ты ведь говорил об орудии, только я не понял о каком…
— Тише, — Алекс прижал палец к губам друга. — Это будет моим шансом на свободу. Молчи! Это тебя могут выкупить родные, а я боевой трофей и так просто меня на свободу не отпустят. Прости, что испугал тебя, я не хотел…
Рарх скосил глаза на палец на своих губах, а потом улыбнулся как мальчишка. Он молча кивнул головой и прошептал как великий заговорщик:
— Конечно, ты говорил «требую еще», этот Сканд просто глухой пенек. Не расслышал таких простых слов! Везде ему про оружие кажется! А что бы ты хотел еще?
— Сделай мне доску для шахмат! — сразу нашелся Алекс. — Я тебе сейчас объясню, что я хочу…
Алекс подхватил палочку и стал рисовать шахматную доску, которая становится коробкой для хранения фигурок. Рарх заинтересовался новой работой и сразу отправился на поиски подходящей древесины в поленнице.
На третий день в дом Пушана пришли повитуха с помощницей. В доме грели воду и разговаривали вполголоса. Младший муж даже отпустил домой кузнецов, а остальным приказал сохранять тишину. В воздухе витали напряжение и ожидание. Алекс издали увидел, как рабы заносят в небольшую комнату корзины с едой и кувшины с водой. Там была большая лежанка на полу и несколько шкур животных. Чока заказала дополнительные дрова и теперь присматривала, как их разгружают в положенное место.
Гаури ходил по дому празднично одетый и с корзинкой в руках. У него в косе были яркие цветные ленты. Точно такими же лентами была украшена и корзинка. Все в доме кланялись ему и желали счастливого вылупления. Рыжик тоже кланялся всякий раз, когда видел младшенького, но тот подчеркнуто его не замечал и проходил мимо. Уже к обеду в корзинке Гаури появилось первое яйцо. Оно было сравнительно небольшим и формой напоминало мяч для регби. Продолговатое и неожиданно желтого цвета в коричневую крапинку, как веснушки на носу.
Ближе к ночи в корзинке Гаури было уже пять яиц. Они все были желтые, только вот крапинки на каждом яйце были разные. Старший муж проводил младшего до дверей, и у входа вручил ему небольшой меч. Гаури кивнул головой и очень уверенно взял в руки оружие. После того, как Пушан закрыл двухстворчатые двери, он связал ручки длинной лентой на очень замысловатый и длинный узел, который походил на плетение макраме. Расправив концы и потоптавшись у двери, он вскоре отправился в гарем, где его с повизгиванием встретили наложники.
У двери прямо на полу оставили сидеть раба из числа тех, кто приехал с младшеньким. Ночь прошла тихо, а вот с утра Гаури заскучал, и с тех пор под его дверьми кто-то сидел и развлекал младшего хозяина дома. Это были и наложники, которые по очереди исполняли песни или играли музыку, или пожилой раб, в длинной рубахе, читавший вслух свитки. Это были поучения по поведению и ведению хозяйства для младших мужей.
Алекс очень удивился такому выбору для чтения, но сам с интересом сидел за соседней дверью и внимательно слушал чтеца. Это было на самом деле поучительно, хотя совершенно занудно. Своим пафосом и высокоморальными поучениями это все скорее напоминало роман восемнадцатого века, когда сам сюжет порой прерывался на философские размышления о добре и зле. Но в целом это было очень поучительно, особенно для рыжика, которому очень хотелось разобраться в обычаях и порядке этого мира.
Когда чтеца сменяли музыканты, то Алекс уходил покушать или посидеть в саду, но стоило только услышать, что чтеца опять вызывают, то он бросал свои занятия и мчался занять присмотренное местечко неподалеку. Там его несколько раз заставала Чока, она всегда улыбалась ему и гладила по голове как ребенка, который наконец, взялся за ум, а вот от Пушана Алекс откровенно прятался. Иди, знай, что придет ему в голову от скуки.
К концу третьих суток Алекс понял, что чтение пошло даже не по второму, а уже по третьему кругу и он уже все слышал. Он отправился на розыски Чоки. Несколько положений в уставе для младших мужей явно требовало дополнительного разъяснения, но только вот Чока выглядела не на шутку встревоженной. Алексу пришлось приложить много усилий, чтобы разговорить ее и понять, о чем она волнуется.
— Гаури наверное из-за недостаточного опыта не позаботился о кормилице для ребенка. Меня привели в дом еще до того, как младший муж правителя стал собирать яйца для кладки. Кормилиц в богатые дома всегда покупают заранее. Не у каждой женщины бывает много молока, и поэтому рабыням разрешают высмотреть свое яйцо и потом кормить ребенка. Если ребенок становится полненьким, то значит, у нее много молока, и тогда ее выставляют на торги как кормилицу. Причем продают вместе с ребенком, чтобы молоко не пропало, пока вылупится кладка господина.
— Так ты была рабыней? — удивился Алекс. — И у тебя был ребенок!
— Да, — Чока улыбнулась рыжику. — У меня была чудная дочка, пухленькая и сладенькая, как конфетка. После того, как кормилица выкормит ребенка, ей по закону полагается свобода. И, как правило, ее сразу берут нянькой для ребенка. Она собирает деньги и потом выкупает своего ребенка, а если очень повезет, и своего мужчину. — Увидев немой вопрос в глазах у рыжика, она продолжила свой рассказ. — И я, конечно, выкупила свою дочку, поскольку она была еще ребенком, то она мне стоила недорого, а потом все деньги тратила на нее. А мужчину мне выкупать было незачем, поскольку яйцо у меня было от предыдущего хозяина.
— А где сейчас твоя дочка? — поинтересовался Алекс и пожалел о неуёмном любопытстве, когда Чока печально поджала губы.
— Она умерла во время первых родов. Яйцо было живое и переношенное, а ее муж не подумал нанять повитуху заранее, и моей дочке не смогли помочь. Из яйца вылупилась девочка, маленькая и слабая, и она не пережила даже и года. Но на то, как видно, воля Матери-Ящерицы, — печально вздохнула Чока и задумалась. — Может, мне поговорить с Пушаном? Он ведь может мне доверить выбрать кормилицу для наследника?
  
— Я думаю, не стоит, — Алекс покачал головой. — Для начала, мы не знаем планов Гаури, а вдруг в его городе принято отдавать ребенка матери, или отдавать его той из наложниц, у которой будет больше всего молока? У них ведь появится молоко?
— Появится на тридцатый день после того, как отложено яйцо. Они все пока спят после родов. На пятый день они отдохнут и начнут много кушать, чтобы восстановить потерянную форму, а на тридцатый день, как раз к вылуплению, появится молоко. Ну, я не знаю, возможно, ты прав и не стоит паниковать заранее. В крайнем случае, кормилицу можно будет взять в тот день, когда наследник вылупится. На рынке рабов всегда есть кормилицы на продажу. Бывает ведь, что и у простых горожанок не хватает молока, или оно пропадает раньше времени.