Саламандра (СИ)

— Нет, — Лекс засунул кашу в рот и перекривился, у Тиро готовили явно лучше, — мы сиротки, никто за нас не заступится, только боги…
Тургул вначале недоуменно хлопнул глазками, а потом заржал. Он громко смеялся, топал ногой и даже стукнул рыжика по спине от удовольствия. Корчмарь с недоумением смотрел на старшего, которого так развеселили слова младшего, и, недовольно поджав губы, отправился обратно на кухню.
  
— Боги нас защитят… — Тургул утер счастливые слезы, — ладно, я пойду, позабочусь об еде в дорогу и заберу наши вещи, доедай. Обжорка…
Лекс только недовольно фыркнул над тарелкой невкусной каши, ну, он что, виноват, что молодое тело постоянно требовало еды. Тело у рыжика действительно росло как на дрожжах, это как мальчики в шестнадцать лет вдруг за полгода вытягиваются в юношей. И если судить по Сканду, когда он привез его в город, рыжик ему до плеча доставал только что с подскока, а перед отъездом он уже дорос до уровня его губ… а какие у него губы… Лекс тряхнул головой, отгоняя морок сладострастного томления. И так, утром было стыдно перед Тургулом из-за утреннего стояка, еще не хватало сейчас от тарелки каши возбудиться.
Тургул спустился с лестницы и протянул трактирщику пустой мешок, сказав, чтобы тот добавил туда еще и фруктов для младшего. Лекс дожевал невкусную кашу и пошел следом за Тургулом на двор. Там уже Пин и Крин заканчивали седлать ящеров, а Бэл с Мэлом поднесли драгоценные бочонки с составляющими для пороха. Четверка действительно была похожа на рабов, которых хозяева пообещали в скором времени отпустить. Головы у них были небритые, но волосы были короткие, как у военных, только строение тела явно выдавало в них гражданских.
— Вас кормили? — Лекс посмотрел на уставшие лица четверки, — вы так выглядите, будто не спали.
— Охранники из каравана приходили к рабам из каравана потрахаться. Было шумно, а еще пьяные охранники пытались к нам приставать, пришлось спать вполглаза.
— Вот сволочи! — разозлился рыжик.
— Это обычно так и бывает, — пожал плечами Пин, — рабы, особенно те, кто из младших, работают днем на хозяина, а ночью они добыча для сильного.
— А что, там были младшие? — Лекс удивленно посмотрел вслед каравану, но на него удивленно посмотрели все четверо и рыжик понял, что он что-то упустил, поэтому решил отвлечь внимание, раздав всем лепешки с мясом в дорогу. Хорошо, что хоть мясо было вкусным.
Когда последний мешок был привязан, Тургул дал команду выезжать. Лекс толкнул пятками самочку, и та резво потрусила следом за старшей в группе. Лес начинался сразу за корчмой и мало отличался от того, что был со стороны Шустрика. Отряд только углубился в лесную чащу, как после очередного поворота они вылетели едва ли не в гущу боя. Охранники каравана сражались с краснокожими аборигенами, одетыми в зеленые одежды. Часть охраны лежала на земле, истыканная стрелами, как дикобразы. Некоторые воины еще продолжали отбиваться, но было видно, что долго они не протянут.
Похоже, их застали врасплох, не ожидавших напороться на разбойников так близко к городу. Разбойники тоже не ожидали, что им зайдут с тыла, и не обратили внимания на шум за спиной. И это было их ошибкой, потому что Тургул, не снижая скорости, выхватил меч и вступил в схватку. За спину Лексу прыгнул Бэл, сразу перехватил поводья самочки, заставляя ее двигаться в сторону от резни, которую учинил Тургул, тот был похож на взбесившуюся бензопилу, где бы он ни появлялся, сразу в разные стороны летели головы, руки или просто струи крови, не такие сильные, как в голливудских фильмах, но вполне заметные. Следом за ним летели Крин и Мэл, а Пин спешился и крепко держал за морду самочку, к чьей спине были привязаны бочки с заготовкой под порох.
Тургул, по всей видимости, вселил в охранников уверенность в своих силах, поскольку те приободрились и уже отмахивались от разбойничков с большим азартом. Лекс это видел краем глаза, поскольку Бэл старательно закрывал его своей спиной, и при этом успевал отмахиваться кинжалом от разбойников, желающих схватить поводья перепуганной самочки. Они уже почти добрались до высокой травы у обочины, когда в спину Лексу будто камнем ударило.
— Тургул!! — закричал Бэл и стал заваливаться на сторону.
Лекс едва успел подхватить его за руки, при этом поводья натянулись, разворачивая самочку вокруг своей оси. Лекс увидел, как центурион развернулся в гуще боя и бросился обратно. Но ящер под ним как будто споткнулся, когда один из зеленых злодеев подрубил ей задние лапы. Тургул резво соскочил с ящера и вступил в короткий бой уже пешим. Если в боевиках драки были красивыми и долгими, то здесь Тургул как будто отмахивался от надоед, которые нападали на него со всех сторон. Это было совсем не зрелищно, как в фильмах, а скорее буднично, как на тренировках, только вот побежденные противники не встанут, как после учебного боя, чтобы пожать друг другу руки и выпить пива в пабе. Только едкий железистый запах крови и мочи и визгливые крики людей и животных.
Лекс извернулся и увидел, что из груди Бэла торчит наконечник стрелы, а тот, сцепив зубы, все еще толкает пятками ящера, пытаясь увезти избранного подальше от боя и случайных стрел. Самочка крутилась на месте, не понимая, что происходит, пока Пин не подхватил ее под уздцы и не потащил в заросли травы. Травы были высокие и похожие на осоку или камыш. Самочки раздвигали их мордами, как корабли льдины. Пин не давал им остановиться и тащил их дальше и дальше, пока травы не сомкнулись за их спинами и шум боя не стал тише.
Лекс подхватил Бэла за руки, не позволяя ему упасть. И потребовал, чтобы Пин немедленно остановился, чтобы оказать Бэлу помощь, но тот, казалось, не слышал его и тащил ящеров до ближайших деревьев. Сбоку раздался тонкий свист и из травы вынырнули Крин и Мэл. Их одежда была в брызгах крови.
— Можно возвращаться. Там уже все закончилось.
— Нет, стойте, — Лекс будто очнулся. Все время до этого он сидел как кукла, ни о чем не думая и только крутя головой по сторонам, как в кинотеатре, — Бэл ранен, надо ему помочь.
Рыжик соскочил с седла и помог положить Бэла боком на траву, у него из груди торчало черное древко стрелы с толстым наконечником. Это она толкнула Лекса в спину, но поскольку она уже застряла в Бэле, то ей не хватило сил пробить кожаный доспех рыжика. Бэл был в сознании, и только розовая пена пузырилась на губах. Лекс ухватился за древко толстой черной стрелы, но силенок явно не хватало, чтобы сломать его, и поэтому Лекс просто сбил наконечник и, привалив к себе Бэла, велел Пину выдернуть стрелу. Пин крепко взялся за торчащее оперенье и резко рванул стрелу из раны. Бэла выгнуло в руках Лекса, он сплюнул сгусток крови и сразу же потерял сознание. У него в груди свистело, скрипело и булькало. Лекс стянул с себя тунику и, разорвав ее зубами на несколько полос, сразу стал заматывать Бэла прямо поверх одежды.
— Принесите две жерди, — кивнул Лекс замершим людям, — сделаем носилки.
Мэл и Пин кивнули и скрылись в траве. Крин стоял над Лексом, сжимая в обеих руках по кинжалу, и был собран, как взведенная пружина. Опять раздался тонкий свист, и появились двое, которые тянули молодые деревца. Быстро посбивав ветки и укоротив в один размер, они приняли из рук Лекса тунику и продернули ее насквозь на тонкие стволы. Получились носилки, на которые переложили Бэла.
Пин подхватил ящеров и повел сквозь траву, Мэл и Крин взялись за носилки, и только Лекс беспомощно плелся следом и пытался осознать, что именно только что произошло. Все происходящее было как будто понарошку и не с ним. Нет, Александр раньше, бывало, сталкивался с хулиганьем и никогда не боялся драк, но сейчас… вся эта кровь, руки, ноги, потроха, и главное — много мертвых людей. Все это не могло быть настоящим… хотелось похлопать себя по щекам и проснуться…
  
Когда ящеры вылезли из зеленых зарослей, то Лекс увидел жуткую картину побоища. Теперь оставшиеся охранники добивали раненых разбойников. Тургул, перемазанный кровью, как злобный дух метался над всеми этими разбросанными телами, которые совсем недавно жили и строили планы на будущее.