Если бы не ты…

Майкл закрыл глаза, попытавшись представить себя с такой женщиной в домашней обстановке. И не смог.
Он открыл глаза и снова уставился в окно. От разницы температур в комнате и на улице стекла запотели и напомнили ему о той ночи, которую он провел с женщиной, по описанию совсем не похожей на Ребекку. Тогда тоже за окном шел дождь, но в номере мотеля было тепло. При одном воспоминании о той прекрасной ночи тело его напряглось от возбуждения. Прошло уже два месяца, а он, черт возьми, никак не может забыть ту женщину, хотя все это время отчаянно делал вид, что ничего в его жизни не изменилось после той ночи. Сам виноват, мог бы понять еще во время их мимолетного знакомства в Париже, что от этой женщины надо держаться подальше. По иронии судьбы, она оказалась сестрой Глории, жены его брата Генри. Они встречались на свадьбе, а в начале марта произошла их последняя встреча, в результате которой они и оказались в номере мотеля. Майкл был уверен, что подобное с ним не повторится. Впрочем, вряд ли возможно испытать такое еще раз. Такая ночь выпадает лишь раз в жизни. Ни до, ни после у него такого секса ни с кем не было. И уж тем более такое было невозможно с Эстеллой.
  
А что, если… Нет, исключено, Майкл решительно гнал от себя эти мысли, но уже не мог остановиться. Что, если это не просто случайное везение? Что, если это можно повторить? И даже не один раз?
У него пересохло во рту и вспотели ладони. Что-то невообразимое творилось с его телом, что никак не сочеталось с деловой обстановкой кабинета. Майкл оттянул узел галстука, чтобы легче дышалось, и вспомнил, что галстук тот же самый, которым она… Он глубоко вздохнул, пытаясь привести в порядок мысли, чувства и тело. Потом вскочил и выбежал в приемную.
Джейн в изумлении уставилась на него и протянула телефонную трубку.
— Мистер Симмонс на проводе, Майкл… Еще звонила Эстелла, просила позвонить ей в …
— Не сейчас.
Обойдя стол Джейн, Майкл схватил с вешалки плащ и устремился к выходу.
— Что случилось? Куда ты?
— За женой.
В павильоне творилось что-то невероятное. Эмоциональный мистер Мартинелли, представитель заказчика, громогласно выражал свое недовольство, переходил в запальчивости с английского на итальянский и экспрессивно размахивал руками. Александра разрывалась между ним, моделями и Томом.
Как назло, все не заладилось в этот день, начиная с дождливой погоды, из-за которой поплыли прически у девушек. Декорации пришлось устанавливать впопыхах, поэтому, то одна, то другая секция начинала угрожающе клониться.
— Живей, живей! Нам еще снимать и снимать! — кричал Том Паркинс.
— Мамма миа! Вы только взгляните на нее! На кого она похожа?! Это драная кошка, а не модель! — завопил Мартинелли, показывая на одну из лучших моделей Бетти. — У нее волосы висят как сосульки! — схватив девушку за волосы, кричал он на Александру.
— Отпустите ее, — сказала Александра, из последних сил сохраняя спокойствие. — Сейчас покроют волосы лаком и все будет опять в порядке. Всего лишь немного лака.
— Александра, в чем дело? Почему не работаем? — Том готов был рвать на себе волосы. — Перестань с ней возиться и уйди из кадра!
— Нет, это платье ей не идет! Она в нем худая как палка! — снова завопил Мартинелли.
Бетти ударилась в истерику и сошла с подиума. Ее сменила Карен.
— У меня тоже развились волосы, — с улыбкой сообщила она.
— Том, почему бы нам не использовать парики? — задумчиво спросила Александра.
— Алекс, ты гений! Действуй, только побыстрей.
Наконец все уладилось по части причесок.
— Только не зеленый! Это платье к зеленому не подойдет, — заявил Мартинелли. — Думаю, с синим оно будет смотреться лучше. — Давайте попробуем в синем, — предложил он, покосившись на синюю гриву Александры.
— Мне не идет синий, — возразила Карен. — Он меня убивает.
— Если ты не заткнешься, то убью тебя я собственными руками, — сказал Том. — У нас впереди еще куча шмоток, мы и десятка не отсняли. Алекс! Работать!
И они работали. Все постепенно вошло в нормальную колею, модели и заказчик успокоились. Том еще иногда ворчал, но снимал. Александра была нарасхват. Ее синяя головка мелькала то на съемочной площадке, то в примерочной, то в гримерной. Она была универсалом в мире женской красоты и моды. Александра жила этим, она сама выбрала такую жизнь и никогда не жалела о своем выборе.
Если ее что и отвлекало от работы, то только мысли о Микки. Где взять денег на операцию? Этот вопрос бился в ее голове постоянно. Грейс Грант, самоотверженная мать, в одиночку растившая сына, не должна потерять его! Это было бы ужасно! Она вспомнила, каким бледным был Микки утром, но его осунувшееся личико осветилось доброй улыбкой при виде подруги матери. Мужеством этого ребенка можно было только восхищаться. Нельзя впадать в отчаяние, говорила себе Александра, должен же быть какой-то выход.
— Я что-нибудь придумаю, — пообещала она на прощание Грейс. Но, успокаивая подругу, сама она не находила в душе покоя, потому что никаких идей в голову не приходило.
Тем временем на съемочной площадке работа шла полным ходом.
— Хорошо! Приготовились! Пошли! Девочки, девочки! Покажите ваши длинные шейки. Выше, еще выше. Господи, выше подбородки! Кэтрин, не заслоняй Бетти! Ради Бога, Бетти, не спи на ходу. Двигайтесь, двигайтесь! Хорошо!
В этот момент прямо на прожектор рухнула боковая секция декорации. Александра истерически хохотнула.
Мартинелли швырнул на пол платья.
— Нет! Это невозможно!
— Алекс, — взмолился Том, — вызови рабочих!
Бетти и Карен начали чихать как заведенные, видимо от пыли, поднявшейся после падения части задника.
В тот момент, когда Александра подумала, что худшего дня у нее в жизни не было, распахнулась дверь и вошел Майкл Хейворд. За ним семенила Эва Келлер, секретарь и телохранитель Тома, пытавшаяся остановить Майкла.
— Извините, сэр! Сэр! Вам сюда нельзя! Но Эва Келлер, видимо, не знала, с кем имеет дело. «Взрывное устройство с холодной головой» — так назвали его в статье, посвященной миру бизнеса, две недели назад. Речь в статье шла о новом стратегическом направлении в политике корпорации, которую возглавил Майкл Хейворд после ухода в отставку его отца, Гарольда Хейворда. «Майкл Хейворд всегда знает, что ему нужно. И всегда получает то, что ему нужно». Этими словами заканчивалась статья.
Появление Майкла у нее на работе заставило Александру застыть от изумления. Прижав к груди ладонь, чтобы не дать выскочить сердцу, она не сводила с него глаз. Два месяца она не видела его, с того дня, когда они снова встретились на крестинах двойняшек Генри и Глории. Если быть точной, то с утра следующего дня… Щеки Александры вспыхнули. Все это время они старательно избегали друг друга. Во всяком случае, она честно старалась забыть о нем и о той удивительной ночи. И меньше всего она ожидала увидеть Майкла в Доме моды в самый разгар рабочего дня. Она видела, что Майкл направился к ней, но дорогу ему неожиданно преградил Том.
— Хейворд?! Какими судьбами?
Похоже, Том, друживший с Генри Хейвордом, был изумлен не меньше Александры, увидев президента крупнейшей корпорации у себя на съемочной площадке.
Всех, кто находился в павильоне, включая Эву Келли, Мартинелли и двух девушек-моделей, заинтриговало появление столь значительной особы. Все взгляды были устремлены на него, но Майкл, с первого момента как вошел, видел только Александру. Так было и прошлой весной, когда она ворвалась в кабинет, требуя немедленно сообщить ей местопребывание его брата Генри. Так происходило и в их последующие встречи. А началось все со знакомства в Париже. Их как магнитом притягивало друг к другу, но каждый из них стал бы это отрицать, оберегая свою личную свободу.
  
Скрывая смущение, Александра вышла вперед и посмотрела Майклу в лицо.
— В чем дело?
— Я хочу, чтобы ты стала моей женой, — произнес Майкл. — Выходи за меня, — повторил он на всякий случай, если она не поняла его или не расслышала.