Как выжить во Фронтире (СИ)
После испытаний я вернулся в ангар. Пока оружия на моём корабле не было — на складе не оказалось лазерных пушек шестого ранга, ведь они шахтёрам ни к чему. Да и характеристики местных ракет меня не впечатлили. Энергоснабжение у меня было продублировано, поэтому я не опасался выхода из строя главной энергетической шины. Это на стандартных кораблях такие поломки могут привести к гибели человека, а у меня всё спроектировано с запасом. В Содружестве на всех кораблях отсутствует дублирование основных систем, так как это довольно дорогое удовольствие. Но я же дикий, поэтому и ценю свою тушку. Чтобы она сразу не отбросила копыта при аварии, сделал на «Рогаче» параллельно- последовательное соединение источников энергии. Тут так не делают. Зато, при выходе из строя одного реактора, у меня энергия не отключается. Даже повреждение двух реакторов не вызовет гибели корабля.
Разгонных двигателей я установил четыре — два тех, что нашёл на свалке, и два новых. К каждому подвёл энергию как от реакторов. так и от дополнительной аккумуляторной батареи. С теплом в рубке я тоже разобрался. Пришлось идти на поклон в секцию, где стоит этот принтер Джоре. Там при мне синтезировали части электрохимического генератора на водороде и кислороде и аппарат до разложения воды на составляющие без использования электричества. У аборигенов такое устройство работало на электричестве (электролизёр). Но если энергия пропадала, то процесс получения водорода и кислорода прекращался. У меня всё было основано на другом принципе, я про такое читал ещё на Земле. По моему это т метод изобрели при СССР. в Казахстане. Пришлось поэкспериментировать и кое-что вспомнить.
Вода проходила через сетку из алюминия, легированного индием и другими добавками, которые не давали образоваться на поверхности сетки защитному слою (плёнке из оксида алюминия). В результате алюминий вытеснял из воды водород. Кислород для ЭХГ и так был в атмосфере звездолёта. Полученное устройство давало горячую воду (девяносто градусов Цельсия), которую я и использовал для отопления при помощи специально мною рассчитанных радиаторов. Вся хитрость была в том, что водородно-кислородный ЭХГ мог давать и электроэнергию. На производство трёх киловатт уходил всего литр воды. То есть, в случае полного отключения реакторов, моя рубка не останется без тепла и энергии, что позволит дождаться спасателей. Я собрал и установил на корабле несколько ЭХГ мощностью в двадцать киловатт, хоть они и занимали довольно большую площадь. Но теперь у меня была возможность не оставить без энергии электрореактивные маневровые двигатели, даже в случае полного обесточивания основной системы. Это давало возможность при необходимости, развернуться и, использовав весь запас аргона в баках, набрать скорость в сто километров в секунду. Для этого я установил дополнительные маневровые движки на корме «Рогача». На них при серьёзной аварии можно двинуться в сторону базы. Тогда шансы на спасение резко увеличивались.
Гипердвигатель я проверил во время второго вылета. Был совершён прыжок, в пустую систему. Полёт длился почти час. Ничего интересного я не увидал. Выход из гипера тоже был будничным. Никаких тоннелей или свечения не было. Просто, серая муть на голографическом экране вдруг разошлась, появились звёзды, и искин сообщил. что полёт завершён. Система жизнеобеспечения была куплена на складе. Она показала хорошие результаты, хоть и была пятого поколения. Баки с водой я увеличил на десять процентов. Слава богу, место было, поэтому и создал дополнительную систему водоснабжения.
Медкапсулу подключил как к основной энергошине, так и к дублирующей, и ещё для неё купил отдельную аккумуляторную батарею с зарядным блоком. Картриджей пока взял на месяц. Потом занялся вооружением. Устройство ЗУ-23 я знал наизусть — в армии служил в дивизионе этих самоходных зенитных комплексов. Причём, если на земле снаряд летел на полтора — два километра, то в космосе он будет двигаться с максимальной скоростью примерно на десять тысяч километров — космос ведь не пуст, там полно невидимых микрочастиц. которые и затормозят снаряд. Голова выяснила, что в боях для гарантированного уничтожения соперника, корабли, оснащённые лазерами подходят друг к другу на пять — десять тысяч километров. Ракеты сбрасывают на дистанции в несколько сот километров, плазмой защищаются от реактивных снарядов, а электромагнитные орудия поражают врага на дистанции от ста тысяч до полумиллиона километров. Но с крейсерами шахтёры воевать не собираются, поэтому максимальное расстояние, на котором идёт бой между малыми кораблями, можно считать равным в пять — восемь тысяч километров. Только снарядов для пушки нужно было много.
Мне сделали на принтере четыре шестиствольных орудия на поворотных платформах. Скорострельность была высокой — почти десять тысяч выстрелов в минуту. Конечно, с лазером это не сравнить. Да и снаряд перемещается медленнее луча света. Испытания орудий показали, что я мог гарантированно уничтожить подлетающёю ракету или пробить обшивку корабля противника, приблизившегося на пятьсот километров. Мда! Придётся потом поставить лазеры.
Отпуск кончился. Всех техников и меня вызвали к главе клана.
— Пришёл заказ на большую партию разных металлов. Вы все имеете фрегаты, поэтому, приказываю отправиться с остальными шахтёрами, добывать руду. На ваше место уже приняты люди, два инженера и двадцать техников. Они окончили учёбу, и вернулись в клан.
Так, выходит, обещанная зарплата тю-тю! Ну и чёрт с ней. Вышли в коридор. Техники решили организовать отряд — так легче добывать руду и охранять разрабатываемые астероиды. Меня они не приглашали. Ну. что же, обойдёмся без них! Вылетел на «Рогаче», прицепив к нему на силовом луче пять стандартных контейнеров. Лететь до астероидного пояса три часа.
И Н Т Е Р Л Ю Д И Я
В Т О Р А Я
— Ну, докладывайте! — Глава клана смотрел на Орса и двух своих заместителей.
— Дикий отремонтировал фрегат. Теперь у него корабль шестого ранга. Правда он взял всё в долг. И теперь на нём сорок миллионов. — Начал один из заместителей.
— Он вместо механических мельниц установил электромагнитные сепараторы и фабрики шестого ранга. При вылете взял пять контейнеров…
— Как пять? — Брови главы взлетели вверх.
— У него производительность в несколько раз больше, чем на стандартных фрегатах.
— Ладно посмотрим, сколько он притащит через сутки.
— Зато у него вооружения практически нет. — Вставил своё слово Орс. — Наверное, решил больше не брать долги. Ну, это его дело. На принтере ему сделали какие-то устройства с его планеты. Для чего они ему нужны, непонятно.
— Прикажите охране, чтобы она приглядывала за диким. Сорок миллионов мы должны вернуть. Ясно?
— Да, глава!
Подлетел к первому астероиду. Там уже стоит маяк какого-то Тима или Трима, я не разобрал. Пришлось двигаться дальше. Потратил ещё три часа, пока не нашёл астероид с металлом. Это только в романах чуть ли не на каждом камне рудные месторождения. В реальности, только один процент астероидов содержит руду. И то, обычно там не более шести процентов от массы камня — металл. Чаще всего он рассеян по всему объёму малой планеты. Поэтому, приходится фактически просеивать весь астероид, чтобы добраться до металла…
Сканер показал, что на камне диаметром в три километра, есть вкрапления двух металлов — железа и никеля. По стоимости они равны. Поэтому, мне всё равно, что добывать. Железа было 0,3 % от массы камня или четыре миллиона тонн. А никеля — раза в три меньше. Лежал металл гнёздами, жилы не было. По расчётам искина и Головы, я смогу за сутки добыть несколько поверхностных гнёзд.
Чуть не забыл сбросить маяк на этот астероид. Он похож на небольшую ракету. Выстреливаешь, и маяк втыкается в поверхность камня, углубляется в почву за счёт тяги двигателя. Время работы этого устройства — сорок дней. Потом надо будет скидывать другой маяк.