Поцелуй кофейной ведьмы (СИ)

Роза застыла и пораженно распахнула глаза. Какая же она глупая! Так наивно проколоться. Он сейчас напомнил о бале в особняке лорда Хальца, где она танцевала с молоденьким кавалером, как же его звали… Хотя, неважно.
Они никогда не затрагивали эту тему. Не признались друг другу в том, что произошло на том балу. Но оба помнили тот странный вечер, перевернувший их жизни.
- Кевин, на нас и так смотрят, точно мы экспонаты из музея.
- И что? Пусть смотрят. И завидуют.
Маленький оркестр в углу гостиной как раз заиграл новый мотив, и граф решительно повел ее в центр танцевальной площадки. Невозможный человек!
Он подхватил ее за талию, непростительно близко приблизился, и закружил в такт модной в этом сезоне мелодии маэстро Игасси. Сердце Розы ухнуло в какие-то дали.
А еще это обманчивое вино, ударившее в голову! Отчего-то вокруг все закружилось, словно она поплыла в облаках. Может быть, дело в его руках, крепких, сильных, волнующих ее тело? Или дело в его тихом шепоте, или в редких мгновениях, когда он своей щекой прикасается к ее виску?... Да что же за мучения?!
На них смотрели, кто-то с восхищением, кто-то с завистью. Потом вышли другие пары, и гостиная заискрилась от кружения танцующих и вспыхнувших магическими огоньками люстр.
Граф не отстал от нее, и опять увлек в центр зала, когда закончился один и начался другой танец. Роза была не в силах отказать. Да и не хотела, пусть все смотрят и завидуют. Сейчас, в этот миг, он – ее… А потом у нее будут воспоминания – почти вещественное доказательство этих счастливых минут.
Время пролетело как птица. Гости в очередной раз поздравили хозяев с десятилетним юбилеем свадьбы, подняв бокалы, выпили, и начали расходиться.
На улице, граф помог ей сесть в коляску, разбудил заснувшего кучера, и они покатили назад, в свой дом-убежище. По дороге больше молчали, лишь изредка перебрасывались незначительными фразами, да граф подглядывал за ней с хитрой улыбкой. Роза призналась ему, что впервые попробовала вино, и это его забавляло.
Приехав в усадьбу, девушка отправилась в свою спальную. Слишком много впечатлений, хотя ди Вирш предлагал посидеть за чашечкой чая. Всю ночь она ворочалась в постели, не в силах заснуть. В глазах стоял образ ди Вирша, его улыбка, его прикосновения и пронзительные глаза. Несколько раз она вставала с кровати и ходила по комнате, задавая один и тот же вопрос – а что дальше? И заснула только перед рассветом.
А утром ее ждал сюрприз – слуга графа Людвиг привез Кастора. Живого и здорового. Она утянула его в сад, в беседку.
- Рассказывай, - потребовала она, с тревогой оглядывая парня. Кастор мрачно нахмурился.
- Когда я вернулся от вас из Кудрявой Бабочки, меня уже ждали, - слуга помялся. Не хотелось ему вдаваться в подробности пыток, которые ему устроили маги-схаи. – Ничего хорошего, госпожа, не могу рассказать. С ними был маг-тафия, он опутал голову железным обручем, и я ничего не помню, знаю только, что выдал вас. Виноват теперь перед вами до конца дней.
- Не мели ерунду, - раздраженно мазнула ладонью по воздуху девушка. Она знала, кто такие маги-тафии. Здесь, на континенте их называют менталистами, и не всякий маг способен справиться с воздействием их силы, что уж говорить о простом парне, у которого нет и грамма магического дара. – Ни в чем ты не виноват. Это я должна была предугадать, что они придут за тобой. Ладно, возблагодарим Небо за помощь. Пока останешься здесь, а что дальше будет – сама не знаю.
- Лишь бы с вами, госпожа. Только не прогоняйте.
Роза засмеялась.
- Тогда будешь мне печь булочки. Понял? – И огляделась. – Только никому здесь не рассказывай секрет карамельных роз.
- Что вы! Ни за что!
В это время, в кабинете, который себе устроил граф на первом этаже дома, стояло молчание, только слышались хруст бумаги и тихие вздохи ди Вирша. Документы, письма, отчеты, служебные записки. Бедный-бедный виконт ли Вьелл. Парень взвалил на свои плечи всю работу шефа.
- Молодец, Ирвин, дотошный, даже я не сделал бы этот отчет лучше.
 
- Наверняка не сделали бы, - услужливо согласился Людвиг. Ди Вирш сердито покосился, но промолчал, привык уже к неудобным шуточкам своего слуги.
- Как он там?
- В порядке. Последние дни даже чересчур в порядке.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Объясни.
- Загадочно улыбается, ваша светлость, даже не пойму в чем причина, и домой стал торопиться, чего раньше за ним не замечалось.
Граф хмыкнул.
- Однако. Ладно, с этими вопросами разобрались. Теперь расскажи, как поживают наши иноземные гости.
Людвиг пожал плечами.
- Полагаю, что хорошо поживают, выглядят здоровыми и  бодрыми. Пару раз пытались проникнуть в дом, но не справились с вашей защитой.
Ди Вирш приподнял бровь.
- Смелые ребята. Уважаю храбрость.
- Даже если эта храбрость на грани с глупостью?
- Ну, они же не знают, что моя защита не пробиваема в принципе, разве, что король  лично пожелает со мной пообщаться, и постучит в мои двери.
- Навряд ли…
- Людвиг, ну, я же образно. Честное слово.
Граф встал с кресла и прошелся по кабинету. Дела департамента требуют внимания, но и уехать сейчас отсюда он не мог. Никак не мог. Даже в мыслях он боялся оставить Розу одну.
- Придется пригласить его сюда. Передай виконту, что он нужен мне здесь, и пусть приезжает как можно быстрее. Кстати, если захочет, то вместе с женой. Девочкам будет полезно познакомиться.
Через час Людвиг покинул гостеприимный дом, а граф еще долго не выходил из своего кабинета, решая в голове многие проблемы.
Вечером, перед ужином, он пригласил Розу прогуляться.  Они вышли в сад, потом случайно нашли калитку на ржавых петлях, и оказались в заросшем подлеске, сквозь который пробивалась водная гладь.
Пришлось немного поцарапать ладони и нахватать на одежду липучие колючки какого-то сорняка, но они с упорством следопытов преодолели преграду, и вышли на берег небольшого озера.
- Какое чудо, - прошептала девушка. Озерную чашу обрамлял лес, за верхушки которого заходило солнце. Девушка застыла, не в силах отвести глаз от этой красоты, потом повернула голову… и изумленно уставилась на графа. Он пристально смотрел на нее, и в его взгляде читалась откровенное любование ею.
Ди Вирш резко отвернулся.
- Да, действительно, здесь красиво.
Роза смущенно потупилась, но подумала, если сейчас не поддержит разговор – это будет выглядеть странно.
- Озеро ваше?
- Нет. Я и не знал о его существовании.
Они двинулись вдоль берега, шурша опавшей листвой.
- Роза, я хотел у вас спросить. Возможно, это будет не корректно…
- Спрашивайте, - тут же сказала Роза, и отчего-то напряглась. Но, услышав вопрос, удивилась.
- Когда мои сотрудники привезли ваши вещи из Кудрявой Бабочки, я увидел стопку детских рисунков, перевязанных ленточкой. Признаться, я очень удивился, там изображены виды поместья, какого-то дома, и это явно не Хилиджан.
Она остановилась и тяжело вздохнула.
- Это рисунки моей мамы.
Теперь остановился он. Сказать, что он удивился – ничего не сказать.
- Вашей мамы?!
Роза с горечью кивнула.
- Вы ничего не знаете обо мне, граф ди Вирш. Моя мама – дочь маркиза ди Баля из Велезии. Когда ей было десять лет, ее дядя, родной брат отца, устроил морскую прогулку на паруснике с небольшой командой матросов. Случился шторм, парусник отнесло в океан, и они потерялись, сбились с курса. Но на этом их беды не закончились, их нагнали пираты… Вот так моя мама оказалась в Хилиджане.
Граф пораженно застыл.
- Вы это знаете от нее?
- Да. И чтобы не забыть свой дом, она рисовала его, и тайно хранила эти листочки, а потом, перед смертью, отдала мне. Еще она рассказывала, что у нее была родная сестра, которая в тот день болела, поэтому осталась дома, - Роза опустила голову. – Когда я сбежала, то имела четкий план – вернуться на мамину родину. А в Литарнии у меня только одна задача…