Аномальщик 4 (СИ)
Я мельком глянул на Васю. Тот чуть не до крови прикусил губу, но автомат поднял, и даже навёл куда надо.
— … один… Огонь!
Два десятка стволов выстрелили одновременно, и на миг заложило уши, но уже следующие выстрелы прозвучали немного вразнобой. Из-под поваленных деревьев послышались скулёж, хохот и лай вперемешку, а после ещё нескольких выстрелов оттуда во все стороны метнулись десятки здоровенных полосатых зверей.
Несколько особей кинулись и в нашу с Васей сторону. Вася молодец, жал на спусковой крючок, направив автомат вниз по склону, и даже, кажется, попадал. Вот одна поджарая гиена, словив пулю, перекувыркнулась в воздухе, вторая… Ещё две рвали когти с такой скоростью, что почти добежали до сбледнувшего Васи, и тут я его подстраховал, всадив за секунду две пули, по одной в каждую скотинку.
Я окинул взглядом овраг, превратившийся в побоище. Десять секунд — и, наверное, уже половина гиен остались лежать на земле. Но они не кончались. И дрон насчитал ещё несколько новых целей. Как он там вообще что-то различает?
Сбоку послышался сухой щелчок.
— Перезаряди! — бросил я Ване не глядя.
Судя по звукам, он меня услышал и понял.
Непосредственная опасность нам сейчас не угрожала, и я занялся отстрелом гиен в поле видимости. Похоже, мои бойцы приняли аналогичное решение, потому что я слышал, как пули защёлкали по склонам, куда успели прорваться несколько самых резвых особей.
И тут я услышал явно детский вскрик!
Метров десять, в тех самых кустах. Там наших никого, и туда попытались сбежать сразу несколько гиен!
— По кустам не стрелять! — крикнул я в общий канал, срываясь с места. — Вася, стой здесь!
Из кустов доносилось яростное рычание, а кроме того, крики пополам с матом на два голоса.
Обострённые органы чувств сработали на опережение. Плотные кусты мешали зрению, но не слуху, и даже обоняние начало получать подробную развёрнутую информацию.
Ещё не добежав до кустов, я «увидел», что там происходит. Двое мелких пацанов, и на них напоролась здоровенная гиена. Не знаю, что её остановило, но она замешкалась. А пацаны давай на неё орать, и перепугали ещё больше.
За те пару секунд, что я продирался через кусты, парни успели вскочить на ноги. Гиена же, явно услышав моё приближение, заметалась из стороны в сторону и рванула от меня мимо мальчишек, вдоль оврага…
— Куда??? — заорал тот, что оказался ближе ко мне, и его голова снова исчезла за кустами.
Ещё два прыжка — и я оказался рядом с парнишкой в очках.
— Где второй? — я крутанул его лицом к себе.
— Таааам…. — он показал себе за спину.
Дурак! — обозвал я сам себя. С той стороны отчётливо слышался треск сучьев, вопль пацана на одной ноте и не то вой, не то скулёж.
Чёрт! неужели гиена схватила парня???
— Беги туда! — приказал я очкарику, указав в направлении Васи, и тут же крикнул, перекрывая грохот выстрелов: — Вася, тут мальчишка, смотри внимательно!
Не оглядываясь, рванул за вторым. След взял легко, и по запаху, и по обломанным веткам, по следу на траве, как будто здесь что-то волокли. Фу… чем завоняло?
Парня я нашёл метров через тридцать. Он лежал на боку, подтянув под себя ноги, с ног до головы в какой-то вонючей гадости.
И держал за хвост мёртвую гиену.
То, что она была именно мертва, я понял сразу. Открытая пасть, вывалившийся язык, остекленевшие красные глаза. Отсутствие дыхания и сердцебиения.
Сдохла. Но вот от чего?
— Эй, живой? — спросил я у парня.
— Не знаю… — прошептал он.
И, кажется, собрался зареветь, но сдержался.
— Ранения, укусы? — уточнил я. — Да отпусти ты эту тварь, вот ведь вцепился, смотри, аж пальцы побелели!
— А Сеня? — спросил мальчишка, приоткрыв один глаз.
Он сел. Я ему не помогал, наблюдал, как у него это получится. Сел спокойно, только чуть-чуть поморщился. Так, запаха крови нет, значит ни укусов, ни открытых переломов. От боли не орёт, значит и закрытых тоже нет. Глаза только по пять копеек, так и не мудрено.
Вроде выстрелы стихли?
— Клим, доложи обстановку, — я вспомнил, что так и остался на общем канале.
— Да всё нормально у нас, Лёха. У тебя как? Все живы?
— Да, всё под контролем. Зачищайте, я тут местным героем займусь. И за вторым пацаном присмотрите.
— Принял.
Я отключил гарнитуру и присел на корточки.
— Дядя, а чем это воняет? — спросил парнишка.
Принюхавшись, я внезапно понял, чем, и расхохотался.
— Говном это воняет! — объяснил я. — Обосралась твоя гиена со страху! И, похоже, сдохла от разрыва сердца!
— Да блин!!! — мальчишка опять собрался разреветься, но, посмотрев на свои грязные руки, снова передумал. — Дядя, вы только не говорите никому, пожалуйста! Меня же пацаны засмеют!
— Никому не скажу, не переживай, — усмехнулся я. — Вставай, герой, пошли. Тебе в больницу надо, у тебя прямой контакт с иномирной тварью. Третьего рода, так сказать!
— А мамке? — парень, уже поднявшись, вдруг замер.
— Ну а сам-то как думаешь? Не дрейфь, поди не убьёт, — я потрепал его по голове и кивнул в сторону гиены. — Ты как вообще к ней прицепился?
— Да я думал она на Сеню кинулась, я и схватил её, хотел удержать…
— Слабоумие и отвага! — притворно вздохнул я. — Пошли уже! Трофей, прости, забрать не сможешь. Хотя…
Я посмотрел на распахнутую пасть гиены, в которой торчали пятисантиметровые клыки. Двинул по тому, что сверху, прикладом.
— Держи, — отдал я его пацану. — Зверушка, конечно, ни в чём не виновата, и тем не менее, наша задача их в наш мир не пускать. Им здесь не место. Запомнил?
— Ага…
— Вот и считай, что у тебя первый боевой трофей. А этот — мне.
Нагнувшись, я поднял второй клык, также отломившийся при ударе. Надеюсь, на пару треков из моей музыкальной коллекции он потянет…
Нам пришлось задержаться на месте. Пока передали парней подъехавшим врачам, пока объяснились с прибежавшими родителями. Рапорт о происшествии я полковнику Румянцеву пообещал выслать до конца дня на электронную почту. Старший лейтенант Субботин, кстати, при мне с полковником переговорил, и наши действия оценил достаточно высоко. Ни одна тварь не сбежала, обошлось без раненых, и даже случайно оказавшиеся рядом с зоной мальчишки не пострадали. Так-то наличие в зоне посторонних — косяк Субботина, и он это прекрасно понимал, судя по растерянному взгляду. Но вроде спустили этот момент на тормозах, а я и подавно педалировать не стал.
Вернувшись обратно на базу, провели подробный разбор полётов. Старшие товарищи по очереди объяснили научным сотрудникам, где у кого какие проблемы заметили. Вася, кстати, молодец оказался. Четыре гиены подстрелил, при том, что из второго магазина от силы десяток патронов потратил. Один выстрел из десяти результативный — для младшего научного сотрудника просто великолепный показатель!
Потом все сели писать рапорты. Я — аж целых три. Один Островскому, как непосредственному руководителю, второй полковнику Румянцеву, с отчётом о выезде, а третий — ему же, с представлением пацана к поощрению. Объяснил это воспитанием в молодом человеке стремления к ответственным действиям по защите общественного порядка. Нет, с него, понятное дело, родители шкуру снимут, за то что сам полез и друга за собой потащил. Но вот то, как он друга спасать кинулся — дорогого стоит. Выводы шкет и сам сделает, а отвагу надо поощрять. Как — не моё дело, разберутся.
А уже на закате позвонила Валентина и позвала «всех доблестных бойцов» на пирушку в честь первого успешного боевого выезда.
Глава 6
Бомбическая вечеринка
31 день 18 часов до отправки
Если смотреть на крепость сверху, то она представляет собой правильный восьмиугольник, с длиной стороны около двухсот метров. В углах этого восьмиугольника чуть выдаются наружу круглые башни, на которых в дальнейшем появятся пулемётные гнёзда. С юга находятся тридцатиметровые ворота, вплотную примыкающие к правой, если смотреть снаружи, башне. Через эти ворота, под прямым углом к южной стене, проходит широкая дорога, будущая взлётно-посадочная полоса для МИГа, которую нам ещё предстоит продлить на месте почти на километр. К востоку от этой полосы — площадка открытого складирования инертных материалов, в первую очередь железобетонных плит. Их ещё не завезли, весь завоз будет уже перед отправлением. Там же, но под землёй, закопаны резервуары под воду и горючее трёх разных видов — бензин, дизтопливо и авиационный керосин. У нас даже своя заправка будет!