Заряна. Укрощаю любовью (СИ)
— Мои вещи остались в Козодое.
— Переживешь, — отрезал, не глядя в мою сторону.
Глава 33. Разорванные мечты
Заряна.
Так мы и добрались в тишине до квартиры. Я вжалась в сиденье, ожидая предстоящей разборки. Хотелось закрыть глаза а, открыв, вернуться во вчерашний день, где еще не было угрозы нашим отношениям. Но случилось то, что уже не вернуть. Добравшись до дома, Амир припарковал авто и приказал:
— Выходи. Мы прибыли.
Я даже не могла никуда сбежать. Без денег и телефона, в одном праздничном платье оказалась заложницей обстоятельств и Валиева. Кому хочется идти на эшафот? Меня точно не радовало.
— Амир..., — попыталась поговорить в салоне, но мужчина так посмотрел, что не оставалось сомнений: разговора здесь не состоится.
Нехотя открыла дверцу и ступила на бетонный тротуар. Ночная прохлада враз пробралась под тонкий трикотаж, посылая дрожь по телу и я охватила себя руками в защитном жесте.
Амир, щелкнув сигнализацией, устремился к подъезду. А я все не могла сдвинуться с места и пойти следом. Мне казалось, здесь на пустынной улице, я в большей безопасности, чем в его жилище. Агрессия Валиева не спала, а лишь затаилась на время, готовясь выплеснуться там, за панельными стенами. Заметив, что я не иду следом, Амир остановился и обернулся с недоумением в лице. Свет от ночного фонаря, упав на разбитое лицо, сделал образ парня еще более зловещим.
— Я не понял, ты чего там встала? Хочешь снова ехать на плече?
Я лишь помахала головой в стороны, сделала несколько шагов навстречу. Выбора не было, как идти в его дом. Амир схватил меня за запястье, отвернулся и потянул в подъезд. Я ощущала его горячую твердую ладонь, крепко сжимающую мои косточки. Он сдерживал агрессию, то сжимал, то ослаблял пальцы, но полностью руку не выпускал. В лифте я даже не смотрела в его сторону, но всеми органами чувств ощущала как он пожирает меня глазами.
Зайдя в квартиру, задержался у зеркала в коридоре, осматривая побитое лицо и оценивая ущерб, нанесенный соперником. Впервые из-за меня дрались парни. В школе меня называли Морковкой, Задирой, Конопатой и клоуном Клепой. Там скорее я дралась с пацанами, защищая свое достоинство, а тут ради меня. Наверное бы, польстило, будь Амир мне не таким близким или мне реально угрожали, но его действия — это скорее утвердиться и почесать кулаки. Я на миг даже пожалела этого Никиту.
— Неплохо этот блондин меня отделал, думал пару раз дам в тарец и он сойдет с дистанции, а нет, такой же драчливый. Или ты ему уже себя пообещала и он знал ради кого кровь пускает, а, Зарян? — смотрел в зеркало, в мое отражение позади себя, расстегивая по ходу оставшиеся пуговицы на рубашке.
— Ничего я никому не обещала, — сипло ответила отражению.
— Тогда рвение его непонятно. Может давний ухажер, а я не знаю?
— Впервые вижу его, — стояла на своем.
— Снимай свое скандальное платье. Чтобы я его больше не видел на тебе, — уже вынимал полы рубашки из-под ремня, но по-прежнему не оборачиваясь.
— Я его купила на свои деньги и мне решать что с ним делать, — не отступала.
— Хорошо, — кивнул в ответ и мне показалась слово зловещим, а не успокаивающим.
И тут же почувствовала грубые движения на теле: ладони Амира рвали блестящую ткань, усыпая мелкой чешуей паркет. Ткань не поддавалась, а мое сопротивление лишь оттягивало неизбежное. Тогда он схватил за подол и разорвал по швам до самых подмышек.
— Идиот! Варвар, причем здесь платье? — закричала, отталкивая цепкие пальцы, но полы ткани уже разорвались неровными краями и угрюмо свисали наперекосяк, оголяя мое белье.
— Я сказал, чтобы его не видел больше на тебе! Дуру не включай! — заорал в лицо и я сжалась, боясь, что он ударит, настолько в нем кипела злоба.
Я сжала челюсти и демонстративно сняла его через голову, оставшись в черном белье и босоножках. Взгляд Валиева из ненавистного превратился в похотливый, но я, не дав ему развить воображение, прямо в обуви прошла в спальню. Меня тяготило присутствие Амира, я желала спрятаться от него подальше, исчезнуть, пока он не придет в себя, стала собирать вещи. Только необходимое и мною лично купленное. Благо летний гардероб не был объемным. Амир не пошел следом и я на краткий миг получила передышку. Нашла свои документы и банковскую карточку с накоплениями. Надела спортивный костюм, хаотично соображая где мне переночевать.
Амир.
Прошел в санузел, скинул рубашку и спешно умылся холодной водой. Глянув в зеркало ближе, усмехнулся. Губы раздуло, скула припухла и к утру будет синяк. Давненько я так не разминался, и противник оказался достойный, и повод. Мы даже пожали в конце друг другу руки. Заряна прямо виновата в драке, я видел издалека как она улыбалась блондину и этот букет в руках стал последней каплей моего терпения. А позже ее затравленный взгляд удивил. Думал, она накричит на меня, как любила это делать, но она стояла потерянная и обреченная. Продержав зрителей до конца, изобразил гладиатора и приз победителю. В квартире она осмелела и стала дерзить, в итоге лишилась красивого платья.
Вышел из душевой и опешил: Заряна, подкатив дорожную сумку под порог, ждала меня у входа. Я много чего ожидал, но точно не решения ее от меня уйти.
— Это что? — кивнул на поклажу.
— Мои вещи. Я съезжаю от тебя.
— Ага, щаз! Кто тебя выпустит за порог? Забыла, что телефон и сумку забыла в клубе, а на дворе ночь?
— Мне все равно, Валиев! Я могу и на вокзале заночевать, не впервой. А завтра найду жилье. Сейчас я могу его позволить себе.
Заряна сидела на углу дивана, на котором спала первое время и тяжело смотрела на меня. А меня словно оглушило. Мысль, что она вот так может уйти, после банальной ссоры уронила на лопатки.
— Дай мне телефон, я вызову такси.
— Нет, ты никуда не поедешь.
— Ты не можешь меня удерживать силой.
— Могу.
Девушка тяжело вздохнула и опустила голову, закрыв лицо руками, какое-то время молчала, а я стоял посреди комнаты и не знал что предпринять. Такого исхода явно не предвидел.
— Амир, — подняла голову и посмотрела в глаза. — Если ты всякий раз будешь кого-то бить из-за меня, это в конечном итоге разрушит отношения. Сегодня ты, не разобравшись, ударил парня. Не пьяного, ко мне пристающего, а обычного человека, оказывающего знак уважения моему таланту.
— Так…, тебе понравился блондин.
Бергман обреченно покачала головой.
— Никто мне не понравился. Парни подошли в числе других поклонников песен и выразили благодарность. Букет цветов — это не то, из-за чего бьют в лицо.
— Он нарывался.
— Амир! — крикнула. — Тебе ревность застлала глаза! А что в другой раз, ты ударишь и меня, если посчитаешь, что я излишне вежлива с гостем?!
Такого обвинения я вынести не мог.
— Думай, что говоришь! Я женщин никогда не трогал.
— Как ты говоришь: со мною у тебя впервые такие чувства?
И, расценив мое молчание за знак согласия, продолжила:
— Так где гарантия, что я не стану первая тобою побитая девушка?
Заряна вскочила с места, яростно жестикулируя и исходя ко мне ненавистью и недоверием. И я понял, что все же перегнул. Надо было выслушать ее сначала.
— Прости. В следующий раз буду сдержаннее.
— Следующего раза, Амир, просто не будет потому, что мы расстаемся, — и попыталась меня обойти, схватив предварительно багаж.
Ага, так я тебя и отпущу. Развернулся и, схватив со спины, поднял над полом и понес брыкающуюся девушку в спальню.
— Пусти меня! Ненавижу! Драчун, ревнивая скотина!
Ага, так я тебя и отпущу. Развернулся и схватив со спины поднял над полом и понес брыкающуюся девушку в спальню. Силы ей хватало, а свою применять боялся перегнуть и наставить синяков.
Добравшись до кровати, отпустил на ковер и стащил теплый верх, обнажив до лифчика. Потянулся за резинками трико, но получил удар в грудь пятками. Н-да, не ожидал атаки.