Заряна. Укрощаю любовью (СИ)

— Да я не боюсь собак, но платье совсем новое, жалко будет, — успокоила Шамиля. 
Амир встал и, схватив за ошейник собаку, придержал ее, давая мне исчезнуть в доме. Слышала как ругает брата, что тот не нацепил на животное поводок. 
Ощущала неловкость, словно я воришка-домушник, проникшая в жилище Валиевых. Едва ступила на порог, как тут же встретилась со взрослой копией Амира. Тот же взгляд, нос и волосы, с разницей лишь их легкой седины на висках. Отцу исполнилось пятьдесят и он находился в отличной форме. Я на миг представила Амира спустя двадцать лет и мне понравилось увиденное в будущем. 
— Здравствуй, ты Заряна? — произнес с некой неуверенностью, внимательно оглядывая облик, и меня подкупил его открытый взгляд. 
Я кивнула и вернула приветствие. 
— А ребята где? 
— С собакой возятся, а мне приказали спрятаться в доме, — одарила мужчину скромной улыбкой. 
— Проходи в гостиную, Диана накрывает стол. А я пойду с Амиром пообщаюсь, — и, обойдя меня, вышел за дверь. 
Интерьер, как и дом снаружи, говорил о вкусе жильцов или при наличии средств плохо быть не могло, во всяком случае мне так представлялось. Из коридора виднелась лестница на второй этаж и несколько комнат по периметру. Я прошла дальше, заглянув в самый широкий дверной проем и не прогадала. Сервированный стол, белая скатерть с вышивкой по краям и много прозрачного стекла. Бокалы двух размеров у каждого столового прибора сияли, отражая солнечный свет, бьющий в окно и я, как фанат алкогольной посуды, залюбовалась их идеальной чистотой, зная по себе как нелегко достичь прозрачности. 
— Привет, — послышался женский голос за спиной и я невольно обернулась. — Значит вот какая девушка у моего пасынка, проходи, за стол или может экскурсию по дому сначала? 
Я поздоровалась и молча стала слушать хозяйку дома. 
Диана, еще довольно молодая женщина, типичная горянка, темноглазая и черноволосая, с жадностью оценивала мой внешний вид, особенно привлекли ее мои волосы. И еще она так много говорила, что я не успевала выдать ответ, как получала новую порцию вопросов. 
— Сынок нам уши все пропел, говоря о тебе. Особенно впечатлился твоими кулинарными способностями. Я, уже грешным делом подумала не влюбился ли он в девушку своего брата, — и послала лукавый вопрошающий взгляд. 
— Спасибо, это мое хобби, когда выпадает возможность. 
— Завидую, а вот мне никогда не нравилась кухня, — повела небрежно плечами, указывая на ближайший стул. — Только и умею, что красиво накрыть, а так к нам приходит кухарка или покупаем блюда на заказ. 
Казалось поток ее слов никогда не иссякнет, эмоции били через край. Чем-то эта женщина мне напомнила Раду. Или все женщины Кавказа такие словоохотливые? 
Тут зашли в дом мужчины и шума прибавилось. Валиевы, если начинали собираться семьей, то затмевали все вокруг, и я снова ощутила себя лишней в их кругу. Диана с Шамилем отошли за горячим, а на мои поползновения помочь, отмахнулись. Гости на то и гости, чтобы наслаждаться положением. 
Джават искренне любил сыновей и сейчас, глядя на него, мне не верилось, что этот мужчина когда-то был замешан в криминальной деятельности. Имея несколько торговых павильонов, оптовый склад по продаже овощей и фруктов в регионе, уверенно занимал среднее звено в этой сфере торговли и являл в себе образ успешного бизнесмена. 
Амир. 
После обеда мы пошли во двор, подготовить угли для шашлыка. Заряна заметно расслабилась спустя пару часов застолья и выпитого вина и уже не смотрела на отца настороженно. А отец в какой-то момент вспомнил девушку со свадьбы, подругу, что пела песню новобрачным. Тут они и решили, что корни наших отношений берут начало с того дня, разуверять мы не стали. Посвящать в сферу деятельности Заряны не хотел, отец сразу составит о ней мнение, что она прожженная стерва, жаждущая поймать меня на крючок и ведущая аморальный образ жизни. Ему ли не знать, кто посещает чаще всего ночные клубы. Разница лишь, что Бергман там работала, а не ловила мужиков. 
 
Сегодня я пил и за руль садится не собирался. Мало того, ночевать решил в доме родителя, в своей бышей комнате. Заряна о моей идее еще не знала, но не думал, что будет против. 
Брат развлекал мою девушку, выпрыгивая из штанов. То ли самоутверждался так, то ли искренне симпатизировал. И я второй раз уже ощутил в себе укол ревности к малому. Но и не второй вообще. Ревновал ее к работе, ко всем хлыщам, что вокруг нее вьются, даже к ее чудаковатому напарнику, потому что он с ней проводит время не меньше, чем я. Становилось противно от самого себя, но ничего не мог поделать и боялся, что могу в скором времени сорваться. 
— Шамиль, а почему Букашка? — спросила Заряна брата, наглаживая доверчивую морду псины, что послушно сидела у ее ног. 
— Самая мелкая из помёта была, хотели ее того, — брат скривил печальное лицо. — Ну, ты поняла…, но решили оставить. Так и назвали, а она вон какая бугаина выросла, — потрепал по ушам любимицу. 
Бука уже не ставила передние лапы на мою девушку, но, найдя расположение к ней, почти не отходила, а Заряна в свою очередь подкармливала собаку вкусняшками со стола. 
Глядя на ситуацию со стороны, находил ее умиротворяющей. Для полноты счастья не хватало рядом мамы, но отношения родителей давно в прошлом, они не враждовали, но и не общались тесно. В этом плане с Заряной мы были похожи. 
Так незаметно подкрался вечер. Прохлада потянулась с гор, окутывая свежестью пространство. Мы сели под навесом в патио, перенеся застолье на свежий воздух. Угли в мангале продолжали тлеть, прогревая кирпичную кладку и даря тепло. Заряна доверчиво прижалась к боку, кутаясь в мою ветровку. Такая родная и домашняя, что защемило сердце. Я впервые привел девушку в дом и это означало, что настроен на нее серьезно. Об этом поняли и отец с Дианой. Мачеха расспрашивала, чем занята по жизни моя девушка, и она мудро ушла от прямого ответа. 
— Я готовлю изумительные напитки, придумываю их состав и преподношу на дегустацию. 
— Ты секретарша? — спросила Диана, оторвавшись от поедания жареного мяса. 
— Заряна бариста, в кафетерии работает, — вмешался я, на что получил недоуменный взгляд девушки и удивленный Шамиля. 
Родителей ответ мой убедил и удовлетворил. 
Брат быстро скрыл удивление, вернувшись к ужину. Он мог не знать перемен в ее жизни. А с Заряной я переговорю позже. В какой-то момент Шамиль отлучился и вернулся к столу с музыкальным инструментом. Бергман говорила, что посещала музыкальную школу, но я не придавал серьезного значения. И как окажется позже, зря. Брат устроил между ног виолончель, готовый сыграть на ней смычком, при этом весь поглощенный вниманием к моей девушке. Я понимал, что их объединяет музыка, но ревность побороть не мог. Просто хотел полностью владеть ее вниманием и не делить с другими. 
— Шамиль, а ты кроме классики не пробовал что-то из рока исполнять? — спросила брата Заряна. 
— Немного играл репертуар Цоя, Арию. Слышал тренд исполнять рок и техно, но не нашел среди одногруппников единомышленников. Да и подготовка к экзаменам откинула на задний план творчество. 
— У меня идея сыграть в тандеме, — предложила Заряна. — Я на гитаре и буду петь. 
Родители горделиво смотрели на свое одаренное чадо, а я сложив руки на груди, нахмурив брови, слушал как настраивает инструмент брат и Заряна, проверяя натяжение струн. До полуночи они исполнили с десяток песен современных исполнителей, даже матерную Сергея Шнура, от чего все пребывали в восторге. Бергман сияла. Не знал, что музыка ее слабость. 
— Заряна, ты золотой голос! — сделала комплимент мачеха и возбужденно хлопала в ладоши. 
— И с Шамилем вы идеально смотритесь, — восторгался отец, бросая косой взгляд в мою сторону, заметив недовольное лицо, спросил: 
— Амир, ты один не разделил восторга от игры брата и своей девушки. Если сам не поешь не играешь, хоть поаплодируй талантам.